Читать книгу - "ПереКРЕСТок одиночества – 3 - Дем Михайлов"

— Ясно. Прямо перфокарта? В смысле — карточка с дырками?

— Стальная пластина со сложным резным узором. Таким сложным, что глаза сломаешь, попытавшись разобраться в завитках. Размером со взрослую ладонь, тонкая, из здешнего крепчайшего металла. И ни следа ржавчины.

— Круто… но старомодно. Хотя с таким запасом прочность долговечность на века…

— Там же на консоли есть щель для «ползунка». Берешься за него, двигаешь вверх. И поочередно под каждым из этих «слотов» зажигается по зеленому огоньку — если он занят картой — а за стеклянным окошком рядом с щелью ползунка заполняется красным светящаяся полоса, что отмечает количество задействованной энергии. Считай, что ты как бы открываешь кран с водой, постепенно увеличивая напор.

— Понял.

— Панкратов поднял ползунок до упора! Только при этом положении загорается огонек под третьим слотом. У нас есть видеозапись того дня. Того страшного часа. Я воспроизведу для тебя запись по возвращении, если любишь смотреть фантастические ужасы. На видео отчетливо видно, как плотная группа исследователей из двух совместно работавших Бункеров дружно шагает к центру зала и… вдруг резко замирают, а еще через пару секунд они уже мертвы! Камера стояла примерно там на шесте в отдалении… но даже она не выдержала таких температур. Они… они даже не умерли, Охотник. Они просто замерли! РАЗ! И отряд трупов застыл! РАЗ! И за консолью еще два трупа держатся за рычаги! Проклятье!

— Как? — это был единственный на текущий момент довольно неопределенный вопрос, но старик меня понял и коротко ткнул в небо:

— В тот проклятый день вечный туман ненадолго разошелся и очевидцы видели как в черном небе зажглось восемь ярких звезд. Если отбросить всю мистику…

— Орбитальные спутники — кивнул я — Возможно что-то пониже… Но в любом случае всегда находящееся над Столпом и обладающее чем-то вроде луча…

— Как уверенно и без малейшей паузы ты подтверждаешь и делаешь выводы…

— Когда я убил Ахава Гарпунера — мерзлого ходока, слугу Столпа — надо мной тоже зажглось восемь ярких звезд. Тогда же, за миг до удара морозом, взбунтовался на секунду Столп.

— Да — хрипло подтвердил собеседник — Все верно. Согласно нашим наблюдением у Столпа не так много марионеток и ему не нравится терять свои… средства к возможному освобождению. Значит недавный всплеск его активности случился из-за тебя… что ж — можешь собой гордиться, Охотник, ведь сегодняшнюю поездку можно сказать оплатил нам ты.

— Не улавливаю связи. Поездку? — дернув головой, я «навелся» на центр расчищенного зала — Погодите-ка…

— Правильно понял — привстав, Михаил Данилович махнул рукой собравшимся в относительном тепле у консоли старикам и те начали проверять одежду, продевать руки в лямки рюкзаков — Чему ты удивляешься, Охотник? Я ведь тебе уже сказал — человеческий род — это племя непосед. Стоило нам там дома до конца исследовать поверхность земли и подняться на самые высокие вершины, как мы ринулись в океанские глубины, а затем подняли глаза к космосу. Так и здесь — как не воспользоваться шансом? Как не поискать проблем на наши морщинистые задницы? После трагической гибели отряда Панкратов, куда входило больше половины крохотного убежища наших собратьев по несчастью антелиров Бункер замер в ожидании скорого визита карателей. Но шли часы, дни, недели… и никто так и не появился. Более того — осторожнейшая разведка показала, что никто не появлялся и здесь — в функционирующей телепортационной камере. Не появлялся ни с ее помощью, ни с воздуха или земли. Бункер выждал еще месяц. Потом, после совещания, еще один. К тому времени остатки антелиров перебрались к нам. Сейчас их осталось всего двое и они полностью ушли в себя, медленно отходя в иной мир. В общем… мы вытерпели еще год, ничего не предпринимая, не считая осторожных разведывательных вылазок. Говоря «мы», я говорю в том числе и о себе, Охотник — как раз тогда я и появился в Бункере. И я невольно стал вторым Панкратовым, когда сумел убедить общий совет в том, что мы должны вернуться сюда, расчистить все и… возможно сделать вторую попытку, но не с таким размахом. Дело в том, что, изучив всю информацию, касающуюся происшествия, я предположил, что висящие над нами спутники отреагировали на существенное повышение энергетического фона. Также я пришел еще к двум выводам — количество требуемой энергии определяет дальность телепортации и то, что удар холодом скорей всего произошел без участия человека.

— Автоматика?

— Тупая автоматика отреагировавшая по одному из протоколов — кивнул Михаил Данилович — Верно. Приятно говорить с образованным человеком.

— Я же из современности — усмехнулся я — Из мира, где в моде нейросети, искусственные интеллекты, а простая добрая автоматика считается чем-то чуть ли не постыдно устаревшим…

— Значит будет нам о чем побеседовать.

— И вы прыгнули? — вопрос казалось был глупым, но… вдруг он все же остановился в самом конце и предпочел послать вместо себя добровольцев? Лидерам глупо рисковать собой.

— Прыгнули — просто ответил старик, ничуть не пытаясь бравировать этим — Но сначала, конечно, были тесты. Я вызвался первым исследовать все. Пробрался сюда, дрожа от любого шороха. Меня прикрывали трое. Здесь обнаружил, что ползунок вернулся в исходное состояние, консоль мертва, но в колбе пульсирует искра энергии. Тогда же я, отправив спутников на безопасное расстояние, поднял ползунок до отметки, когда загорается огонек под первым слотом. И бросился бежать прочь… споткнулся, упал в снег, перевернулся и долго смотрел в туман наверху, ожидая, что вот сейчас вспыхнут звезды и это будет последнее, что я увижу в своей долгой жизни… Но ничего не произошло. Огонек ровно горел с полминуты, затем погас и ползунок опустился — ведь никто не нажал главную кнопку…

— Дальше — выдохнул я — Что было дальше?

— А дальше мы прыгнули — развел руками Михаил Данилович — Конечно, сначала мы сделали то, что проигнорировал Панкратов — досконально изучил консоль, сумели разобраться во всех поясняющих надписях и показаниях приборов, заодно поняв на какие собственно процессы они указывают. Я выучил наизусть каждый рычаг, каждую кнопку и заставил еще пятерых выучить тоже самое назубок. После этого, подготовив группу, снарядившись, я понял, что мы готовы сделать главный шаг. Затем одно за другим три долгих громких совещания, где я сорвал голос до хрипа. И на тех совещаниях меня тоже сравнивали с сумасбродом Панкратовым. Смешно да и только…

— Почему их не похоронили?

— Напоминание — голос старика стал жестче — Напоминание! Мы перенесли к замерзшим мертвые тела от консоли, подперли неустойчивых, окружили их стеклом, накрыли крышей.

— И даже лампочки установили…

— Именно. Мы зажигаем их только изредка. Чтобы вглядеться в мертвых и одуматься, остановиться, не сделать глупость. Скорбное напоминание о цене риска. Думаешь, меня не обуревает желание поднять ползунок чуть выше? Хотя бы до второго огонька? Да я сгораю от желания это сделать! Мне снится, как я берусь рукой, тяну ползунок вверх, загорается вторая лампочка… и тут я просыпаюсь…