Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Я усмехнулась. Для меня её сумка почти ничего не весила.

— Не переживай, мне не трудно. Ничего, что я на «ты»? — спросила я ради приличия.

— Нормально! Ко мне никто не обращается на «вы». Видимо, из-за хлипкого телосложения не воспринимают всерьёз, — Василиса немного помолчала. — Можешь звать меня Васькой. Меня все так зовут.

— Ладно, Васька так Васька. Скажи, ты давно занимаешься шитьём?

— Класса с третьего. У нас по домоводству была хорошая учительница. Марья Дмитриевна, она наша сельская. У неё в роду отец и дед по матери были портными, поэтому о шитье она знает всё. Я прихожусь ей двоюродной племянницей, поэтому мне тоже нравится шить. Между прочим, Алёшка тоже нам сродственник, только дальний.

Разговор о деревенской родне Алекса занял у нас всю дорогу до гаража.

— Ну а как с твоим ателье? Приносит прибыль? — спросила я, когда мы сели в машину.

— Нет, — вздохнула Василиса. — Ростовский бомонд игнорирует мои модели, а простому люду они не по карману. Если честно, мне нет смысла продавать случайному народу, — призналась она.

— Понятно, на рознице не сделаешь себе имя.

— Да, не сделаешь.

— А чтобы стартовать в сферу высокой моды тебе не хватает средств, так?

Василиса хмыкнула.

— Не хватает не то слово! У меня их просто нет.

— Что ж, твой расчёт оправдался, тебе удалось заинтересовать меня, — я усмехнулась. — Ведь именно это привело тебя ко мне, а не любовь к Алексу.

— Извини, — Василиса покосилась на меня и завздыхала. — Скажу как на духу, я сама не ожидала, что так спокойно отнесусь к Алёшке. Кстати, я видела, как вы ухмылялись. Ир, ты не подумай чего лишнего, я не такая! Просто ты производишь такое впечатление… и дело даже не в твоей красоте, — она заёрзала на сиденье и смущённо улыбнулась. — Нечто подобное я испытала, когда увидела рассвет в горах. Знаешь, у меня такое ощущение, что ты не человек, а природное явление… бог знает, что я болтаю! — воскликнула она и прижала ладони к щекам, полыхающим кумачовым цветом.

— Круто! Природным явлением меня ещё никто не называл. Даже не знаю, гордиться или обижаться.

— Честное слово, я не хотела тебя обидеть!

— Успокойся, я пошутила. Да что б тебя!

Я крутанула руль, объезжая собаку, которая с лаем выскочила на дорогу. Чёрная, крупная, с уродливой мордой она явно была из породистых. Странно. Поблизости нет жилья, а собака без хозяина — не иначе животина потерялась.

Некоторое время пёс бежал за машиной, а затем куда-то исчез.

Минут через двадцать мы въехали в поселок, и я с любопытством огляделась по сторонам. Судя по добротным постройкам, народ здесь не бедствует. Между прочим, где-то здесь обитают родители Алекса, которых я ни разу не видела, во всяком случае, живьём. Алекс сказал, что они живут не в самом посёлке, а на хуторе; у них там мощное виноградарское хозяйство. Не знаю почему, но старшие Савенковы встали в позу и отказались признавать меня. Поначалу я порывалась съездить к ним, но Алекс был категорически против, мол, родители цацкаться с тобой не будут, а ты беременна, не дай бог что-нибудь случится. Затем, когда родились Егорка с Ильюшкой, и родители Алекса не приехали проведать внуков, я поставила на них крест. Если старым драконам не нужны родные внуки, значит, нам не о чем разговаривать.

Василисин дом, в отличие от соседских домов, был старенький, но ухоженный; чем-то он напоминал приземистого бодрого старичка, который с лукавой гордостью поглядывал на прохожих из-под новой красной крыши.

Я затормозила у калитки и, заглушив мотор, протянула Василисе ключи от машины.

— Это тебе. Надеюсь, к завтрашнему дню удастся оформить доверенность.

— Нет-нет! Мне чужого не надо! — всполошилась она.

Гляди-ка, какая щепетильная! Между прочим, муж у меня тоже не общественный, но я не стала поминать ей прошлое.

— Считай это моим капиталовложением в твой модельный бизнес. Если ты не против, я хочу войти в долю…— я порылась в карманах и достала пачку стодолларовых купюр; это были мои личные средства. — Здесь немного, конкретную сумму обговорим во время подписания договора.

Василиса нерешительно глянула на меня, а затем, взяв ключи и доллары, с молитвенным восторгом прижала их к груди.

— Спасибо Тебе, Господи!

— Всегда, пожалуйста, — выйдя из мерседеса, я направилась к багажнику и вытащила из него баул. — Поскольку я сегодня у тебя за грузчика, то с тебя причитается.

Судя по тому, что с Василисиного лица сразу же пропало восторженное выражение, она стреляный воробей.

— Что именно ты хочешь? — насторожилась она.

— Для начала я хочу, чтобы ты открыла калитку и отогнала вашего кабысдоха, а затем отвезла меня к родителям Алекса. Я не знаю, где они живут. Да, ведь ты умеешь водить?

Родители Василисы были дома. Ничего примечательного в них не было, обычные деревенские старики; разве что меня удивил их солидный возраст. Но мама Василисы, словоохотливая суетливая старушка, сказала, что дочь — поздний ребёнок и старшему брату Василисы уже полтинник.

Как ни уговаривали меня Саломатины, на ужин я не осталась, и мы с Василисой направились к родителям Алекса.

Водить новоявленная партнёрша по бизнесу умела, правда, как выяснилось, не слишком хорошо; к тому же к вечеру температура упала, и дорога местами превратилась в каток. Короче, мы съехали в кювет и прочно там застряли. Думаю, мне бы хватило силы вытащить мерседес, но не хотелось наводить тень на плетень. Представляю, какие дикие сплетни пойдут гулять по окрестностям. Нет уж! Мне этого добра хватило в детстве, так что повторения не будет.

На мой звонок о помощи Алекс прислал трактор; он бы сам приехал, но я предупредила, что оторву ему голову, если с близнецами что-нибудь случится. Естественно, я ни словом не обмолвилась, что еду к его родителям — пока ему незачем знать — посмотрим, что выйдет из этой встречи.

После аварии я сама села за руль, так что не прошло и четверти часа, как мы домчались до хутора Савенковых. Когда мы остановились у въездных ворот усадьбы, Василиса предупредила, что родители Алекса очень упёртые, и вряд ли мне будут рады, но я это знаю и без неё.

Прогноз оправдался; раз за разом я давила на кнопку звонка; до нас доносилась его трель, приглушённая расстоянием, но хозяева