Читать книгу - "Кодекс Охотника. Книга XXXXXL - Юрий Винокуров"

Про мамочку она сказала не просто так. Ее матушка, Бездна, в последнее время повадилась заглядывать ко мне без приглашения, то с досадной ошибкой в виде пьяного Охотника, то с четырехглазой лошадью-курьером. Видимо, тяга сваливаться людям на голову в этой семье передавалась по наследству.

— Работа несложная, — сказал я. — Отнести это добро в моим жёнам. Затем нужно раздать по списку и ничего не перепутать.

Темная сморщила носик так, будто я предложил ей вынести помойное ведро.

— Я тебе что, посыльная?

— Ты богиня с прекрасным вкусом, — поправил я. — А значит, разберешься, что кому идет, лучше любого курьера.

Лесть на нее, как ни странно, действовала, не потому что она в нее верила, а потому что считала, что заслужила. Она все-таки в первую очередь была женщиной, а уже потом воплощением тьмы, и порядок этот менять не собиралась.

— И что мне за это будет? — прищурилась она.

Я молча запустил руку в хранилище и достал то, что приберег специально для нее. Да-да! Вот такой я предусмотрительный Сандр!

Ожерелье с клеймом мастерских Теодора, одно из самых дорогих, что я взял. Тонкая работа, темный металл, а в центре был камень, вокруг которого сама собой закручивалась темнота. Она не пряталась внутри, а именно закручивалась, стягивалась в крохотную спираль, а в глубине этой спирали проступали редкие холодные искры, словно кто-то поймал в оправу далекую галактику и заставил ее медленно вращаться.

Темная замолчала. Для богини Тьмы это украшение было даже не подарком. Это был фактически чертов портрет. Ее собственная суть, аккуратно оформленная в металл и камень.

— Держи, — сказал я. — Самой прекрасной из темных богинь!

Она приняла ожерелье осторожно, будто боялась спугнуть, и надела. Темнота в камне тут же отозвалась на ее силу, искры внутри разгорелись ярче, и я, чего уж скрывать, залюбовался, ведь красиво получилось.

— А ты умеешь, когда захочешь, — промурлыкала она, шагнув ко мне ближе, чем требовала любая беседа о курьерских услугах. — Знаешь, я ведь могу и задержаться. Ты тут совсем один, бедненький, без женского внимания. Непорядок.

— Темная…

— Что Темная? — она провела пальцем по моему воротнику. — Жёны на другом конце мироздания, а я вот, рядом. Могли бы, знаешь, обсудить кое-что поинтереснее украшений.

Я мягко перехватил ее руку и отвел в сторону. В эту игру мы играли не первый раз, и правила в ней были известны обоим. Темная давно и упорно мечтала завести от меня ребенка, справедливо полагая, что дитя Охотника и богини Тьмы получится презанятным. Я так же давно и упорно эту идею отклонял, потому что детей у меня и без того хватало, а объяснять женам происхождение неучтенного младенца мне совершенно не улыбалось.

— У нас с тобой другие задачи, — сказал я как можно доброжелательнее.

— Скучный ты, Охотник, — Темная показательно надулась, но без особой обиды. — Ладно, отнесу я твои побрякушки. Все равно мимо шла.

— Мимо… куда?

— За Пандорой, — она махнула рукой. — Соскучилась по ней. А заодно нашу Мораночку проведаем, посмотрим, как она там осваивается с новым подарком.

Кстати, интересно, как там Морана? Богиня смерти, лишенная сил, которую я потихоньку отпаивал Скверной, чтобы она хоть как-то встала на ноги. Темная помнит про подругу, и я, честно говоря, был этому только рад. Пусть темные разбираются с темными, а у меня и своих забот полон рот.

— Только вот что, — Темная задержалась у самого выхода и оглянулась, и в голосе ее мелькнуло что-то похожее на злорадство. — За жён можешь не переживать, их все равно нет в Крепости.

Я насторожился.

— В смысле… нет?

— В прямом. У них сейчас типа девичник, но я не знаю где, — она произнесла это слово с явным удовольствием, наблюдая за моей реакцией. — А детишек, само собой, бросили. Так что твоего сынулю опять выдернули и теперь бедный Купер в одиночку развлекает ваших… гхм… милых детишек. Сказки, кажется, рассказывает про то, как все умерли.

Темная, довольная произведенным эффектом, растворилась в Тени вместе с моими подарками.

Я постоял немного, переваривая новость. С одной стороны, за детей я был спокоен. Купер парень надежный, а если что и случится, весь Орден сбежится раньше, чем кто-то из мелких успеет по-настоящему разойтись. С другой стороны, я живо представил себе лицо сына, которого сдернули с Охоты нянчить моих отпрысков, и мне стало почти совестно. Ну почти. Все-таки семья — это святое, и иногда семья означает, что старший брат посидит с младшими, пока папа спасает мироздание. Ну а Темная так или иначе доставит подарки. А если не доставит? Что ж… Я натравлю на нее Аню, вот только предварительно ей скажу, сколько все это стоило.

Спасать Мироздание, к сожалению, было все-таки надо, потому что дело у меня оставалось одно, серьезное, и откладывать его дальше не стоило.

Шнырька получил свою корону, пусть и не полную, а недоделанную, пробную. Вместе с короной он получил проблему, о которой предупреждал Теодор, слепок, отпечаток прежнего Теневого Короля, того самого, которого Архитектор когда-то убил, все это время тихо собирался в глубинах Тени, а теперь, почуяв на пустом троне нового претендента, зашевелился всерьез. Рано или поздно он придет по душу моего маленького монарха, пока корона не закрепилась.

Драться вместо Шнырьки я не мог. Это его трон и его битва, и Тень примет только того короля, который возьмет власть сам. Ломать слепок в лоб тоже без толку. Это ведь не тварь, которую можно зарубить, а остаток, недобитое проклятие, которое пустой трон годами подкармливал своей силой. Если это проклятие, значит, мне нужен тот, кто в проклятиях разбирается лучше всех во Вселенной.

Верховная Ведьма Моргана, прародительница этой Школы Магии, создательница проклятий, от которых не спасает даже божественный статус, и, что важнее в моем случае, единственная, кто эти проклятия умеет снимать. Проблема была лишь в том, как к ней подступиться. По-хорошему, у меня имелся отличный ключ. Ее личный Черный Гримуар, который она когда-то оставила мне в качестве аванса за старый должок. По этой книжице я мог бы дозваться до Морганы напрямую, без всяких церемоний. Вот только Гримуар сейчас лежал в Первой Крепости, и читала его Асса.

Моя младшая, темная, жуткая до восторга дочь, каким-то образом добралась до самой опасной колдовской книги