Читать книгу - "Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин"

Факт оставался фактом: если бы я не подсуетился, Лания могла бы просто свалить из города, передав власть какому-нибудь своему шестёрке. А потом явились бы опричники из Правления, вышвырнули бы этого бедолагу и поставили своего человека — свежего, бдительного и полного энтузиазма. Чужака. Такого расклада я себе позволить не мог.

Вместо этого мне предстояло придумать какой-то хитрый способ избавиться от этих ревизоров или как минимум сделать так, чтобы они не нашли ничего, что связывало бы меня с Корнеевым.

Без сомнения, они будут копать под человека, которого поставила Лания, но перевесит ли это его статус Избранника? Понятия не имею. Придётся готовиться к худшему и действовать по ситуации.

Чёрт, как же мне сейчас не хватало того зеркала для связи с Демидом. Его совет в такой ситуации был бы просто на вес золота. Но у меня оставалось меньше трёх дней, чтобы состряпать план, и я физически не успевал смотаться к нему за консультацией.

— Фома, ты мне нужен, — прошептал я, покачиваясь в седле одолженной лошади на обратном пути в Манск.

Эта простая фраза запускала его призыв через Стратегическую карту.

С постройкой Башни у меня появился личный слот для придворного мага, и я, разумеется, отдал его Фоме. Это означало, что я мог говорить с ним, где бы ни находился. Более того, раз в неделю я мог призвать его прямо к себе. Личные маги — это, конечно, чертовски полезный актив. Куча плюшек, включая возможность вызывать их к себе или использовать их заклинания на расстоянии. Но сейчас мне нужны были не его фокусы, а его талант первоклассного самозванца.

Сначала воздух вокруг начал густеть и искриться, словно перед грозой. Лошадь подо мной нервно заржала и попятилась, почувствовав неладное — животные всегда ощущают магию раньше людей. Я крепче сжал поводья, успокаивающе похлопав её по шее.

— Тише. Это всего лишь мой личный колдун.

Воздух начал вибрировать с низким гудением, как от приближающегося поезда. Земля под копытами лошади покрылась сетью трещин, из которых поползли слабые фиолетовые язычки пламени. Пахло озоном и чем-то металлическим — запах, который всегда сопровождал сильную магию в этом мире.

Внезапно небо прорезала ослепительно-белая молния, ударившая точно в землю в двух метрах от нас. Лошадь встала на дыбы с испуганным ржанием, и мне пришлось приложить все усилия, чтобы не свалиться из седла. Грохот грома был такой силы, что в ушах зазвенело, а в носу защипало от резкого запаха жжёной земли.

Из ослепительно-белого столба света, окружённого клубящимся фиолетовым туманом, начала формироваться знакомая фигура в потрёпанной красной мантии.

— Итак, мы можем… — Фома запнулся и огляделся, пока туман не рассеялся окончательно. Трава вокруг места его появления была опалена и дымилась. — Это не моя аудитория, — заметил он, смахивая с рукава мантии искорки остаточной магии. Его взгляд сузился, когда он увидел меня. — Погоди, это ты меня вызвал?

— Я, — ответил я, спешиваясь. Лошадь всё ещё нервничала, косясь на место появления мага. Мы были уже достаточно близко к воротам Манска, чтобы дойти пешком. Лошадь была обучена возвращаться в Светлоград без седока — таких коней часто брали напрокат туристы, которые порой умудрялись заблудиться, и тогда животное само приводило их обратно к гостинице.

— На обычное заклинание телепортации это было совсем не похоже, — протянул Фома. — Ах, да, у тебя же всего один такой вызов в неделю. Ты в опасности? — Маг тут же подобрался, присел и начал зыркать по сторонам в поисках неприятностей.

— Если бы я был в опасности, мы бы уже оба были трупами, — хмыкнул я. — Не люблю заниматься микроменеджментом, но если я вызываю своего личного мага, ты должен быть готов ко всему.

— Я могу стать невидимым в мгновение ока, — ответил Фома, щёлкнув пальцами и став полупрозрачным. — Я ко всему готов.

— Невидимость спасёт тебя, но не меня, например, от гопников, которые забьют меня до смерти, — заметил я. — Но это к слову. Я влип, и мне нужно, чтобы ты некоторое время поработал двойником одного человека.

Фома ухмыльнулся, хрустнул костяшками и начал разминаться.

— Наконец-то! Ты просишь меня сделать то, в чём я собаку съел. У меня лучшие заклинания для перевоплощения. Просто назови имя! И дай чёткое описание. Или, если есть портреты, я и по ним смогу сработать.

— Олег Корнеев, — сказал я. — Ты его уже видел.

— А, тот парень, что проиграл тебе свою деревню в покер? — спросил Фома.

Нет, он не шутил. Почему-то пополз слух, будто Корнеев проиграл мне Корнеево в карты. Я пытался эти сплетни придушить, но когда до Града Весёлого дошли вести об открытии игорного дома, слухи о моих легендарных покерных талантах вспыхнули с новой силой, как лесной пожар.

Я быстро ввёл мага в курс дела. Он слушал тихо и внимательно, пока я объяснял, почему хочу, чтобы он изобразил моего приятеля. Корнеев был не в теме — не только моих многочисленных сделок, но и того, как устроена внутренняя кухня Торговцев. Его только что назначили со стороны, и он не знал ни их обычаев, ни методов ведения дел. Мой главный иллюзионист, с другой стороны, большую часть жизни проработал на этих барыг и знал, как с ними разговаривать. Корнеев просто сольётся под напором ревизоров из Правления, а Фома с лёгкостью обведёт этих парней вокруг пальца.

— Звучит довольно замороченно, — сказал Фома. — Но мне не впервой. Ты не поверишь, сколько раз меня «казнили» вместо какого-нибудь высокопоставленного чиновника гильдии. Все обожают магов-иллюзионистов.

— Что ж, самое время оправдать свои привилегии и башню, — ответил я, похлопав его по спине. — Покажи мне своего лучшего Корнеева.

Фома рассмеялся и отступил на шаг, принимая привычную позу фокусника.

— Ты лучше не упускай меня из виду ни на секунду, — предупредил он, поднимая руки и начиная что-то шептать на древнем языке магии, — потому что потом никогда не будешь уверен, с кем на самом деле разговариваешь.

Воздух вокруг Фомы начал мерцать, словно от летнего зноя над раскалённым асфальтом. Его контуры стали расплывчатыми, нечёткими, как отражение в кривом зеркале. Я почувствовал лёгкое головокружение — магия иллюзий всегда действовала на мозг, заставляя его видеть то, чего на самом деле не было.

Рост мага стал меняться первым. Фома был низкорослым и тощим, а Корнеев — крепким мужиком