Читать книгу - "И пришел Лесник! 19 - Василий Лазарев"

позже вырастали в таких же огромных особей. Мы проплывали где-то неподалёку, но там раковины потрошили крабы. Здесь же за креветками охотились другие заражённые. Выглядели они отвратительно. Нечто среднее между ящером и крокодилом и если отталкиваться от трёхметровой раковины, из которой выбирались креветки, то они были порядка десяти метров. Зубастые с крокодильей пастью они парили над поверхностью дна метрах в пятидесяти и резко пикировали, стоило только показаться очередной креветке.

Креветки обладали феноменальной скоростью и поэтому в этой песочнице не было медленных крабов. Но крокодило-ящеры не отставали от них и развивали в моменте узлов пятьдесят. Выставив вперёд длинные лапы с цепкими когтями и молотя по воде своим ластообразным хвостом, они неслись за креветкой в ужасе, улепетывающей к спасительным водорослям. Крокодилы щёлкали зубищами и хватали лапами креветок прямо у самых зарослей. Там, где обычно любил зависать Ктулху. Он пользовался тем, что ящеры азартно гнались за креветками, не замечая вокруг опасности. Последних он пропускал, наверное, не в силах разглядеть, а зубастиков с удовольствием ловил. Теперь выводок кракенов согнал его с привычного насиженного места.

Вместо Ктулху теперь из густых водорослей торчали острые клювы кальмаров. Не тех, что мы привыкли видеть. Клюв их заметно вырос и покрылся хитином. Попутно обзавёлся серьёзными зубами и рвал всё подряд, в том числе доставалось и самому Ктулху. Поначалу он надавал одному кракену, но на следующий день он притащил с собой дружков и здесь уже отхватил сам Ктулху. Поджав щупальцы, порезанный во многих местах хищными кальмарами, он свалил к себе в нору, где и зализывал раны всю неделю. Забросил службу и вообще сильно отощал. Астра пообещала ему решить вопрос с гопниками, если он спасёт нас. Сейчас же Ктулху искал новое пастбище, но в озере всё давно было поделено.

Стоило крокодило-ящерам приблизиться к водорослям как из них выскочило пять кальмаров. Астра говорила, что ещё позавчера они приплывали втроём. Так они прямо здесь размножаться начнут. Ящеры в ужасе пустили пузыри, стараясь, свалить в вираже от хищных клювов кракенов, но те развивали ещё большую скорость и сбивали крокодилов своими щупальцами с траектории. Беглецы врезались в стены каньона, втыкались носами в песчаное дно, одним словом, теряли скорость и становились лёгкой добычей кракенов. Каждый кальмар брал себе по ящеру и казалось уплывал с ним в пасти из каньона. Делая круг примерно за полчаса, он возвращался, уже пережевав крокодило-ящера и снова садился в засаду. Тактика их мне стала понятна.

— Здесь нужна большая лодка. На глиссерах к ним опасно приближаться, — сказал я. — Астра, завтра выйдем к ним на нашей субмарине и потревожим кракенов во время охоты. Затем мы якобы испугаемся и подведём их к тебе под гравидеструкторы.

— Отличный план, командир. Завтра я буду готова!

Экран погас. Все стали обсуждать увиденное. Я прошёл к своим за стол. Помимо них за большим столом сидели Горбун и Ира.

— Предлагаю отпраздновать ваше чудесное спасение, — предложил Горбун.

— Очень дельная мысль. Не представляю какой надо обладать храбростью, чтобы не запаниковать! Ирочка, спасибо тебе за Женю, — Лиана похлопала её дружески по спине.

— Я, честно говоря, испугалась только в самом конце, когда подплыл Ктулху сверкая своими оранжевыми прожекторами. Но к тому времени Женя уже очнулся.

— Так ты что же, лентяй проспал всё? — спросила меня Вера.

— Нет. Я успел запустить акуле в нос молнией, а потом выбраться практически из её пасти. Это её оглушило, и она всего лишь ударила меня хвостом. Течение потащило её дальше, а мы улетели в другую сторону.

— Везунчики, — покачал головой Горбун. — Лесник, извини что забыл поблагодарить тебя за воскрешение.

— Это к Астре, я здесь ни при чём, — улыбнулся я. — Вы как дальше?

— Без группы? — помрачнел Горбун. — Даже не знаю.

— А ты что, Ира думаешь?

— Что я, — она пожала плечами. — Я знахарь, они обычно по стабам сидят.

— Охотно вам верю, — проскрипел папаша Кац. — Я вот тоже сидел, пока Лесник не пришёл.

— Интересно. И что же случилось? — она серьёзно спросила Изю. Тот гадко захихикал, остальные тоже заулыбались.

— Итог появления этого засранца следующий. Стаба больше нет, он фонит так, что видно из космоса. Да-с, — вздохнул папаша Кац.

— Жень, что, если мы их к себе возьмём? — спросила Вика.

— Два знахаря? — скорчила гримасу Лиана.

— Два снайпера? — напомнила Вика.

— Блин! Я забыл совсем, — хлопнул себя по лбу папаша Кац. — Короче, у меня есть две вытяжки Кайдзю. Одна для тебя, Вера, одна… кому?

— Что за вытяжка такая? — спросил Горбун.

— Можно дар скинуть и отполировать новый усиленной жемчужиной, — сказал знахарь.

— На какой?

— Думаю на лучший.

— Какой же дар лучше знахаря? — спросила Ира.

— Ну не знаю. Ментат, к примеру, может вообще какой-нибудь эксклюзивчик достанется как у Вики.

— Ментат, — Ира сморщила носик. — Я бы поспорила. Неинтересно, сидишь себе и метки запоминаешь. Хочу что-нибудь крутое, раз и всмятку!

— Я тоже так хочу, — оживилась Вера.

— С одной стороны знахарь очень полезный дар, но, если ты сидишь на одном месте, — сказал Изя Кац. — Но по себе скажу, уж очень медленно он качается. Реально сильным знахарем можно стать к году так к пятому пребывания здесь. Мне то просто повезло, Лесник добыл мне белую жемчужину. Так бы я бухал до сих пор в том проклятом стабе и давно бы спился. Почему-то именно знахари спиваются в первую очередь.

— Не… я всего три месяца здесь. Горбун дал мне красную, но я уже понимаю как это тяжко. А сбросить дары сколько стоит? — спросила Ира.

— Бесплатно, если с нами останешься, — сказал я.

— А можно? — у неё загорелись глаза.

— Начальник, мы за. Но если только этот алкаш сделает, что обещал, — Сиплый показал на знахаря.

— Да ща прямо и сделаю! Идём. Вы думаете Кац маразматик и всё забыл? Нет! Ни черта он не забыл! — Изя, размахивая руками направился на выход. Мы все поднялись и последовали за ним. Идти было недалеко. Папаша Кац захватил свой саквояж, и мы все зашли в первый же медицинский модуль.

— Средство апробированное, накладок не будет. Ложись на кушетку, — сказал он