Читать книгу - "Защитник - Михаил Ахманов"

Хапторы, в силу своей физической мощи, вызывают у лльяно восхищение. Вопрос включения их в клановую структуру пока неясен, но следует отметить один любопытный факт. Общество лльяно не знает войн и вооруженных конфликтов в любой форме, как внутриплеменных, так и между поселениями. Однако не исключаются поединки, причина которых не разногласия или неприязнь, а демонстрация силы, отваги и ловкости (заметим, что такие ристания никогда не ведут в серьезным травмам или, тем более, к смертельному исходу). Хапторы – по крайней мере, один из них (пха Сигеру'кшу) – были включены как равные в сферу этой традиции. При этом всегда соблюдался ритуал вызова, включавший оскорбления и боевой танец.

Нильхази безусловно выпадают из местной клановой структуры, к ним относятся настороженно, как к чужакам, контакты с которыми нежелательны. Причина может состоять в высокомерии нильхази, но нам представляется, что ситуация сложнее. Мы не исключаем попыток с их стороны к неким цивилизационным проектам, которые провалились, оставив у лльяно чувства неприязни и недоверия. Сведения о таких проектах крайне смутные, и надо думать, их осуществляли не у Моря Тысячи Островов, а в других областях континента. Но аборигены что-то об этом помнят и очень неохотно общаются с нильхази.

Зато сервы пользуются их абсолютным доверием. Это неудивительно, ибо с посланцами лоона эо лльяно торгуют тысячелетиями, извлекая из этих контактов несомненную выгоду. Все, что сказано сервами, является для лльяно истиной, ведь сервы никогда не обманывали их, ничего не требовали и не оказывали ни малейшего давления. Аборигены относятся к ним, как к живым существам, и, вероятно, не подозревают об искусственном происхождении сервов. Но их инородность, их отличие от людей, хапторов и нильхази все-таки ощущается; несмотря на длительность контактов, сервы не включены в клановую структуру и по сей день остаются хххфу ата – «тощими пришельцами». Они чужаки, но такие, с которыми можно иметь дело, продолжая традицию предков, обитающих ныне на Желтой луне.

Примечание. Женщина и мужчина терукси (Обна Шета Тренгар и Сирад Ултаим) в этом перечне не указаны, поскольку аборигены относились к ним как к людям Земли. С другой стороны, лльяно проводят четкую границу между землянами и нильхази. Этот любопытный факт наводит на раздумья – ведь по физиологии и внешнему облику нильхази столь же близки к землянам, как и терукси. Возможная причина заключена в их пренебрежительном поведении, в том, что они считают лльяно существами примитивными, даже дикими.

Отчет экспедиции Тревельяна – Сигеру'кшу.

* * *

Утром из деревни примчался гонец, посланный Рахашем, юноша по имени Шога. За его ремнями колыхались перья вестника, на копье тоже трепетало перо, и он исполнил надлежащий танец перед защитным барьером.

В отличие от хулигана Тза, этот юноша был хорошо воспитан: закончив пляску, выкрикнул имя Тревельяна и с почетом проводил его в деревню.

Пятый ярус хижины Рахаша, поднятый на двадцать метров от гигантских древесных корней, слегка продувался ветром. Листья, закрывающие этот покой с боков и сверху, выглядели более мелкими, чем у основания хх'бо, и помост держался на ветвях не толще шеи хаптора.

В помосте из гладких досок зияло отверстие, в которое Ивар протиснулся не без труда. Вниз вела покрытая резьбой лесенка, которую в любом музее Федерации сочли бы достойным экспонатом. Пять таких лестниц соединяли ярусы жилища с землей, и каждую украшал особый орнамент, геометрический, цветочный или изображавший фантастических зверей. Каморка на пятом ярусе была совсем крохотной и служила Рахашу спальней и чем-то вроде кабинета.

К ветвям он подвесил свитки коры с письменами, самые ценные инструменты и несколько корзин, сплетенных из лыка. Корзины заменяли полки, но что в них хранилось, Ивар не знал. Под ветвью с инструментами лежала спальная циновка, напротив был складной столик, а при нем – подушка, набитая шерстью. На ней Тревельян, почетный гость, и сидел, скрестив ноги и опираясь спиной на один из древесных стволов.

– Нильхази! – промолвил Говорильник Рахаш, дергая свисающую с виска прядь волос. – Оченно, оченно надоедливый!

Он снова дернул себя за волосы и поскреб живот, что было знаком крайнего недовольства. Шаттлы нильхази уже не раз приземлялись в Ракке и многих других поселениях, пытаясь склонить их жителей к эвакуации.

Катастрофа неизбежна, планета погибнет под ливнем каменных глыб, пугали они, но это вызвало лишь насмешки, а потом – ожесточение. Такие мрачные пророчества в дни оживленной торговли с сервами были совсем ни к чему – тем более что сервы не собирались улетать с планеты. Их присутствие подтверждало, что на Лиане ничего плохого не случится и что нильхази – паникеры и лжецы. Это в лучшем случае, а в худшем попытка вывезти часть населения казалась делом подозрительным, даже преступным. Так считали старейшины лльяно, не интересуясь каменными глыбами, блуждающими в небесах. Они просто верили сервам, а нильхази – нет.

– Желтый хххфу ата сказать: хотение нильхази нет плохое, только доброе, – произнес Рахаш, все еще почесывая живот. – И еще сказать: нильхази взволноваться попусту. Бездельно! Пре… преув… преувличенно! Для них капля воды – потопление, искра – великий огонь!

Он изъяснялся на земной лингве – вероятно, полагал, что так его речи лучше дойдут до Тревельяна. Ничего не отвечая, тот старался вспомнить сообщения, полученные Командором от адмирала Лодо. Ситуация оценивалась как неясная, не поддающаяся прогнозу: щит прорван астероидами, но есть надежда, что крейсеры Мобильного Флота справятся с этой проблемой.

В ином случае на Лиану обрушится град камней, и предугадать последствия не мог никто – или жизнь на планете будет уничтожена, или континент украсит дюжина воронок, сгорят несколько лесных массивов, и дело с концом. Обна Шета утверждала, что катастрофы, предсказанной ею ранее, не случится, и Тревельян был склонен верить ей, ей и Ромео, Блистающему Принцу. Если добавить к этому заверения сервов, все, пожалуй, было не так уж плохо. Он не собирался покидать планету, и другие члены экспедиции – тоже.

– Желтый хххфу ата еще сказать… – снова начал Говорильник.

– Оууу-аа! – прервал его Ивар. – Хватит об этом Желтом! Лучше говори, чего ты хочешь от меня?

Серв, упомянутый Рахашем, был тем самым младшим Помощником Торговца в желто-оранжевом одеянии, с которым Ивар беседовал в Ракке несколько дней назад. Он повторял сказанное Торговцем, а тот – слова лоона эо: здесь не случалось ничего плохого и никогда не случится.

«Возможно, так, но что питает их уверенность?» – размышлял Тревельян.

Лоона эо, древняя мудрая раса, они ведали множество тайн, но не спешили открывать их людям… Впрочем, о тайне Лианы, о Принце с северного континента, Ивар знал намного больше, чем сервы и их Хозяева.

Рахаш перешел на альфа-лльяно.

– Увва, пусть твоя шерсть окрасится в солнечный цвет… Помоги нам! Нильхази спускаются с неба каждый день, бродят среди жилищ, мешают торговать, пугают самок и ффа'тахх небесными камнями, потопами и пожарами… Очень, очень надоели! Нехорошо, если охотники ткнут кого-нибудь копьем.