Читать книгу - "Крылья бездны - Матвей Геннадьевич Курилкин"

— Не хочу сомневаться в твоей подруге, Шуша, но мне как-то тоже не по себе, — Напряжённо прокомментировала демонесса.

— Ни писай в рюмку, госпожа Каси, — отмахнулась старая пиратка. — Ща нас встретят и проводят!

Столичный порт уже был совсем близко. Ярко освещённый, с множеством кораблей на причале, и одним — просто хтонически огромным. Авианосец, будучи неповреждённым, внушал ещё сильнее.

Несмотря на ночное время порт не спал. Даже издалека было видно, как там ездит какая-то местная техника, перевозят какие-то грузы, снуют разумные. Да и вокруг порта тоже что-то летало. Вот от причалов двинулись несколько небольших корабликов — Влад в темноте не мог определить тип, но, вроде бы, это были боевые корабли. Причём двигались прямо в сторону островитян, которые по просьбе Шуши не отключали сигнальные фонари.

— Что-то мне не нравится, как целеустремлённо они к нам идут, — Пробормотал Ори, стоявший за штурвалом.

— Неизвестные корабли, приказываю лечь в дрейф и приготовиться к досмотру! — Ожил переговорник в рубке.

— Уходим вниз, — Тут же среагировала Каси, которая сегодня стояла за штурвалом. — Команда, к бою. Готовимся дать по ним залп…

— Стой-стой-стой! — Закричала Шуша. — Вы чо⁈ Я ш сказала — фстретят нас!

— Отстань, это патрульные корабли! — Огрызнулась демонесса. — Говорила же, что нас заметят!

— Канечна заметят! Канечна патрульные! Старая Сиська у них главная! Каму ищё нас тут фстричать, как ни патрульным, вы чо? А то, что нивежлива, так им жи надо палитес саблюсти, если вдруг остроухие слушайут!

— Ба, ты риальна тупайа! — Прокомментировала Шмякка. — А сразу придупридить нильзя штоли было?

Глава 25

«Нет, ну это в самом деле перебор, правильно её Шмякка обозвала, — возмущался Влад. — Пребупреждать же надо!»

Не то чтобы он всерьёз опасался встречи с патрульными. Серьёзной угрозы они не представляли в любом случае, но не хотелось, чтобы планы нарушились. Влад, как и остальные островитяне, уже готовился к короткому сражению, после которого пришлось бы уходить — не воевать же со всеми светлорождёнными, что собрались на архипелаге? На такую толпу снарядов точно не хватит.

Обошлось. Ещё до того, как борт «Стремительной» соприкоснулся с бортом патрульного корабля, оттуда с диким визгом перескочила очередная зелёная коротышка, и напала на Шушу. С рыком и проклятьями. Та ответила тем же, после чего они принялись кататься по палубе, мутузя друг друга самым жестоким образом. Остальные патрульные при этом и не думали присоединяться к «абордажу», да и драка довольно быстро закончилась. Без явного победителя или побеждённого — просто в какой-то момент клубок распался, гоблинши вскочили на ноги, светя одна фингалом под глазом, а другая — разбитой губой. Обнялись крепко, но недолго.

— Давно я тебя не видела, мерзкая рожа! Аж саскучилася! — С удовлетворением произнесла новоприбывшая.

— Дык, а кто тебя аж в самую столицу гнал, тупайя ты морда? — Ответила Шуша. — Сама дура, карочи.

— А это чиго, имперская помощь прибыла? Чота жиденько? — Липка с сомнением оглядела команду.

— Гаварят, что не имперская, — пожала плечами Шуша. — А как оно на самом деле — хрен иго знайет… но ани крутыйе ваще, так-то. Видала, как трудяги остроухих зассали?

— Так это они что ли? Тада да, круто. А я-та думала, мож и правда бездна того, разгневалась… Карочи, давайти, я вас фсех канваировать буду. Вы, если чо, падазрительныце личности, которых чичас нада обязательно всех ловить в связи со всякими ужасными происшествиями, которые вы сами и устроили. Но эта так, всё равно никто ничо ни спросят, патаму как у нас валнения ф сталице. Пряма сигодня ночью эти самые валнения и организуем. Дастойныйе жительницы города, да и фсего Рамбичискага решили, чтобы все остроухие со сваими слугами пусть валят нахрен абратна. А то мужиков трахать не дайут, а гелиотроп забирайут. Так что вы вовремя. Эльфы наверняка захотят нас фсех уестествить жестоко, патамучта раньше, когда за эльфов против империи бунтавали это была законная воля народа, а типерь, когда бунтуют за империю против эльфов — это происки бандитов. Карочи, всем щас ни да милачей, и вы очинь вовремя. Но пака — под канвоем! А правда вы сабирайетесь весь гелиотроп у остроухих уворовать⁈

— Агась, — кивнула Шуша, а Владу опять захотелось хлопнуть себя по лицу. Соблюдение конспирации — это явно не про гоблинов, даже если они пиратские бабушки. И Липка это заметила. — Ты чиго морщишься, красавчег? Вечно вы фсякие тайны выдумываете там, где нинада! Хочишь грабануть светлорождённых — будим их грабить! Только чур, мне двадцать працентов. Долю хачу, патаму чта памагать собираюсь фсемерно. Информационно и всё такое… только, конечно, если у вас какой-нито план есть. А то абордаж там ни палучится, у злых остроухих красавчегов слишком много охраны. Малинькой командой не патяним, а бальшой у нас нету. Фсе сигодня заняты, понимаешь. Там то одно надо занять, то других арестовать, то третьим настучать…

— Так вы чиго, и без меня, что ли, собирались шуметь? — Недоумённо спросила Шуша.

— Ну дык, — хмыкнула Липка. — Но ты вовремя сильно… и если мужиков каких-то там правда привезёшь — это прямо очинь хорошо. У нас после тваего званка сторонников втрое больше стало. Фсем резко надоели остроухие. В общим, вы очинь вовримя, и мы даже может сегодня не памрём.

— Нам бы сначала со своими связаться, — напомнила Каси. — Есть возможность на узел дальней связи попасть?

— Ни праблема, — отмахнулась Липка. — У миня там систра па гарему заправляет, и мы его как раз первым брать будем. Ща расположимся, карабли аставите, и пойдём.

Чего у гоблинов не отнять — так это кипучей энергии, которую они всегда готовы приложить к любым делам. Отец Влада в детстве говорил про подобных личностей «Всё в руках горит» с оттенком неодобрения. Если гоблинша задалась целью что-то сделать, то препятствий она просто не замечает. Корабли оставили в так называемом карантине — специально отведённом месте, где держали все задержанные суда. Команды тоже предполагалось держать поблизости, в специально отведённом месте. То ли тюрьма, то ли не слишком комфортное общежитие — снаружи и не поймёшь, а внутрь их Липка и не думала вести.

— Вы чиго, я ж гостеприимная, — оскорбилась она, когда люди направились