Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

с Кирой пока было сложно. К взрослым людям девочка относилась крайне подозрительно, и ее можно было понять. Растила ее бабушка, воспитанием занималась тоже она… Как бабушка воспринимала жен отца?

Совершенно без восторга.

Исключение делалось для первой жены – не сильное. Но там даже бабушка признавала – выгоды в первом браке Бориса Викторовича не было. Обычный студенческий брак. Встретились, полюбили, поженились.

Потом, к концу пятого курса, Борис Викторович занялся торговлей. Чем он торговал, Кира не знала. Чем-то. Раскрутился, вошел к кому-то в долю… где вы видели ребенка, который досконально будет вникать в родительские дела? Кира и не вникала.

Раскрутился Борис Викторович достаточно быстро. И развелся.

Почему? Кира говорила, что первая жена ему не подходила по статусу. Она была из неблагополучной семьи, у нее были какие-то проблемы. Получила женщина квартиру в качестве отступных – и ушла.

Борис Викторович женился на матери Киры – Катерине.

Молодая девушка, выйдя замуж за бизнесмена, сначала решила, что попала в рай.

Муж любит, капризы выполняет, опять же, не толстый, не старый, не страшный… чего еще надо? Ребенка вот родили…

И началось.

Послеродовая депрессия.

Во времена Анны и слов-то таких не знали, а тут оказалось, что она – есть. Или (по мнению уже Анны) депрессии не было как таковой. А вот безделье…

Безделье в сочетании с тяжелыми родами оказалось для женщины неподъемной ношей.

По хозяйству – прислуга. С ребенком бабушка, которую не прогонишь, Борис против, да и не так уж Катерина любила дочку, весьма средне, даже грудью не кормила. В результате у девочки то колики, то аллергия, то еще что…

Свалила мать ее на свекровь да и порадовалась. А делать-то что?

Читать не приучена, думать – тем более, сериалов много не посмотришь, а там и подсказал кто-то! И начала Катерина скрашивать свою тоску парой капель коньяка в кофе. Потом – без кофе. А потом уже и не в каплях отсчет пошел.

Борис Викторович честно пытался ее лечить – года три. Потом понял, что бесполезно, махнул рукой, купил и второй жене квартирку похуже – все одно пропьет – и выставил ее из своей и Кириной жизни.

Третья супруга была полностью подходящей. По статусу, возрасту, внешности…

Но безделье губит всех. А может, и не только безделье тому виной. Но третья жена, которую Кира и не особо помнила, подсела на наркоту. Борис Викторович разматерил все и вся, но махнул рукой и эту супругу тоже выставил.

Четвертую супругу отца, то есть свою третью мачеху, Кира уже помнила. И активно не любила.

А чего тут любить?

На девочку та внимания вообще не обращала, никакого, зато на мужчин… Та порнография на компьютере – слабое отражение ее способностей.

Через то замуж вышла, через то и погорела с треском и блеском. Все же трое студентов-китайцев в супружеской кровати – это небольшой перебор. Хотя и одного было много.

Киру воспитывала бабушка. Маргарита Ивановна дамой была своеобразной. Даром что преподаватель музыки, характер там был как у матерого прораба. Какие там нежности-трепетности?

Упал – отжался – сделал – и не тявкать! Может, с учениками в наше-то время и нельзя иначе. В любое время нельзя.

Но внучку Маргарита Ивановна любила. Правда, проявлялось это своеобразно. Киру берегли, любили, заставляли жить по режиму, носить платьица, плели косички…

Свобода выбора? У детей?

Смеяться изволите?

Ладно… пусть выбирает, банановый кефир выпить или клубничный. Но пить все равно придется.

Гайки были закручены четко. Утром зарядка. Контрастный душ. Потом школа, здесь же, в поселке, по возвращении из школы – обед, два часа сна, полдник, уроки, вечером – секции и кружки. То есть в понимании Маргариты Ивановны – репетиторы.

Киру учили играть на музыкальных инструментах, лепить, рисовать, вышивать и вязать. Расписание все учитывало, вплоть до визитов на выходных в картинные галереи, консерватории и музеи.

Стоит ли удивляться, что после бабушкиной смерти у девчонки сорвало все предохранители?

Кира поняла, что свободна. И никто не стоит над душой, никто не заставляет делать уроки, не действует на нервы, не требует, не указывает, не, не, не… не нужна она никому!

Вообще…

Отцу?

У того бизнес, бизнес, БИЗНЕС!!!

Отцовской супруге? Будь Кира мальчиком, может, та и заинтересовалась бы. А девочка… что с ней делать-то? И вообще, потенциальная соперница. Нечего тут!

Девочку она просто гоняла, а та и рада гоняться. Кстати, ту видюшку она с компьютера мачехи как раз и скачала. Интересно же!

Какое-то время Кире везло. Она носилась по поселку в свое удовольствие, прибилась к компании ребят постарше, начала курить, выпивать и даже попробовала травку.

Интересно же!

Не то чтобы ей самой хотелось, но – интересно! Так вот оно обычно и бывает! Сначала ты на побегушках, а потом и зависимость сформировалась. Кто знает, до чего дошло бы у Киры, но… повезло!

Организм девочки, как оказалось, вообще не переваривает наркотики. Ни в каком виде. С более серьезными еще неизвестно, а вот травка почему-то вместо расслабления дала побочный эффект. Девочку начало рвать, поднялась температура, она начала задыхаться…

Борис Викторович, как обычно, был на работе.

Всех взбаламутила Роза Ильинична, с которой Маргарита Ивановна была давней подругой. Она увидела, что девочке плохо, она заставила Романа отвезти ее в больницу, она позвонила Борису Викторовичу… и она же огребла «благодарности» с двух сторон.

От Киры – потому как права девочке урезали по самые обязанности.

И от Бориса Викторовича – не уследила.

Конечно, впрямую Кира это Анне не рассказывала, но умение вести беседу – оно в любом веке умение! Анна так построила разговор, что Кира и выложила все, и сама не заметила. Уметь надо!

Риторика, логика… не учат этому в школах! И совершенно зря. Могли бы и поусердствовать, на той же литературе.

Но – нет.

Почему?

Да потому, что никому не нужен народ, четко знающий, когда ему вешают лапшу на уши, ловящий на нестыковках и вообще обученный мыслить. Чем примитивнее баран, тем легче пастуху!

Борис Викторович запер дочку дома и принялся нанимать ей нянек.

Ага…

Даже – ога и бу-га-га…

Кира восприняла это как покушение на свою свободу и независимость, плюс сюда еще добавился подростковый возраст, и девочка словно с цепи сорвалась. Няньки и гувернантки вылетали из дома едва ли не быстрее, чем заходили в дом.

Пороть-то соплюшку не разрешалось! А без этого справиться с ней пока ни у кого не получалось. Наверное, кроме Анны. И то – Анна не начала еще справляться.