Читать книгу - "Нико Вайсхаммер - Сергей Извольский"

class="p1">Губернскую столицу тоже проехал по объездной с севера и не въезжая в город заехал в аэропорт. Еще утром с Ариной договорились, что она Мустанг сюда пригонит, оставив ключи — их я сейчас и забрал на стойке проката, сдав Волгу с дополнительной оплатой химчистки салона.

Лобанов и Луна — оба двигаясь как сомнамбулы, перебрались в Мустанг, и я выехал с территории Тамбовского аэропорта, направляясь домой. Вечерело, в Моршанск заезжали в багряных сумерках. Золотой час — сразу после заката солнца, когда все вокруг залито красно-золотым светом.

На подъезде к дому позвонил, но Арина трубку не подняла, что меня всерьез обеспокоило. Паркуясь перед крыльцом, отметил что в доме горит свет — судя по отблеску за углом первый этаж, комната Арины. Немного отпустило, но совсем немного — напряжение сохранялось, потому что обычно обстоятельная Арина телефон держит в доступе. Оставив раненых в машине, аккуратно приоткрыл дверь, заглянул в холл — никого. Пошел вглубь дома — дверь в комнату Арины приоткрыта, в коридоре полоска света, слышен шум льющейся воды. Это хорошо, а то я уже слишком нервничать начал, ожидая всего плохого.

Лобанова разбудил и отправил своим ходом в гостевую спальную на первом этаже — завалился на кровать боярин не раздеваясь и даже не разуваясь. Луну снова взял на руки и поднявшись по лестнице занес в ее комнату на втором. Регенерация неплохо забирает внутренние силы, так что оба они были в состоянии гораздо более «утомленном», чем вчера ночью, когда избитые и потрепанные заходили в придорожный мотель.

Помог сонной девушке раздеться — поблагодарив меня невнятным мычанием, Луна почти мгновенно вновь провалилась в глубокий сон. Выйдя из комнаты, я аккуратно прикрыл за собой дверь и направился вниз, в комнату Арины. Перепрыгнув последние несколько ступеней лестницы, развернулся к двери и нос к носу столкнулся с Винкельманном.

Оживший труп был одет в черный фрак с алой бабочкой — ох уж эта «вампирская» мода, в руках держал серебряный поднос, на котором пустые чайник, кружка и блюдечком с парой высосанных лимонных долек. Смотрел на меня Винкельманн кроваво-красным взглядом глаз без радужки.

Манкурт. Послушное создание, выполняющее волю создателя; оболочка, в которую вдохнули жизнь, но не душу.

— Господин Вайс, вас ожидают, — ровным безэмоциональным голосом произнес Винкельманн с полупоклоном.

Глава 21

Винкельманн согнулся в услужливом полупоклоне, указывая мне жестом в сторону лестницы, откуда я только что пришел. Проигнорировав манкурта, я прошел вперед, заглядывая в комнату Арины.

В ванной по-прежнему шумит вода, только там никого. Арина на полу, одетая в домашнее — как шла, так и упала. Глаза закатились, на висках кровавый пот. Так бывает, когда кто-то могущественный залезает человеку в голову, грубо подчиняя и лишая его воли. Впрочем, уже по наличию манкурта в доме можно догадаться, что менталист не слабее удерживающего недавно Лобанова кукловода, а скорее всего много сильнее.

Вот и пришел в гости настоящий владелец прототипа.

Шанс избежать встречи и остаться неподконтрольным у меня сейчас только один — рвануть и бежать без оглядки, покидая город, губернию и страну. Но есть пути, по которым идти не стоит, а есть пути, с которых уже не сойти. Я не могу здесь бросить Арину, поэтому развернулся и направился к лестнице.

Винкельманн меня сопровождал, направляясь в мою же комнату — именно там ожидал встречи владелец прототипа. Какой предусмотрительный — я ведь только что весь дом обошел, только к себе не заглянул.

Перешагнув порог, никого не увидел и не почувствовал, но сразу же дыхание перехватило, а тело парализовало. Настолько, что ни пошевелиться, ни вздохнуть — даже глаз не повернуть, что недавно Лобанову удавалось.

— Так-так-так, — протянул негромкий голос, от которого по спине мурашки пошли. Он звучал словно из-под земли инфернальным хрипом, ввергая в состояние панического страха. Да, не чета кукловоду, державшему Лобанова. Незнакомец не просто его сильнее, а могущественнее десятка подобных менталистов вместе взятых.

Двигаясь против своей воли, я прошел в центр комнаты и встал, покрутившись на месте вокруг себя словно на осмотре.

— Неплохо, неплохо, — вновь раздался негромкий голос.

Наконец я заметил его обладателя — он расположился в кресле в самом темном углу, попивая чай и посасывая дольку лимона. Бледный, даже белый как снег, лет пятидесяти на вид. По факту не меньше тысячи, если и вовсе не потомок Каина, как называли живших на заре нашей эры. Это уже самый настоящий вампир, один из живых прототипов — хотя таких в мире больше нет, как я сам недавно уверенно рассказывал директору гимназии.

Дверь за моей спиной открылась — в комнату вошла Арина. Взгляд стеклянный, на висках и шее по-прежнему кровавый пот, неуклюжие движения. Бледный коротко дернул пальцем, и женщина рухнула на пол с закатанными глазами, дергаясь в едва заметных конвульсиях.

— Я могу понять твою ненависть к Пантелею, — перевел на меня взгляд красных глаз бледный, ритмично постучав длинным ногтем по подлокотнику. — Но я не могу принять твоего поведения, так что будешь наказан. Сейчас ты убьешь эту женщину и на ее примере я научу тебя создавать манкуртов. Она будет рядом с тобой постоянно как наставление и пример того, к чему ведут ошибки планирования и явное неповиновение.

— Кто ты? — хрипло спросил я.

Вернее, нет, не я спросил — у меня не было желания вопросов задавать, мысли метались в поисках вариантов спасения. Спросил кто-то другой, хотя озвучил вопрос я.

— Ничего себе, какие мы борзые, — удивился бледный и едва пошевелил пальцами.

Эффект неожиданный — получив удар словно воздушным молотом, я отлетел к стене как кегля. В полете бледный контроль ослабил и поднявшись на ноги, я — вновь не своей волей, бросился вперед в атаку. Идти пришлось словно против ветра неимоверной силы — сделал аж целых три шага, после потекли густые кровавые слезы, и я упал на колени. А потом я закричал от боли.

Бледный продолжал пытку совсем недолго — десяток секунд, показавшихся вечностью. Решив, что дал понять кто в доме главный, вампир ослабил хватку и откинулся в кресле, вновь с удовольствием вернувшись к чаю со свежими лимонными дольками.

— Ты не слишком о себе возомнил, самоуверенное ничтожество?

«А ты не слишком в себя поверил, крыса сутулая?» — прозвучало вдруг у меня в голове со злой насмешкой.

Неожиданно. И это еще одна появившаяся проблема, причем серьезная.

Мало того, что я больше