Читать книгу - "Под знаком снежной совы - Анна Осокина"

Тося и насколько трудно донести что-то до этого человека. Или я действительно не умею выражать чувства? Ну как ему показать, что у меня на сердце? Я и хотела бы рассказать всю правду, все, что у меня внутри, да не получалось. Не могла подобрать слова, не знала, как выразиться. И все же я понимала, что чем дольше молчу, тем яснее он принимает молчание за согласие. Но это было не так!

Сердце бешено колотилось, но тело оцепенело. Ладони потели. И внезапно я поняла, что нужно сделать. Резко приблизилась к его лицу — Алексей непроизвольно отшатнулся.

— Августа, что…

Договорить он не успел: мои губы нашли его. Этот поцелуй вовсе не походил на те, которые случились в съемной квартире в день перед превращением. Тогда мы оба дышали страстью. Сейчас же прикосновение вышло какое-то неловкое и дерганное. Так дерзкая гимназистка могла порывисто поцеловать своего учителя. Я чуть отстранилась и попыталась взглядом передать то, что не могу сказать словами. И, о чудо, он понял! Я узнала это по глазам, которые в свете луны казались серебристыми. Кто-то словно щелкнул пальцами — я почувствовала в нем перемену. Почти физически ощутила, как между нами по кирпичику рушится невидимая стена.

Он больше не стал медлить: впился губами в мои, прижимая меня к себе крепко – не вырваться. Да я и не думала вырываться. Как будто весь напор, который он тщательно сдерживал в себе все это время, изливался на меня. Мы оба тяжело дышали, ощущая дыхание друг друга. В какой-то момент я оказалась у него на коленях лицом к лицу. Не без помощи его рук халат соскользнул с моих плеч и упал на пол. Я осталась в тонкой ночной рубашке, через которую отлично чувствовала каждое прикосновение его пылающей жаром кожи.

— Я не хочу, чтобы ты уезжал, — наконец смогла прошептать ему в ухо. Мои пальцы коснулись его обнаженной кожи под рубашкой. Алеша не таясь исследовал мою шею губами.

Я прекрасно понимала, что в этот раз мы уже не остановимся, но это не пугало. Наоборот, хотелось взять все, что он может мне предложить. Но внезапно он замер, накрыл мои ладони своими, останавливая. Я непонимающе уставилась на него. Грудь высоко вздымалась, я хотела продолжения этих сладких и мучительных ласк. Но он мягко удерживал меня.

— Почему, Августа?

— Что почему? — я облизала вдруг ставшие сухими губы.

— Почему ты не хочешь, чтобы я уезжал?

Его лицо было так близко... От аромата кожи кружилась голова. Я медлила, не решаясь произнести это вслух. Он потерся носом о мою щеку, еле слышно выдохнув:

— Скажи мне это.

И я сказала. Словно бросилась в омут с головой. Вниз с обрыва. На одном дыхании, чувствуя слабость в руках и ногах:

— Я люблю тебя.

Сердце выпрыгивало из грудной клетки, казалось, что я вот-вот лишусь чувств. Но Алеша не дал мне больше раздумывать: снова приник ко мне, сокращая оставшееся расстояние между нами. Одним резким движением он поднялся, удерживая меня под ягодицы, а в следующее мгновение я уже оказалась на кровати, надежно укрытая его телом. До безумия приятно было ощущать эту тяжесть на себе. Он зарылся в мои волосы, шумно втягивая их запах. Внизу живота поселилось приятное томление.

Вдруг он резко отстранился. Я непонимающе посмотрела в его… желтые, как у волка, глаза и ахнула.

— Не хочу прерывать вас, голубки, но в дом проник кто-то посторонний. Я его чую.

На знакомом лице проступила чужая мимика, тон стал насмешливым. Я собиралась оттолкнуть демона от себя, но он первый скатился на бок и одним грациозным движением оказался возле кровати и, не говоря ни слова, босиком направился к двери.

— Куда ты? — зашипела я.

— Посмотрю, кто это, — пожал тот плечами.

Я нашла взглядом кобуру, висевшую на спинке стула, на цыпочках метнулась к ней и протянула оружие.

— Мне это не понадобится, — оскалился демон.

— Тебе, может, и нет, а вот Алексею — очень даже. Возьми! — упрямо процедила я.

Тот хохотнул и, словно играючи, забрал револьвер.

— Жди здесь!

— Вот еще! — я вздернула подбородок.

Демон закатил глаза и обратился в пустоту:

— Успокой свою дамочку.

— Августа, пожалуйста, подожди здесь, — глаза на миг снова поменяли цвет.

Я в растерянности кивнула. Слишком все это было невероятно.

— Спасибо, Мефистофель, — сказал Алексей перед тем, как раствориться в темном коридоре.

Мефистофель?!

На несколько минут я замерла у двери, изо всех сил вслушивалась в тишину спящего дома. Черт бы побрал человеческие уши, которые не улавливают столько важного! По голым щиколоткам гулял сквозняк, я начала замерзать в рубашке, поэтому на цыпочках вернулась к кровати и завернулась в халат, надежно завязав пояс. А потом принялась водить в полутьме взглядом, ища какое-нибудь оружие. Не могу я просто так ждать, когда по моему дому разгуливает недоброжелатель. Самая опасная вещь, которую обнаружила, — кочерга для камина. Кованая, тяжелая. Я сразу почувствовала себя чуть более спокойной, когда ощутила прикосновение металла к ладони. Крепко сжимая импровизированное оружие, решительно переступила через порог.

Ночную тишину взорвал выстрел. Сразу за ним еще и еще один. Я кинулась на звук, который раздавался откуда-то со стороны дедушкиного кабинета. Пока бежала, слышала, как начинают хлопать двери внизу — это повскакивали крепостные.

Затормозила я только у открытой двери кабинета.

Широко расставив ноги, демон стоял у распахнутого настежь окна. Картина завораживающая, конечно, но явно не в такой момент.

— Что случилось? — бросила я испуганно.

Мефистофель уставился на меня янтарными глазами и расплылся в улыбке.

В кабинет влетела растрепанная Тося, воинственно сжимая в руках точно такую же, как и у меня, кочергу.

— Что произошло?! — выпалила она, запыхавшись.

Демон сверкнул улыбкой и чуть ли не раскланялся, как актер после представления.

— Видели бы вы, как я его напугал! Паф, паф, паф! — Он направил револьвер на окно и сделал вид, что снова стреляет.

— Кто это был? — не выдержала я его ребячества.

— Да мне почем знать? Мужик какой-то, шарил тут по столу.

— Карпов! — в один голос ахнули мы с Тосей.

— Где он? Ты ранил его? — я продолжила допрос, хотя догадывалась, что именно тот ответит.

В коридоре послышались громкие шаги. К нам приближались слуги, в темноте мелькали огоньки светильников.

— Сбежал, — признался демон. А