Читать книгу - ""Фантастика 2025-27". Компиляция. Книги 1-25 - Андрей Соболев"

как президент Советского Союза. Такое же непотребство сплошной полосой. Если расскажешь то, что посчитаю важным, умрешь легко и быстро. Если нет…

– Что тебе рассказать? – спросил Мешко, собрав остатки решимости. Слишком уж сильно от воеводы дышало Навью. Льдом, спрятанным в бойницы глаз, царапая испуганно бьющееся сердце.

– Все.

Меченый говорил долго, ничего не скрывая. Отвечал на вопросы, не удивляясь тому, что воевода, так и оставшийся безымянным, спрашивает то, что знает каждый чуть ли не от рождения. Отвечал, не пытаясь скрыть или запутать чужеземцев. Какой смысл, если рядом допрашивают его людей, и большинство из них не будет врать. А так…

Воевода не обманул. Несостоявшийся Великий Князь даже не услышал, как свистнул клинок.

Серый вытер меч об одежду убитого, вбросил в ножны и произнес, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Удивительно похож. Даже речь. Язык, считай, другой, а интонации те же. И имя…

Кордно, лето 782 от взятия Царьграда, разноцвет

– Лютый! – голос воеводы в разговорнике гремел так, что его, наверное, можно было услышать далеко за пределами службицы Буривоя. – Стрелой ко мне!

Выяснять, чем так недоволен старший, волхв не стал. Бесполезно и бессмысленно. Все равно лишь обругает. А через пять частей само прояснится. Да и не по чину задавать лишние вопросы. Вместо этого поправил и так идеально сидящую кашулю[24], задумчиво окинул взглядом стрелки на портах и, прихватив папку с краткими обзорами по ведомым делам, двинулся к начальству. Борясь по пути с желанием присесть на какой-нибудь из диванчиков, в избытке разбросанных по коридору, и заснуть. Утро вечера, говорят, мудренее… Но времени терять не стоило. Воевода терпеть не мог неопрятности во всем, от одежды до скорости выполнения приказов.

У дверей служебной горницы воеводы скрытень остановился, еще раз проверил, как сидит одежда, и уверенно шагнул внутрь.

– Старший волхв Лютый по распоряжению твоему прибыл, воевода! – доложил он, вскинув правый кулак к сердцу.

– Прибыл, говоришь? – похоже, за короткое время, прошедшее с момента разговора, воевода успел немного остыть. Но только немного. – Тогда расскажи, что за удню[25] ты мне принес? Это что? – хозяин кабинета протянул подчиненному запрос о подтверждении открытия расследования. – Заняться нечем?

Воевода Пинегин самодуром не был. Да, вспыльчив Богдан Завидов не в меру, но и отходчив. А скрытник был от Рода, то не отнять. И доводы выслушивал обязательно. Когда выкричится, раз уж вспылил сгоряча, тогда и выслушает, лишь только пережди. А потому волхв стоял, с некоторым переигрыванием пожирая начальство глазами.

Наконец Пинегин выдохся.

– Ну, объясняй, – буркнул напоследок, – вижу, что не согласен.

– Не согласен, воевода, – подтвердил Лютый. – Перед смертью дед рукопись передал. Или летопись, не знаю, как правильно. Книга передавалась в роду по мужской линии.

– Ты бы еще от Рода начал! – опять вспылил Богдан. – Читал я твою бересу! С чего взял, что эта книга не сказка, что детям перед сном читают?

– Древность летописи знатцы наши подтвердили. И со Жданом Лютым общался. Книгу не показывал, так и лежит дома. Розмысл сам почти додумался до того, что там написано.

– И что? – Пинегин распотрошил в пепельничке соломину[26] и утрамбовывал начинкой короткую трубку-носогрейку.

– Для дальнейшего расследования необходим доступ к воинским знатницам[27]. У нас нет таких устройств.

– Какие, к Ящеру, знатницы? У тебя на руках сочинение древнего писаки, который пива обпился. И мнение твоего стрыя, которого коллеги иначе, чем фантастом, и не называют. Ты хоть про это в курсе?

– В курсе, но… – смутился Лютый.

– Что «но»? С чем разрешение на воинские знатницы просить? И какое отношение это дело имеет к нам? Ты мне тут глазами не хлопай. Не отрок ведь, чтобы нашкодить и в кусты. – Воевода, наконец, высек искру из огнива и закурил трубку, выдохнув первое колечко дыма. Пинегин был приверженцем старых способов и для курения приемлил лишь живой огонь.

– То, что написано в книге, может оказаться правдой, – вот и время пришло козыри на стол класть…

– Это что-то меняет? – дымные кольца шли одно за другим, рассеиваясь под потолком, под замедленными движениями лопастей воздухомешалки[28]. Ей тоже было жарко.

Лютый потянул тугой воротник:

– Очень многое меняет. Если путешествие во времени осуществимо, значит, есть возможность править историю. А это, безусловно, наше дело. Не хочется мне, воевода, проснуться в том мире, который в летописи прописан. Неуютно мне там будет. Да и любому русичу, – нервно хохотнул волхв.

Пинегин задумался.

– Пожалуй, да. С нежданной стороны зашел, молодец. Но уж больно бредово смотрится. Вероятность-то сам прикидываешь?

– Вероятность меньше, чем пыпырка у комара, – согласился Лютый. – Но если она есть? Обязаны проверить. Если прозеваем, в том наша будет вина. Моя да твоя.

– Не могу я с таким наверх пойти, – покрутил головой воевода, отложив трубку. – Но проверить должны, в том ты прав. А что тебе от знатцев воинских требуется?

– Возраст установить некоторых предметов, – обрадованно ответил Лютый, не скрывая радости. Получилось ведь! – Включая холодное оружие. И назначение. Могут и наши, но лучше вояки.

– Не доверяешь Ярославу?

– Доверяю. Книгу он проверял, – отверг несправедливый упрек Буривой. – Но тут именно вой нужен. Они…

– А саму книгу им не дашь? – вопросил Богдан Завидов.

– Не, перебьются. А то начитаются на ночь, потом до зари не заснут.

– Это правильно, – одобрил воевода. – В общем, так. Дознание твое я продлить дозволяю, на старом порядке. По розмыслам ты ходить и так можешь. Запрос, что на дружинных знатцев отправлять будешь, отпиши как по делу татей нохчских. У тех дикарей любое оружие к месту будет. На это дозволения письмового не даю, понимать должен.

Буривой кивнул. Как не понять, воевода чист останется, даже если по-худому пойдет. Правильно все. Иначе и быть не может.

– А как наберешь резонов в достатке, то там и посмотрим, давать делу ход, али вопрос того не стоит. Понял?

– А то ж, – ответил Буривой, на большее и не рассчитывавший, – разреши идти, воевода?

– Иди уж…

Книга

«Меря… Интересные ребята. Мы представляли их дикарями-охотниками. Отчасти так и было. Но только отчасти. Среди меря встречались и земледельцы, и скотоводы-кочевники. Большой союз родственных племен. И каждое жило как больше по душе. Ну или как мерянские боги подскажут. Резкий парень Мешко был единственным воинственным вождем в округе. Хотя, может, дело в том, что мы на ноль помножили всю его дружину без потерь, напрочь отбив желание аборигенов даже косо смотреть в нашу сторону. В те времена такие намеки понимали не хуже, чем в наши.

Но их деревеньки мы