Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

Маг-цверг в одной рубашке без камзола стоял напротив меня шагах в десяти и творил следующее заклятье. Даже с «неправильным» Анубисом я бы легко разделался с этим неумёхой, но сейчас у меня не было и куцего таланта. Единственное, что я мог противопоставить чужой магии, был middle wand.

Нервный принц, чудесное изделие неизвестного мастера, не создавался для столкновений с Талантами. Но так уж вышло, что жезл обладал собственным характером, злым и нервным, а ещё он совершенно не терпел природную магию. Если вычесть из этого нехватку времени на рисование Знаков, умножить на неопытность врага и добавить несколько хитрых приёмов, у меня появлялись некоторые шансы.

После неудачи с огненным всполохом в трактире цверг не рискнул его использовать снова и швырнул в меня «воздушный кулак». Бесхитростная штука, но способная проломить грудную клетку или превратить голову в фарш. Мне оставалось только чиркнуть Принцем перед собой, рисуя букву Z.

Базовый Знак столкнулся с заклятьем, и по ушам хлопнуло ударной волной. Да так, что на пару секунд я потерял ориентацию в пространстве. Гадство! Меня же сейчас разделают как черепаху!

Однако взрывом долбануло не только меня, но и соперника. Цверг-маг схватился ладонями за уши и мотал головой из стороны в сторону.

Сейчас! Надо бить этого гада…

Я не успел ничего сделать, почувствовав, как взлетаю в воздух.

— Константин Платонович, держитесь!

Рука Кижа, схватившая меня за шиворот, потянула вверх, и через секунду я оказался на крыше дормеза рядом с мертвецом. А экипаж резво набирал скорость, уезжая прочь от трактира и цвергского мага.

Глава 7

Таланты

— Зря, Дмитрий Иванович. — Я уселся на крыше дормеза по-турецки и потёр ладонями уши, в которых ещё стоял звон от взрыва. — Зашёл бы с тыла, и закончили с ними прямо там. А теперь они вернутся в Петербург и нажалуются Петру.

— Простите, Константин Платонович. — В голосе Кижа не было и нотки раскаяния. — Но я не мог рисковать вами и Татьяной. Помните, что у меня инструкции о её защите? Насчёт цвергов не беспокойтесь: сейчас доставлю вас на ближайший постоялый двор, вернусь и решу вопрос с коротышками.

Он так нехорошо улыбнулся, что стало ясно — до Петербурга ни один цверг не доберётся.

— Посмотри, пожалуйста, как Таня.

Совершать акробатические упражнения на движущемся дормезе и слезать с крыши на ходу я был не в форме. Не контузия, конечно, но в ушах ещё звенело, а голова самую чуточку кружилась. Это Кижу всё нипочём — словно гимнаст, спрыгнул на подножку, распахнул дверь и скрылся внутри.

Обратно он не торопился, так что я лёг на крыше дормеза и закрыл глаза. Состояние постепенно приходило в норму, и даже потянуло спать. Я почти задремал, но изнутри что-то царапало, будто забытый на плите чайник. И с каждой минутой беспокойство становилось всё сильнее и сильнее.

Я приподнялся, опираясь на локти, и огляделся. Почти прямая дорога шла через сосновый бор, и впереди, насколько хватало глаза, никого не было. А далеко позади, едва видимые, маячили три всадника. И я бы не обратил на них внимание, если бы не возмущение эфира — один из наездников держал поднятым магический щит.

Так-так, кто это за нами гонится? Маг-голштинец с уцелевшими цвергами? Неужели так хотят выслужиться перед Петром, что решились на преследование? Такое упорство заслуживает уважения. Да и маг сумел собраться и подготовиться к новой встрече — щит он создал неслабенький, очень похожий на армейский. Эх, жаль, не могу ему показать, что делает с таким щитом серия «молотов».

Дожидаться, пока всадники догонят дормез, я не стал. Прополз вперёд, свесился и окликнул Ермолайку на козлах.

— «Огнебой»!

Парень сразу сообразил, что от него требуется. Сунул руку под сиденье, вытащил ружьё и протянул мне.

— По команде гони что есть мочи.

Взяв оружие, я вернулся назад. Нервный принц чуть ли не сам прыгнул мне в руку, дрожа от нетерпения. Сейчас, дружок, будет тебе возможность поработать и дать «леща» Таланту. Времени было достаточно, и я принялся создавать щит, прикрывая заднюю часть дормеза.

Всадники постепенно нагоняли экипаж. Закончив строить защиту, я выписал в воздухе Знак Огня, подцепил концом middle wand’а и швырнул в цвергов. Сейчас проверим, на что способен вражеский маг.

Увы, увы, деланная фигура без силы Анубиса летела слишком медленно. Цверг сумел заметить её и вовремя швырнуть контрзаклинание. Грохнул слабенький взрыв, над дорогой взметнулось пламя и тут же погасло. А всадники прибавили ходу, доставая пистоли и готовя атакующее заклятье.

Ну что же, раз магией достать не получилось, воспользуемся оружием. Устроившись поудобнее, я поймал на мушку «огнебоя» мага и сделал пробный выстрел. Щит мага впитал заряд, будто того и не было, на мгновение окрасившись синеватыми молниями. Мне хватило этой секунды, чтобы разглядеть область его действия. Я резко перевёл ствол с голштинца на одного из дворянчиков и нажал на спусковой крючок. Есть! Цверг поймал выстрел грудью, откинулся на круп лошади, а затем кулем сполз набок и рухнул на землю. Минус один, судари мои!

Маг что-то выкрикнул по-немецки, и второй дворянчик прижал свою лошадь поближе к скакуну голштинца. Щит закрыл обоих всадников, и мне оставалось только тревожить их огнём, больше нервируя, чем надеясь на попадание.

Противник не остался в долгу. С визгом в корму дормеза врезалось несколько всполохов, рассыпавшихся искрами — мой щит держал удары не хуже голштинского.

Нервный принц завибрировал под рукой, сообщая о «вдохе». Настоящих накопителей, как у Бернулли, в нём не было, но middle wand умел на некоторое время втянуть в себя приличную порцию эфира. Я отложил ружьё и резкими взмахами изобразил перед собой жирную связку Знаков. Но швырнул её не в цвергов, а на дорогу перед ними.

Бахнуло просто замечательно. Конь мага сбился с шагу, захромал на переднюю ногу и начал отставать. Накося выкуси, зараза!

Жужжа как комар мимо дормеза пролетело заклятье, что-то вроде примитивного «молота».

— Мазила!

Голштинец, несмотря на промах, ухмыльнулся и показал жест, не слишком подходящий для дворянина. А следом у меня за спиной грохнул взрыв, заставивший обернуться и выругаться в сердцах. Цвергский маг ударил заклятьем в сосны у поворота дороги. Толстые стволы, подрубленные у самой земли, колосьями под серпом жнеца рухнули на дорогу.

— Х-а-а-а-а!

Ермолайка на козлах закричал, нечеловеческим усилием дёргая вожжи и пытаясь избежать столкновения. Дормез тряхнуло, подбрасывая меня в воздух, и