Читать книгу - "Аномальная жертва - Сергей Вылегжанин"

придётся освобождать девочку в дороге. Неприятно, конечно. Не люблю я эти лишние напряги.

— Как это нет? — В притворном изумлении воскликнул Коряга. — Неужели ты не хочешь мне предложить «решить конфликт как-то по-другому?»

Это он напомнил мне мою фразу при нашем первом знакомстве. Теперь я очень жалел, что не решил вопрос по-другому, в стиле Цетона.

Но здесь и сейчас поддаваться на провокации я не собирался. Спокойно посмотрел на ожидающего моего решения дибила, пожал плечами и повернулся, чтобы уйти.

— Нет, ты так просто не уйдёшь. — Догнал меня истеричный возглас Тинита. — Не хочешь поменяться с ней местами и примерить ошейник? Иначе ты её больше не увидишь!

Обернулся и увидел, что Матиду этот урод уже вытащил из загона. Руки девочки были связаны спереди, хотя зачем — непонятно. Сопротивляться никто из детей и не думал.

Посмотрел на Корягу, сделал выразительную паузу, и выдал одну из своих презрительных усмешек. Любые слова тут были лишними. Сплюнул в пыль и снова повернулся, чтобы уйти.

— Молчун, смотри. Смотри, я сказал! — Его вопль перешёл на визг, но он меня не впечатлил.

И тут раздался женский крик. Кричала Тишата, потому я всё же обернулся, чтобы увидеть, как она выскочила из толпы женщин и рванула к Тиниту.

Тот смотрел на меня бешенными глазами, держа в правой руке окровавленный кинжал.

А Матида сломанной куклой валялась у его ног. Этот урод перерезал девочке горло.

— А-а-а! — В волосы Тинита вцепилась Тишата, но тот словно не замечал убитую горем мать, а всё смотрел и смотрел на меня.

Моё сознание словно разделилось. Где-то в глубине души нарастала ярость, готовая крушить всё и вся, но что-то гораздо большее позволило мне не сорваться и внешне спокойно посмотреть на убийцу ни в чём неповинного ребёнка.

Видимо, отсутствие реакции с моей стороны, совсем сорвало крышу Коряге. Он оттолкнул Тишату, резанув её кинжалом по руке. Краем сознания я заметил, что рана не смертельная, заживлю позже. Девушка всё ещё кричала, но моральные силы уже оставили её.

Пусть успокоится и все о ней забудут. Только тогда можно будет ей помочь.

А Тишата, не обращая внимания на кровь из руки, упала на колени у дочери и громко завыла.

Нет, подходить нельзя. Нельзя!

Лечить тоже нельзя, нужно переждать.

Если я покажу какие-то эмоции, то это будет провал. А провал — это смерть. Их пятеро. Это шакалы, которые бросятся на спину убегающему. Я должен быть сильным и спокойным.

И даже когда один из четвёрки рубанул своим мечом наотмашь Тишату, заставив мать упасть замертво рядом с дочерью, это не смогло пробить мой внешний эмоциональный панцирь. Я словно со стороны смотрел на разыгравшуюся трагедию, изо всех сил стараясь не показать, в какой ярости сейчас находится моя душа.

Не показывать эмоций.

Ничего не говорить. Ни ехидного, ни злого.

Все пафосные речи и обещания — только над трупом врага, не раньше. Этот урок я запомнил.

А сейчас мне нужно уйти. Если не уйду — сорвусь. И проиграю. Девочку и её мать уже не спасти, а время для мести ещё не пришло.

Всё ещё держа на лице застывшую маску равнодушия, я пожал плечами, снова развернулся и двинулся подальше от этого места. У меня не было цели, но сейчас мне нужно было уйти.

И подумать, задавив эмоции. Пока что для них не время.

Примерно шагов через десять, мне вслед понеслись оскорбления и угрозы, но на них я не отреагировал. Внешне. Буря внутри пыталась выплеснуться, но я её пака что смог удержать. Её надо уцдержать. Иначе, сорвусь, и девочки останутся неотомщёнными.

А что я отомщу, сомнений нет.

Шёл и ожидал нападения. Выстрела в спину я не боялся, у них не было арбалетов. Да если и были, если что, амулет защитит. Но они могли посчитать, что лучше убить меня здесь и сейчас, пока всё можно свалить на «случайный конфликт».

Такой конфликт, который заканчивается только смертью одного из противников. Я с ними разберусь, это не с богом драться.

* * *

Ещё один рывок посланника чуть меня не уронил, и я схватился за одну из присосавшихся радужных нитей.

Она неожиданно оказалась не жёсткой, а гибкой. Когда я бодался с богиней Красный Лотос, её каналы с маной всегда мне напоминали железный штырь. А тут, я словно к обычному каналу маны прицепился. И потому, привычно потянул ману на себя.

Ощущения удара по голове и расфокусировки взгляда тоже оказались знакомыми. Именно такими они были, когда я развеивал тёмное заклинание на шпаге принца Фарика. Так значит, там всё же поработал бог, хотя мана и была только тёмной. Не знал, что божественная магия может быть чисто тёмной.

Следующее подтаскивание удалось сбить моей попыткой вытянуть ману из посланника. Да, я снова почувствовал тошноту, головокружение. Снова появилась какая-то тоска, тянущая на какие-то внезапные тяжелые мысли. Похоже, что этот бог тоже совсем не белого цвета, хотя канал и радужный.

Однако, я с упорством мазохиста, ещё раз потянул за многоцветный канат.

— Ты что делаешь? — Удивлённый голос сущности тёмного мага сбил мою концентрацию. Пересиливать своё нежелание связываться с божественной маной и так было очень сложно, а тут ещё и он меня сбивает.

— Сейчас высосу посланника и за тебя примусь. — Зло буркнул я, решаясь на ещё один рывок. — Не беспокойся, я ж на самом деле бог, так что, будешь в плену у меня. Тебе какая разница? Или тебя тоже развеять?

В это время посланник ещё раз потянул, а я сбил ему эту тягу, дёрнув в ответ.

— Ты аватар? — Почему-то принял он мою шутку всерьёз. — Нет, я не хочу.

И он стал сам отлепляться от меня. Возможно, если бы я решил ему помешать, у него бы ничего не получилось, однако, мой мозг был занят. Потому что меня посетила идея, как перестать насиловать своё тело божественной энергией.

В этот момент я перекинул через себя канал на ожерелье Изуми, камни которого просто просились, чтобы их снова наполнили маной бога.

Неприятные ощущения тут же почти пропали. Теперь наше противостояние больше походило на перетягивание каната. Мой рывок — часть маны перетекает в ожерелье. Рывок посланника — поступление маны прекращается.

Пока мы соревновались с аморфной фигурой, сущность усатого отцепилась от меня, и он попытался сбежать.

Наивный. Посланник