Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

лице, что сразу было понятно — женская компания едет не только шить платья, но и развлекаться. Я был рад за них, и ещё немножечко радовался за себя.

Время до осеннего бала я посвятил научномагическим изысканиям. Кто обещал телеграф? Урусов! Вот и занялся сударь Урусов изобретением этого важного прибора.

Скажу честно: особых успехов я не достиг. Увы, в известной деланной магии нет описанных средств для дальней связи. Мне пришлось действовать на ощупь, пробуя различные комбинации Знаков и Печатей. Я проверил несколько гипотез и выкинул их на свалку. Но не отчаивался — если есть среда, то есть эфир, значит, найдётся и способ передачи информации через неё. Главное, мыслить шире и не зацикливаться в привычных парадигмах. На крайний случай, если совсем ничего не выйдет, возьму и «изобрету» проволочный телеграф или даже беспроводной.

Две недели, занятые опытами, пролетели мгновенно, и пришло время отправляться в Муром. Вопрос с выбором транспорта не стоял — дормез и только дормез! Может, верхом и быстрее, но, на мой вкус, приличный некромант должен путешествовать с комфортом. Так что я взял Кижа, погрузился и отправился развлекаться.

* * *

К моему приезду весёлая компания под предводительством Марьи Алексевны уже закончила изводить портних и ждала только нас с Кижом.

— Костенька, мы про тебя тоже не забыли, — чуть ли не с порога заявила мне княгиня. — Будь добр, примерь обновки.

Грех жаловаться — новый камзол сидел идеально, хотя и был немного вычурный. Хуже было другое: новый парик, заказанный специально для меня. Два ряда закрученных локонов, уложенных на висках, и косица сзади, стянутая лентой. Всё это «великолепие» вдобавок следовало посыпать особой пудрой с «ароматом».

После того как я слегка поджарился на инициации, волосы на голове росли неравномерно, какими-то клочками и торчали в разные стороны. Лукиан утверждал, что это временный эффект, и советовал сбривать, что я уже несколько раз и делал. Волосы и правда стали получше, но до идеала было пока далеко. Так что сейчас мою голову украшал короткий «ёжик», вполне приемлемый, на мой вкус. Но Марья Алексевна ахала, закатывала глаза и оставалась непреклонна.

— В приличные дома, Костя, с таким ужасом на голове даже стучаться нельзя. Нет, нет и нет, даже не смей мне возражать. Если не наденешь парик, сделаю вид, что мы не знакомы. У себя в Злобино ходи как хочешь, а на бал будь добр являться в парике.

Мне ничего не оставалось, как махнуть рукой и согласиться. Как показал опыт, Марья Алексевна ерунды не советует. Один вечер потерплю, не страшно.

Перед самым выездом на бал случился сюрприз: приехал Бобров. Уставший, с тёмными кругами под глазами, весь какой-то помятый, но в приподнятом настроении.

— Как ты и думал… — Мы закрылись в гостиной для приватного разговора, и Пётр вывалил на меня новости: — Жульничество с количеством душ в купчей, крепостные чуть ли не в рубищах ходят, управляющий воровал не скрываясь, да ещё и соседи пытались землицу оттяпать. Вот документы…

— Подробности потом расскажешь. Что-то удалось сделать?

— А то! — Бобров надулся как индюк. — Вызвал Надворного Судью, пригрозил соседям, управляющего в колодки взяли, поставил вместо него одного толкового человечка. Но с бухгалтерией придётся повозиться, чтобы порядок навести. Я, собственно, зачем приехал — хотел у тебя попросить разрешение свозить туда Лаврентия Палыча. Пусть посмотрит приходные книги, а то я не слишком во всей этой математике понимаю.

— Дельная мысль, — я кивнул, — проветриться ему не помешает. Только давай в Злобино вместе вернёмся. По дороге покажешь мне документы и расскажешь детали.

— Да я, собственно, в Муроме… — Бобров сразу скис.

— Помню про твою родню, помню, и не собираюсь тянуть на бал. Приведи себя в порядок, выспись, а то лица на тебе нет.

— Тогда другое дело, — он снова засиял, словно начищенный червонец. — Удачно вам повеселиться. Увидишь мою родню — передавай горячий привет!

* * *

Здание дворянского собрания за год ничуть не изменилось. Всё та же серость снаружи и показная безвкусная пышность внутри. Золото, хрусталь, мрамор, ковровая дорожка на лестнице. И снова нас встречала Дубасова, супруга дворянского предводителя, с дочерью-блондинкой и падчерицей-брюнеткой.

— Одну дочь замуж за кого-то из Шереметевых выдала, — шепнула мне Марья Алексевна, когда мы раскланялись с Дубасовой и двинулись вверх по парадной лестнице. — Две тысячи душ в качестве приданого дали.

— Солидно.

— Не хочешь с ними породниться? — лукаво глянула на меня княгиня. — Если посватаешься к старшей, можно и больше приданого получить. С таким тестем ты в Муроме серьёзные дела ворочать будешь.

— Марья Алексевна, чем я перед вами провинился? За какие грехи вы меня женить хотите?

— Это я тебя тренирую отказываться, — она рассмеялась, — ты теперь полковник, жених завидный. Вот увидишь, чем дальше, тем сильнее будут пытаться затащить тебя под венец.

Мы вошли в бальный зал, и я услышал рядом с собой сдавленный возглас. Вахвахова прижала руки к груди и замерла на месте.

— Тамара Георгиевна, — я взял её за локоть, — с вами всё в порядке? Может быть, присядете?

— Константин Платонович, вы не представляете, — она обернулась ко мне. В её тёмных глазах стояли слёзы, — что для меня сделали. У меня даже мечты не было, попасть на бал своими ногами. Спасибо вам!

Было видно, что Вахвахова сдерживается, чтобы не обнять меня и не разрыдаться в голос. К чести княжны, она справилась со своими чувствами и тихонько сказала:

— Я не могу пока танцевать, Константин Платонович. Но когда мне это удастся, первый танец я хочу станцевать с вами. И вы не сможете отказать!

— Тамара Георгиевна, считайте, что уже ангажировали меня.

Она кивнула, сверкнула на глазами и направилась вслед за Марьей Алексевной. А я двинулся прогуляться по залу, а заодно посетить столы с закусками.

* * *

Среди дворян, фланирующих по залу, нашлось немало лиц, с кем приходилось здороваться и раскланиваться. Когда я только успел завести столько знакомых? Помещики, чиновники, какие-то военные. Вот так живёшь-живёшь, вроде никуда особо не ездишь, а знаешь большую часть уезда.

— Константин Платонович! Как я рада вас видеть!

Стоило взять бокал шампанского и на минуту потерять бдительность, как меня окружила толпа девиц в разноцветных платьях под предводительством пожилой помещицы в старомодном высоком парике. Чемодурова с дочерьми собственной персоной! Послал же чёрт встречу.

— Варвара Михайловна, — я галантно поклонился, — вы сегодня великолепно выглядите.

— Ах, вы смущаете меня!

Чемодурова жеманно прикрылась веером и хихикнула, будто ей не пятьдесят лет, а шестнадцать.

— Сударыни, — пришлось целовать руки и всем дочерям помещицы, — вы сегодня настоящее украшение этого бала. Варвара Михайловна, мне казалось, что у вас больше дочерей. Где вы