Читать книгу - "Рождённая летать - Аксюта Янсен"

Очень скоро Стальное гнездо из тихого, провинциального и даже захолустного местечка превратился в центр паломничества разнообразных комиссий, комитетов и прочих уполномоченных. А вокруг лежащего, полурасколоторого летучего корабля образовался целый научный городок. В считанные дни айи возвели лёгкие конструкции для жилищ, провели постоянное освещение, обеспечили бесперебойное снабжение продуктами. И взялись за работу вдвое злее.

Шерил во всём этом участие не принимала. Получив, как и всё участники той битвы красивую цацку на грудь, наградные и три дня отпуска, она отправилась в гости к родителям Никеи. Хотела сначала в столицу смотаться, к Мастеру Езекиилу, во исполнение обещания посмотреть как там крылышки растут, но вовремя решила с ним списаться и узнала, что того не будет на месте. А больше ей, собственно, ехать было не к кому и поступившее от боевой подруги приглашение, было с благодарностью принято и ею и Нуэ, которому до родного побережья было добираться слишком долго. Так и получилось, что даже коротенький отпуск седьмая тройка проводила вместе.

Отдохнула. Отогрелась в атмосфере любви и заботы, которую умели создавать вокруг себя родители Никеи, посмотрела на то, как живут айи среднего достатка, попробовала пофлиртовать со случайно заглянувшими «на огонёк» её же одноклассниками и вернулась. И первым же, кого встретила на изрядно запруженном незнакомыми людьми дворе форта, был Мастер Езекиил. Высокий, монументальный, чернокрылый, удивительно неуместный и непривычный в этом месте, вне своих подземных лабораторий, куда иные заходить имели право только по предварительному приглашению. И, как правило, не имели на то желания.

Мастер Езекиил

— Мастер? Какими судьбами? — а вот Шерил ему точно обрадовалась. А почему нет? Он был к ней добр, здорово помог на первых порах, когда она здесь никого и ничего не знала и рассказывал много интересного и у неё не стеснялся спрашивать. А что касается его собственных занятий, которые местные почему-то считают шокирующими, то ничего такого особенно жуткого он ей не показывал. По правде говоря, та единственная экскурсия в музей при медицинском колледже в родном мире оставила у неё гораздо более пакостный осадок на душе.

— Работать, — от глаз, по смуглой коже разбежались весёлые морщинки. — Вы тут, говорят, шикарную птичку подбили?

— Какая птичка? — она с готовностью подхватывает шутку. — Тот динозавр летучий? — интересно, а динозавры летали? Вроде птиц тогда ещё не было, кто-то же должен был населять воздух?

— Вот на него и посмотрим.

Она, обняв его двумя руками за руку, повела Мастера в форт, к себе в комнату. А куда же ещё гостей приглашать как не к себе домой?

— Меня вряд ли пустят, — Шерил почти сожалела. — Там же, наверное, такая охрана! Да и секретность… А где вы остановились?

— Внизу, в долине. Там ещё можно было комнаты снять.

— Это же далеко! И долго добираться, наверное.

— Далеко. И долго. Но в форте не осталось свободных помещений. Занят даже чердак. А рядом с объектом жить… знаешь, даже мои нервы долго не выдерживают.

— Что, амулеты ещё не поотключали?

— Не в них дело, точнее не только в них, — он прикусил язык, чуть не сболтнув информацию, которая считалась секретной. Пока считалась. — Только тяжело там. Давит. Работать ещё можно, а вот спать совсем нельзя. Больше чем на пару часов заснуть не удаётся, а просыпаешься не отдохнувшим, а совсем вымотанным.

— Ужас, — посочувствовала она, потому, что надо же было что-то сказать. Самой-то ей, слава всем Крылатым Девам ничего подобного испытывать не приходилось.

— А главное, сколько времени все эти перелёты занимают!

Шерил с проснувшимся интересом оглядела свою девичью комнатушку, в которую уже успела привести Мастера и даже сунуть чайник на огонь. Где-то у неё даже конфеты с лучших времён сохранились. И домашняя выпечка Никееного семейства, выданная с собой, в дорогу, рюкзачок оттягивает. Есть чем угостить. Однако же идея…

— А что, если вы здесь останетесь?

— Ценю твоё гостеприимство, но здесь даже одному тесновато, — он демонстративно развёл крылья в сторону, и от стены до стены не хватило места, чтобы расправить их полностью.

— А я и не предлагаю жить вдвоём, — она прибавила огня под чайником — нет, всё-таки прогресс — это здорово. Печурка, даже самая крохотная в её комнатуху не влезла бы. — С тех пор как нам уплотнили графики дежурств, я здесь бываю далеко не каждый день. А когда бываю, то просто ложусь и засыпаю. И не всегда это время — ночь. А время наших вылетов и возвращений всегда можно посмотреть на стенде в главном зале.

— Знаешь, девочка, — Мастер, по-новому оглядел предоставленные покои, — мне, наверное, стоило бы вежливо отказаться, но я соглашусь.

И он остался. И действительно, разминуться с иномирянкой в те недолгие часы, что она проводила в форте, не составляло труда. А возвращалась она действительно не каждые сутки, посеревшей, вымотанной и даже, кажется, отощавшей от усталости. Настолько, что у Езекиила появилось желание серьёзно поговорить с Мастером и командором этого форта: а так ли уж нужно доводить её до крайнего утомления.

— Нужно, — ответил Азорра, который здесь, в своих владениях, выглядел намного серьёзней и, даже, пожалуй, суровей. — Почему, вы думаете, у вас есть время и возможность продолжать работу?

— Потому, что нас охраняют ваши бойцы? — сделал логичное предположение Мастер Езекиил.

— Именно. А ещё потому, что среди них есть эта иномирянка. И когда она вступает в бой, на моих ребят перестаёт действовать ментальная магия. Вот такая вот зависимость. Уже неоднократно проверенная.

— Так укрыть её поблизости в безопасном месте и пусть себе колдует? — и Езекиилу странно было, что до этого простого варианта не додумались.

— Не выйдет. Это, чем бы оно ни было, работает, только когда девушка сама вступает в битву. И действует только на ту команду, которую она считает своей.

— Занятно, — Мастер покачал темноволосой головой.

— Более чем! Однако, Мастер, я надеюсь на ваше благоразумие, — Азорра посмотрел исподлобья и очень серьёзно. — Девушка об этой своей способности не догадывается и пока это остаётся так, её можно придержать на вторых-третьих ролях, рискуя её жизнью как можно меньше, а вот если вы обмолвитесь, рисковать придётся всерьёз и по-настоящему. Пока она верит, что делает что-то архиважное — всё работает, а если узнает, что это не совсем так, то может и перестать получаться.

Мастера Езекиила это не убедило, но он отступился, потому как не чувствовал себя правым. И мало времени, которое слишком быстро улетучивается, и велика усталость, и давит страх опоздать, не разобраться, не справиться. А потому, он раз за разом возвращаясь