Читать книгу - "3d, или Дела семейные - Салма Кальк"

* 103 *

Джиневра отозвалась на стук в дверь удивлённым «кто там»? Ну да, мать никогда не утруждала себя тем, чтобы постучать в дверь. Хоть к кому. И сейчас, наверное, не утруждает. А дочь сидела за столом, подвернув под себя ногу, и что-то кому-то писала. Увидев Себастьяно, изумилась, но телефон из рук не выпустила.

— Что тебе надо?

— Поговорим? — спросил он, входя.

Интересно, она сама выбрала этот дивный розовый цвет в зашкаливающих количествах? Всё понятно, отягощенная розовым наследственность, но должно же в ней быть что-то и от него! Кроме внешней схожести.

— Зачем мне с тобой говорить? — нахмурилась она.

— Мне есть, что обсудить с тобой.

— А мне нечего, — пожала она плечами. — Я ещё не забыла, что ты сдал меня в больницу.

— А если бы не сдал, то что? До сих пор болела бы? Мы все, вообще-то, не вечные, и если болезни не лечить, то от пневмонии можно умереть.

— Как мама?

— Нет, не как мама. Но тоже умереть. Тебе это зачем?

Джиневра задумалась.

— Ни зачем.

— Уже хорошо. Вот что я думаю — пойдём-ка с тобой погуляем.

— Куда это? — вытаращила глаза дочь.

— На улицу. В какое-нибудь приятное место. Где можно посидеть и поговорить. Или у тебя сейчас что-то срочное?

Кажется, разрыв шаблона мы получили.

— Нет, но… А если я скажу, что срочное?

— Тогда ты будешь делать своё срочное, а я поеду домой. В другой раз поговорим.

— И бабушка запретила мне выходить из своей комнаты!

— Со мной вместе ты сможешь это сделать.

— Правда? — дочь смотрела заинтересованно.

— Да, она не будет нам препятствовать.

— Тогда пошли, — Джиневра сунула телефон в карман, глянула в висящее на стене зеркало, прошлась лежащим тут же на столе гребнем по волосам и взглянула на Себастьяно.

— Пошли, — кивнул он.

Открыл дверь и пропустил её вперёд. Она оглянулась с недоверием, потом пошла.

— И что теперь? — спросила, когда они вышли на улицу.

— У тебя есть какое-нибудь любимое место? Где можно посидеть и поговорить. Или где можно походить и поговорить?

— Не знаю, — покачала головой.

— Вы же с подружками куда-то ходите?

— Ну да, но там всегда понятно, для чего нам это нужно, — она смотрела с вызовом.

— А сейчас, значит, непонятно. Хорошо, тогда садись в машину, поехали.

Джиневра по-прежнему излучала волны недоверия, но возражать не стала.

— А можно посмотреть? — кивнула она на брелок-леопарда, рождественский подарок Элоизы.

— Смотри, — он протянул ей связку ключей.

— А леопард потому, что он у нас всех на гербе?

— Точно.

— А где такого взять?

— Мне подарили на рождество, и я понятия не имею, откуда этот зверь взялся. Но мне он нравится.

— Мне тоже. Ты можешь узнать, откуда их берут?

— Я могу подыскать тебе похожего. Куда ты его применишь?

— Не знаю, — честно сказала Джиневра. — Может быть — на телефон.

На телефон будет великоват.

— Я подумаю и поищу.

— Спасибо, — Джиневра вернула ему ключи.

Неплохо. Но обнадёживать себя не следует.

Он привёз Джиневру к боковому входу в сады Ватикана. Право на проникновение внутрь у него было безусловное, но он им почти никогда не пользовался.