Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

деревянные фишки, а не на деньги, но и ради такого «выигрыша» регулярно поднимали крик о шулерстве. Но на следующий день снова садились за игральный стол.

А вот я занимался хозяйственными вопросами и деланной магией. Первым делом с помощью учениц доработал дормез. Добавил охлаждающую систему для лета и отопитель для холодного времени. На Знаках и Печатях, естественно. Туда же поставил «чайный» набор, подсмотренный в экипаже Марьи Алексевны. Сашке и Тане я легко поручил половину работы, а кроме того, они сделали полноценную технологическую карту наших усовершенствований. Кто его знает, может, и пригодится в будущем для устройства каретной мастерской.

* * *

Отдельно я устраивал сельскохозяйственные дела поместья. Из остатков и брака «лошадного» производства мы с Прохором соорудили трёх эрзац-коней. Похуже первенца Буцефала, умеющих ходить только шагом, не слишком мощных, но пригодных для пахоты. К ним в комплект кузнец сделал плуги и сеялки.

Уже осенью эти лошадки с инвентарём начнут работать на моих крепостных. Сначала на посеве озимых, а затем весной и на остальной пашне. Судя по опыту, и урожай поднимется, и сил крестьяне потратят гораздо меньше.

Кузнец, кстати, по собственному желанию взялся за изобретение косилки. В этом деле моя помощь не требовалась, он и сам успешно справлялся. Глядишь, потом и жатку придумает.

Мне в чистую механику лезть сейчас не хотелось, а вот одна забавная магическая идейка была. Даже с плугом и сеялкой оставалась нерешённой проблема сорняков. Пестициды и прочие средства никто придумывать не собирался, пропалывать поля вручную никаких крестьян не хватит, в результате и цвела всякая дрянь среди пшеницы, вроде того же василька, горошка и вьюнка. Вот и появилась у меня мысль — всю эту гадость перед посевом прибить магическим образом. Пустить, так сказать, на перегной. В конце концов, растения тоже живые, а я некромант и должен легко справиться с ними.

Легко не получилось ни с первого, и ни со второго раза, ни с третьего. Подбирал различные комбинации Знаков, дополнял некромантическими узорами, действуя больше интуитивно, и ставил опыты. Наносил связки на дно тележки, а затем катал её по соседнему лугу.

Первый раз ничего не вышло: трава как росла, так и продолжала расти. Во второй раз я переборщил, и за тележкой протянулась выжженная полоса. Такой джаггернаут надо возить не по полям, а по вражеским городам, чтобы даже былинки там не взошло.

Третий вариант получился ни туда ни сюда — сначала травинки привяли, слегка пожухли, но через несколько минут начали выпрямляться и оживать. Причём повторный проход тележки вообще не дал никакого эффекта.

Я уж было хотел плюнуть и отложить идею на потом, но тут вмешался Лукиан. Монах наблюдал за мной с самого начала опыта. Сначала с усмешкой, потом со скепсисом, а в конце уже с некоторым интересом.

— Постой, отрок. Покажи-ка, что ты там рисовал на своей адской машинке.

Монах не был специалистом в деланной магии, хоть и продемонстрировал мне Тильду. Судя по всему, нахватался знаний по верхам, и сейчас даже Таня с Сашкой могли его заткнуть за пояс. Но его больше интересовали узоры, связанные с некромантией.

— Так-так, — он почесал в затылке, — сорняки хочешь засушить? Дело нужное, крестьяне тебе в ножки кланяться будут. Ну-ка, давай вот такую загогулину попробуем.

Он с ходу дорисовал пальцем грубую эфирную линию с размазанными краями.

— Вы лучше просто показывайте, отец Лукиан, — я поправил small wand’ом эфирные нити на рисунке, — а чертить я буду прибором.

— Ерунда, и так сойдёт. Ты тележку-то по травке прокати, посмотрим, что вышло.

От добавочного рисунка листья сменили цвет с зелёного на чёрный, почти угольный. Причём травинки шевелились, будто крохотные лапки, и пытались зацепиться за сапог, стоило поставить рядом ногу.

— Кхм, — Лукиан состроил недовольную рожу, — переборщил что-то. Дай-ка я выжгу эту гадость.

Он заставил зомби-траву вспыхнуть и за секунду превратил кусочек луга в серый пепел.

— Попробуем по-другому.

Лукиан сам перевернул тележку и принялся снова выводить пальцем странные узоры. Я присел с ним рядом, выправил эфирные нити и предложил добавить ещё Знак Холода.

— Вымораживать сразу? Можно, отрок, лишним не будет.

Идея захватила нас обоих. Чуть позже к нам присоединились Таня с Сашкой, и мы вчетвером расписали тележку эфиром «под хохлому». Через пару часов дерево не выдержало и начало расползаться под действием слишком многочисленных чар. Пришлось сколотить ещё одну, только уже из досок потолще.

Уже к вечеру мы нашли подходящую конфигурацию Знаков. Тележка с хитрой магической связкой оставляла за собой жухлую ломкую траву, а корни сорняков так и вовсе начинали гнить.

— Хо-хо! — Лукиан хлопнул меня по спине. — Получилось, Урусов! Ни за что бы не поверил, что буду такой ерундой заниматься. Ан нет, как мальчишка сидел да рисовал твою азбуку.

— Надо будет завтра проверить. Не навели ли, случайно, вредных эффектов.

— Нормально всё, — монах отмахнулся, — я отсюда чую, отлично вышло. А ученицы твои прям удивили.

Он подмигнул рыжей, заставив ту вздёрнуть нос и отвернуться.

— Был бы у них Талант, себе бы забрал, — Лукиан беззлобно рассмеялся, — но ты их добро учишь, хвалю. Есть в тебе жилка наставническая, пригодится потом. Ну-с, а что там на ужин наша любезная Настасья Филипповна обещала?

Больше не интересуясь тележкой, он развернулся и отправился в дом. Ну а следом двинулся и я с ученицами.

Хоть Лукиан и был уверен в полном успехе, но утром, после упражнений, я взялся за комплексную проверку. Вышел на наш лужок и внимательно проверил полосу мёртвой травы. Провёл ещё несколько экспериментов, перерисовал Знаки, на всякий случай, добавил регулятор мощности и вычертил схему начисто. И только к полудню мог точно сказать — удалось! Сорняковый убийца работал как часы. Сорняки дохли и удобряли почву перегноем. Осталось превратить её с помощью Прохора в нормальный прицеп для лошади и можно отдавать в работу.

Всё время, пока я возился с тележкой, в стороне прыгала старая знакомая — воскрешённая мной ворона. Внимательно наблюдала за мной, осматривала полосы жухлой травы и что-то клевала там. Пару раз наглая птица пыталась утащить гвозди, оставшиеся от вчерашней сборки тележки. Но одного строгого взгляда хватало, чтобы ворона останавливалась и делала вид, что просто прогуливается мимо.

В очередной раз шуганув птичку, я увидел, как колыхнулась трава за её спиной. Зелёные стебли раздвинулись, и между ними сверкнули кошачьи глаза. Беззвучно, в два прыжка Мурзилка оказался возле вороны и придавил её лапами.

Птица трепыхнулась, сдавленно прохрипела и попыталась ударить клювом. Да прямо сейчас! Рыжая лапа стукнула неудачливую воровку, заставив замолчать. Кот обнюхал добычу, фыркнул