Читать книгу - "Тени Богов. Искупление - Сергей Малицкий"

– Прокатись с нами до Могильного острога, – попросил Торн. – Бред и Соп сядут возницами на две подводы, ты на третьей. Я с девками сойду за охрану. Но тебе быть старшим.

– А я сумею? – затрепетал Вай.

– Это легче, чем сражаться, – успокоил его Торн. – Я тебе обещаю.

В полдень показался Могильный острог. Обоз выкатил из-под крон дубравы, солнце ударило в глаза, и засияло как будто сразу все – и зеленые холмы до серого и мутного горизонта, и синее небо, тоже казавшееся серым за зелеными холмами, и небольшой, но ладный острог на ближайшем холме, и шатры и палатки всех цветов, окружающие его со всех сторон, и коновязи, и лошади, и флаги на высоких шестах, и выгородки отхожих мест, и множество воинов, и костры, и даже коровы в отдалении…

– Почему он Могильный? – с недоумением озирался Соп. – Ведь рядом нет ни одного кладбища.

– Пепельная пустошь, – махнул рукой на мутное пространство за острогом Торн. – Проклятое место. Его по разному называют. И Поганкой. И Волчьим урочищем. И Могильным эхом.

– Могильным эхом? – встревожился Брет. – Почему.

– Не знаю, – пожал плечами Торн. – Или знаю не все. Ладно. Держите себя настороже, в толпу не лезьте. И языки просто так не высовывайте. Сдадим обоз, прикупим немного припасов, поправим одежду, и отправимся дальше. Так что остановимся в отдалении, чтобы не хлопотать лицами попусту. Да не трясись ты, Вай, это мы должны беспокоится, а не ты.

Вай слегка приободрился, когда Фошта вызвалась сопровождать его в качестве охранницы старшего обоза, да еще крепко ухватила монаха за локоть. Бедолага даже выпятил живот и прикусил губу. Тем временем Андра притащила несколько мисок с теплой берканской кашей, и ее спутники застучали ложками.

– Так и не удалось ни выпить вина, ни закусить окороком, – проворчал Соп. – Чудные запахи были в трактире у Тика. Чудные. Да и давно я помощи не отправлял родным в Йеру, может уже и похоронили меня. С другой стороны, все лучше, чем быть опозоренными родителями казненного сына.

– А у меня только мать, – отозвался Брет. – Еще кто-то есть, но я его не знаю. Кто-то содержит мать, да и меня. Устроил меня в роту, купил доспехи, оружие, коня. Но все тайно.

– Может быть, ты и в самом деле еще один принц Одалы? – облизал ложку Соп.

– Вряд ли, – отмахнулся Брет. – Я не похож на него. Да и мать сказала бы. Она говорит, что отец погиб. Они прожили вместе несколько лет, но когда я родился, он отправился куда-то на север и погиб там. Он был не молод, и родных у него не осталось. Да и этот брак не был освящен храмом.

– Так ты незаконорожденый? – удивился Соп. – И попал в альбиусскую роту?

– Что изменилось от моих слов? – напрягся Брет. – Или я показал тебе следы проказы на своем теле? А если я скажу, что во мне течет, к примеру, фризская кровь? Ты подпрыгнешь от ужаса? Или схватишься за рукоять меча?

– Твой отец был фризом? – округлил глаза Соп.

– Нет, – снова опустил голову Брет. – Да кем бы он ни был. Но кто-то мне помогает… Помогал. Может дядя? Тетка? Или у меня есть сводный брат?

– Как его звали? – спросил Торн. – Если твой отец был доблестным воином, помогать может и королевская казна.

– Я не знаю его имени, – вздохнул Брет. – Мать сказала, что и не должен знать. Он предупредил, что если кто-то узнает его имя, я могу оказаться в опасности.

– Мы все в опасности, – подала голос Андра. – Весь Терминум в опасности. Какая разница, как кого зовут, если накрывает каждого?

– А у вас с сестрой есть родители? – спросил Соп.

– Обитель смиренных набирает послушников среди сирот, – ответил за Андру Торн. – Точно так же и Храм Кары Богов. И это касается не только Андры и Фошты, но и Вая.

– Скорее бы он появился, – проворчал Брет. – Не великий труд прикупить провизии в дорогу.

– А вот и он, – поднялся на ноги Соп. – И, кажется, не один.

Рядом с Ваем и Фоштой вышагивал рослый, слегка сутулый здоровяк с перебитым носом. Он поочередно окинул взглядом каждого, но задержался на Торне и, поклонившись, сразу перешел к делу.

– Меня зовут Хельмом. Я иду на запад, ищу спутников.

– Почему ты решил, что мы можем стать твоими спутниками? – спросил Торн.

– Ты ведь Безумный Торн? – ухмыльнулся Хельм. – Наслышан о тебе. И в лицо помню. Да, приходилось по молодости ходить в походы с йеранскими гвардейцами. И с одалскими, конечно. Давно уже. Но тебя я помню.

– Я тебя нет, – нахмурился Торн.

– Может быть, еще вспомнишь, – пожал плечами Хельм. – Я одно знаю, что ты никогда не бросаешь своих воинов в беде. Меня это устраивает. И жалованья мне не нужно. Доля от трофеев, если они будут, устроит.

– А доля от смерти, если она случится? – поинтересовался Торн.

– Выпадет, так выпадет, – вздохнул Хельм. – Честно скажу, не своею волей на запад бегу. Случилась одна напасть, хотят меня в темницу бросить за то, чего я не совершал. Так что, выхода нет. А тебя, Торн, я вроде знаю. Поэтому и…

– А если я изменился? – спросил Торн. – Был безумным, затем образумился. Не боишься?

– Не боюсь, – потер перебитый нос Хельм. – Вы ведь через Пепельную пустошь пойдете?

– С чего ты взял? – насторожился Торн.

– Так я за вами с час наблюдал, только потом подошел к вашему монаху, который, конечно, совсем не похож на обозника, – усмехнулся Хельм. – Ты же даже когда ложкой по миске стучал, взгляда с Пепельной пустоши не сводил.

– Мы что? – испуганно прошептал Брет. – И в самом деле пойдем через Пепельную пустошь?

– Как получится, – прищурился Торн.

– А это было бы интересно, – ухватилась за рукоять меча Андра.

– С Пепельной пустоши выдачи нет, – объяснил Хельм. – Погоня за нами туда не сунется. Побоится.

– Погоня? – не понял Торн.

– Там, – махнул рукой в сторону Хельм, – ваши имена. На главном шатре. Голубиная почта. Я бы не затягивал. Надо уходить. И это только одна причина. Есть еще одна.

– Твоего имени там, значит, нет? – нахмурилась Андра.

– Кто я против Торна Бренина? – вздохнул Хельм. – Пусть даже в юности и походить на него мечтал. Никто. Да меня и искать будут на востоке, разве пойдет обычный рыбак на запад, где война разгорается?

– Какая вторая причина? – мрачно спросил Торн.

– Доходяга один с час назад ушел в Пепельную пустошь, – объяснил Хельм. – Моего возраста, юркий, но противный и скрытный. Скуром его кличут. Мне кажется, он дорогу знает. Надо бы его догнать.

– Кто он? – спросил Торн.

– Не знаю, – пожал плечами Хельм. – Неделю здесь ошивался, то ли лекарь, то ли колдун, то ли для каждой дырки пробка. Но ты же должен знать, Торн, Пепельная пустошь все расставляет по местам. И если кто прыщ гнойный, то выдавит так, что и места пустого не останется.