Читать книгу - "Командор - Никита Киров"

приказ РВС Мидлии, чтобы заняли боем Третью дивизию. Хотя бы оттянули часть, как выйдет, и прошлись по их тылам.

— Это же наша дивизия, — удивился один из штабных офицеров.

— Уже не наша, — отрезал Рэгвард. — Нельзя дать им добраться до места высадки, их намного больше. Пусть крепость ударит сюда, — он показал на карту. — Но не стреляйте в район высадки, пока десант сам не попросит.

* * *

Танковая колонна Третьей Мардаградской…

По ним стреляли, но это было бесполезно, танки и бронемашины пехоты ехали на полной скорости и сносили любые преграды. Зорин смотрел в перископ, слушая эфир.

— Так, внимание, орлы! — передал он по внутренней радиосвязи другим экипажам. — Впереди пехота врага. Надо показать этим пустынным крысам, где наши северные раки зимуют.

— Цель на двенадцать часов, — прохрипел наводчик. — «Сухарь-мобиль» с пушкой. Навёлся на него!

— Огонь! — приказал Зорин.

В наушниках шлемофона раздался резкий щелчок, спасая уши от громкого звука выстрела танкового орудия. Цель была уничтожена с первого попадания.

* * *

Катакомбы…

Бой в катакомбах продолжался. И хоть здесь был десант, основная тяжесть рукопашной схватки выпала на долю разведчиков.

Оба нападали из темноты, били ножами, кровь брызгала на грязные стены. Затем они скрывались, обходя ловушки, и нападали снова. Когда надо — стреляли, а когда надо — резали.

Джамал шёл вперёд так быстро, что Ермолин иногда ругался, когда не получалось его догнать.

— Куда ты так бежишь, пустынная твоя морда?

— Побыстрее давай, старикан, — проговорил тот, жуя спичку. Лицо было забрызгано чужой кровью. — Или на пенсию уже собрался?

— Да ни в жизнь, — огрызнулся Ермолин. — И я младше тебя на два года, вообще-то! Ах ты гадина какая, сука, — он склонился над раненым пустынником, что лез за гранатой, и пару раз ударил ножом.

Тем временем генерал Салах шёл к выходу из катакомб.

Надо успеть на транспорт. Они подкупили одного офицера из РВС Калиенты, который должен был пропустить их через блокпосты, чтобы они выехали в пустыню.

Часть войск придётся бросить, они будут пробиваться сами, когда город будет окончательно потерян. Остальные выходят сейчас, бросая позиции, пока имперцы этого не поняли.

И тут совсем рядом раздалась громкая стрельба из ручного пулемёта.

— Задержать их! — приказал генерал и торопливо пошёл дальше.

С ним остался только начальник разведки. Остальные бойцы залегли, приготовив автоматы.

* * *

Площадь…

— Пустить дым! — приказал я.

Да, кто-то увидит эту способность, но иного выхода не было. По крайней мере, в своих бойцах я уверен. Да и если пойдёт молва, буду говорить, что это слухи и солдатские байки.

Дымовые гранаты захлопали, едкий вонючий дым скрыл нас всех. Бойцы начали стрелять. Десанту было велено отвлекать врага, ведя огонь по стенам, ведь иначе наверняка убьют многих наших из тех, кто внутри.

А вот снайперы из разведкорпуса могут себе позволить снять кого-нибудь из пустынников, если кто-нибудь откроется.

Ну а мне нужно на второй этаж. А там… а там всё зависит от меня и от наших ребят.

Я сконцентрировался на втором этаже, где случайно попавшая ракета из вертолёта пробила стену. Один из пустынников как раз стрелял оттуда, держа перед собой связанного парня с окровавленным лицом, одетого в полосатую десантную майку.

«У тебя не выйдет, — в голосе Таргина слышалась насмешка. — Отдай тело мне, и я спасу их сам».

«Я тебе больше не верю, — ответил я. — У тебя нет надо мной власти».

Пора. Я сконцентрировался. Я сделал один шаг, второй…

Всё смазалось, стало холоднее. Я будто летел через ледяное поле, и летающие там невидимые снежинки царапали мне лицо, как стекло.

И стало легче. Сделал третий шаг, под подошвой ботинок захрустело битое стекло. Покатились гильзы, которые здесь лежали повсюду, как обрывки бинтов, окровавленные тряпки и чеки от гранат. Сразу завоняло порохом, кровью и палёной ватой, я услышал крики и пальбу.

Я был внутри, на втором этаже. И в этот раз вышло легче. Таргин хоть и сопротивлялся, но он пока не способен меня остановить. Устал, но это терпимо.

Здесь холодно, ведь крышу не успели достроить. Но стены толстые. И враг засел везде.

Один бородатый пустынник повернулся ко мне и замер, приоткрыв рот. Он потянулся было за оружием…

И его отбросило в стену с такой силой, что на ней осталось кровавое пятно.

Остальные это заметили, но я уже начал стрелять. Одной длинной очередью.

Та-та-та!

Автомат подбрасывало, но я давил на него волей, и мог удержать в руках.

Снёс одного пустынника, второго, третьего. На пол упал боец, которого держали у окна, но я его не задел.

Пули выбивали штукатурку из стен, прошивая тела инфов. Ещё один нацелил на меня оружие, но оно тут же вылетело из его рук, притянутое моей силой.

А сам пустынник с диким рёвом полетел в окно, когда я его толкнул своей силой. Очень далеко.

Снаружи шла стрельба, внутри шла стрельба, пустынники ещё не поняли, что я здесь. В комнате было трое наших, и ещё один мёртв. Двое тяжёлых, один лёгкий. Я разрезал верёвки на его руках.

Боец из первого батальона, Слава Змей, прозванный так из-за татуировки на левом плече, смотрел на меня, будто не верил своим глазам. А я думал, он умер.

— Но… как… — только и сказал он, глядя на меня мутными глазами. — Откуда вы…

— Сколько вас здесь? — спросил я.

— Тридцать человек… господин капитан.

У бойца заплыл правый глаз. Его сильно били. И зубов не хватает. А на ногти лучше не смотреть.

— Можешь стрелять?

— Я же ранен, — выдохнул он.

— А больше некому, Слава, — тихо сказал я. — Если мы не начнём вести бой внутри, вас тут всех поубивают. Всех, кто рядом. А потом добьют тех, кто пришёл за вами. Надо ещё повоевать.

Я подобрал с пола автомат и сунул ему в руки.

— Кто может вести бой — присоединяйтесь. Помощь идёт.

Рядом раздалась стрельба. Я пошёл в следующую комнату, игнорируя усталость. У окна были привязаны трупы, но бойцы погибли давно, а пустынники всё равно прикрывались ими, ведь думали, что мы не видим.

Я швырнул туда гранату и закрыл дверь…

Зарокотал пулемёт вдали. Это на площади. Инфы уже пришли, их передовые части вступили в бой. Надо торопиться.

Ещё комната. Несколько связанных ребят сидели у стены, а два инфа перезаряжали пулемётную ленту. Я снёс обоих короткими очередями.

— В бой! — я разрезал верёвки у пленных. — Помогите своим. Некому больше.

Раздавал им трофейное оружие. Кто мог, помогали. Меня на втором этаже