Читать книгу - "Исцеление вечности - Джули Кагава"

этом я оскалилась. — Мы ни за что не прикоснемся к вашей крови. После того как…

Я осеклась — Кэнин строго взглянул на меня, веля молчать. Было очевидно: он не хотел, чтобы хоть кто-то знал, что он заражен. В отчаянии я закрыла рот, однако перечить мне никто не стал, хотя Шакал посмотрел удивленно, словно, по его мнению, я сделала какую-то глупость.

Доктор пожал плечами:

— Дело ваше. Вы уже знаете, что кормиться от людей с Периферии нельзя. Если их кровь заражена, вирус передастся вам.

— Нам это известно, — ледяным тоном ответила я. — Государь разъяснил предельно понятно.

— Хорошо. Охрана вас проводит.

И охрана нас проводила. Гвардейцы поднялись с нами на лифте на первый этаж — семь вампиров и один человек в тесной металлической кабине. Мне с трудом верилось в происходящее. Подумать только: я, мой господин, мой кровный брат и Зик, такие разные — при обычных обстоятельствах мы никогда не были бы вместе. Мы, скорее всего, были бы врагами. Но вот мы здесь.

У выхода из башни стояли два автомобиля — приземистые, с большими колесами и прожекторами на капоте. Человек в форме кивнул нам, когда мы подошли.

— Государь велел отвезти вас к воротам во Второй сектор, — сообщил он и указал на Кэнина и Шакала. Другой солдат открыл дверь одной из машин и жестом пригласил их внутрь. — По двое в машину, пожалуйста. Девушка и человек поедут во второй.

— Почему мы не можем поехать вместе? — спросила я.

— Прошу прощения, мэм, — солдат говорил вежливо, но твердо, — но мы должны доставить вас именно так.

Я могла бы поспорить, но, похоже, Кэнина и Шакала это особо не волновало, разве что Шакал бросил на Кэнина самодовольный взгляд, который тот проигнорировал. Наверное, если бы Государь хотел убить нас, то уже убил бы.

— Ладно, — буркнула я, поворачиваясь ко второй машине. — Пошли, Зик.

Однако, едва мы забрались внутрь, я поняла, почему нас разделили. Это произошло вовсе не по приказу Государя.

Шест и его вечные охранники сидели напротив нас, их арбалеты были направлены мне в сердце. Я почувствовала, как напрягся Зик, но двери за нами захлопнулись, щелкнули замки. Шест улыбнулся, положил ногу на ногу, жестом указал нам на сиденья:

— Устраивайся, Элли.

Мы опасливо сели. Машина заворчала и двинулась с места. Сцепив пальцы под подбородком, Шест не сводил с меня глаз, огни города отбрасывали на его лицо тени. Если Шест хотел впечатлить или напугать меня, у него ничегошеньки не вышло.

— Что тебе надо, Шест? — спросила я, прежде чем он успел вымолвить хоть слово. Он сощурился, словно я украла у него реплику, словно это была какая-то дурацкая игра.

— Меня зовут, — злобно смотря на меня, сказал он, — Стивен. Мистер Стивен, первый помощник самого Государя Салазара. Шест — мое никчемное имя на Периферии, имя, которого, как всем казалось, я заслуживал. Это вы с Лукасом стали так называть меня, потому что больше ничего во мне не видели. Только палку, которую можно легко сломать и выкинуть. — Шест перевел взгляд на Зика, который растерянно наблюдал за нами, и глаза его сверкнули. — А я ведь был ей лучшим другом. Она тебе не рассказывала? Мы оба тогда были уличными крысами на Периферии. Она никогда об этом не упоминала?

— Нет, — спокойно ответил Зик. Скрестив руки на груди, он настороженно смотрел на Шеста. Он не мог не чувствовать явственно повисшее между нами напряжение, но его голос оставался невозмутимым: — Я не спрашивал.

— А возможно, стоило, — заявил Шест, несмотря на мое предупреждающее рычание. — Возможно, стоило спросить о Лукасе и о том, как он умер. Это, знаешь ли, был наш главарь. Она была к нему неравнодушна, сильно неравнодушна, хоть и пыталась это скрывать. Бедный Лукас. — Шест покачал головой. — Ему казалось, что он ее любит, и из-за этого он попался бешеным.

— Шест! — Я обнажила клыки, и охранники предостерегающе вскинули арбалеты. Внутри меня бурлила отчаянная ярость — Шеста необходимо было заткнуть. Мой демон, разумеется, подначивал меня решить проблему просто — вцепиться ему в глотку, и еще никогда я не была столь близка к тому, чтобы поддаться соблазну.

Но ровный, успокаивающий голос Зика пробился сквозь мой закипающий гнев, утихомирил его ненадолго.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — с ноткой недовольства спросил Зик. — Я думал, вы были друзьями.

— Друзьями. — Шест горько улыбнулся. — Возможно, когда-то. Я думал, что она мне друг. Но она лишь притворялась. Они все притворялись. Она вообще-то хорошо это умеет. — Шест бросил на меня оскорбленный взгляд, на лице его мелькнула искренняя обида. — Она притворяется, что ты ей небезразличен, притворяется, что хочет быть с тобой рядом, но это все игра. Настоящую себя она тебе не покажет, верно, Элли? — Он посмотрел прямо на меня, и, к моему изумлению, в его глазах я на мгновение заметила слезы — но тут Шест моргнул, и они исчезли. — Я хотел, чтобы ты мне доверяла, я хотел показать тебе, что я на что-то способен, но ты никогда не давала мне шанса. Ты всегда считала меня ни на что не годным. Ну теперь-то я на что-то гожусь, верно?

— Я никогда так о тебе не думала, — прошептала я сквозь стиснутые зубы. — А если я и отгораживалась от тебя, то лишь потому, что мне было бы невыносимо видеть, как ты умираешь. Как любой из нашей банды умирает.

Тут Шест рассмеялся. Звучал его смех отвратительно.

— И ничего хорошего из этого не вышло. — Он снова повернулся к Зику, уголок его рта подергивался. — Честно предупреждаю, — сказал он, смерив собрата-человека презрительным взглядом, — не сближайся с ней. Она никому не доверяет и никогда перед тобой не раскроется. К тому же так получается, что все, кто с ней сближается, пропадают.

— Благодарю за предупреждение, — сказал Зик. И прямо на виду у Шеста и охранников специально взял меня за руку и переплел наши пальцы. — Но я думаю, со мной все будет в порядке.

Я никогда раньше не видела Шеста в бешенстве, но от взгляда, который он устремил на Зика, легко могло бы скиснуть молоко. Чистая незамутненная ненависть, ярость и… ревность?.. разлились по его лицу, однако Зик невозмутимо взглянул на него в ответ, поглаживая большим пальцем мою ладонь — по коже побежали мурашки. Я сидела неподвижно, смотря на Шеста — его лицо приобрело зловеще-красный оттенок. Стиснув зубы, он злобно уставился на нас с Зиком.

Внезапно Шест повернулся, схватил пистолет с ремня у охранника и направил прямо на Зика.