Читать книгу - "Уравнитель. Спецназ по-боярски. Том 1 - Мэт Купцов"

Это моя забота. Я создам ваши клоны-иллюзии, они будут отдуваться за вас здесь, пока вы чистите леса и поля, пока даруете жизнь народу. Грядут голодные годы, кто-то же должен кормить людей, чтобы они не переживали и верили в русских царей, а не в иноземных. Детей из школы магии никто не заподозрит в том, что они состоят на службе государевой.

— До окончания школы мы будем свободно посещать занятия, а в свободное от учебы время — мочить монстров и иноземных хозяев?

Лаврентий кивает.

— Я согласен стать погранцом!

— Поздравляю, Шрек, — жмет мне руку директор школы. — Теперь ты Дмитрий Тимофеевич официально главный в дружине. Присаживайся, обсудим список тех, кто войдет в твое подчинение.

Глава 28

Спустя месяц

Отряд был сформирован быстро. В него вошли все те, кто ходил в поход, кроме рыжего, конечно. Кроме этих ребят — бояр Романова и Шереметева, князей Оболенского и Воротынского, мы с Лавриком отобрали отпрысков других благородных семей — князя Мстиславского, Голицына и близкого родственника Оболенского — Лыкова. А из оборотней, кроме Алисы взяли с собой еще одну девушку тигрицу Алёну.

Мы выходили из школы через портал, охраняемые оборотнями и программистами, мешающими отследить нас. Получали сигналы от заградительной дружины, которая состояла из охотников и псов, идущих по следу иноземцев и их прихвостней.

Вот и сегодня мы получили сигнал, что на границе замечены чужие.

Мы выходим из тоннеля среди ночи и сразу замечаем, что территория выглядит не так как обычно, согласно карты.

Я осторожно выхожу на освещённую опушку, но замеряю на месте. Передо мной возвышается массивная фигура, под два метра ростом, словно из другой эпохи или страны. Не могу рассмотреть шеврон.

Незнакомец в бронекостюме терракотового цвета смотрит на меня пристально, без единого движения. Его голову полностью закрывает шлем-маска, причудливой формы — что-то среднее между медведем и собакой, рыжевато-коричневого оттенка, с мерцающими золотистыми отблесками на глазницах.

На секунду мне кажется, что это не человек, а нечто иное — древний дух или защитник леса. Но его поза слишком живая, слишком реальная. Он явно ждал меня.

— Ты не из наших мест, — раздаётся глухой, будто усиленный эхом голос.

Я машинально кладу руку на эфес меча, не отводя взгляда.

— Кто ты? — спрашиваю я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Это неважно, — отвечает он, чуть наклоняя голову. — Важно то, зачем ты здесь.

Я молчу, чувствуя, как напряжение в воздухе растёт. Его голос — ровный, но в нём слышится вызов. Он хочет боя.

— В бою побеждает тот, кто идёт в открытую, — продолжает он, делая шаг вперёд.

Его шаги звучат глухо, будто его броня весит тонну, но это не мешает ему двигаться с пугающей лёгкостью.

— Может, я иду не за боем, а за миром, — пытаюсь ответить, но слова звучат слабо даже для меня самого.

Незнакомец останавливается, и я понимаю, что он улыбается под своим шлемом, хоть и не вижу лица.

— Тогда иди, — говорит он и разводит руки в стороны, словно открывая пространство вокруг. — Если сможешь.

Мгновение кажется, что он пропустит меня, но затем его правая рука медленно поднимается. Я вижу, как на запястье у него активируется странный механизм. Слабый гул перерастает в шипение, и в его руке возникает энергетическое копьё, сверкающее опасным светом.

— Ты не оставил мне выбора, — говорю я, вынимая меч.

— Выбор есть всегда, — отвечает он, бросаясь в атаку.

— Он рокочет на иностранном! — замечает тигрица Алена.

Я это понял сразу, услышав его рокот у себя в ухе.

По выражению его красных глаз я понял, что он заражен бешенством. И не хотелось бы получить рану от зараженных непонятным вирусом когтей.

— Не вступайте с ним в бой, — прошипела Алена. — Он болен бешенством.

— Очередной засланец из лаборатории?

— Да!

Из тоннеля выходили всё новые и новые бойцы неизвестной породы.

Похоже, это наемники.

— Бежим! — выкрикнул кто-то из наших. — Загоним их в ловушку, в дебри, там будем разбираться с вирусом. Если вступим в открытый бой, можем заразиться, получив раны.

Соглашаюсь с этим мнением. Не хочется погибнуть от ран, нанесенной какой-то мразью.

Мы бежим вперед, ощущая на себе прерывистое дыхание бойцов.

Явно нездоровое. Вонючее.

— Твою мать! — ревет Голицын, торопливо поворачивая голову назад, туда где раздаются жуткие звуки, хруст и рев животных.

— Что там? — мяучит Алена.

— Они останавливаются на перекусы, кусают животных и отпускают их.

— Ужас. Они заражают их вирусом бешенства, а те в свою очередь заразят людей. Они вырезают нас! Надо остановиться и дать им отпор, — шипит зло Алиса, и тормозит.

— С ума сошла? Ты первая мишень для них — как лиса — наилучший переносчик вируса бешенства.

— Я не хочу. Я не такая!

— Тогда беги в чащу, там разберемся.

За нашими спинами трещали сухие ветки под ногами преследователей.

Мы бросаемся в чащу, пригибаясь и стараясь не оставлять за собой следов, но страх и хаос делают нас уязвимыми.

Мы не знаем с чем имеем дело на этот раз.

Лес гудит от топота и треска веток — преследователи идут по нашим следам, их тяжелое дыхание, хруст и рычание звучат всё ближе.

— Они играют с нами, — шипит Алиса, запинаясь о корень дерева, но тут же поднимается. — Дают почувствовать надежду, а потом…

— Не истери! — огрызается Голицын. — Не хорони нас раньше времени. Подумаешь, магия не сработала.

У нас на поляне произошел какой-то энергетический сбой — никто из нас не смог запустить ни одного огненного или ледяного шара.

Магия формировалась внутри нас, но выходила на поверхность и превращалась в пшик. Будто ее кто-то отбирал.

Будто…

Поверить не могу, что существует такие приборы — ворующие магию.

Но всё говорит о том, что приборы были закреплены на наемниках.

— Пока живы… — уточняет Алиса, бросая на князя холодный взгляд.

— Алиса, что с тобой такое? — удивленно взираю на девушку. Они никогда не была пессимисткой, а сейчас.

Неужели они успели воздействовать на нее, но как и когда?

Были какие-то сигналы?

Я ничего не слышал. Если только прошли сигналы, которые ощущают только звери или оборотни.

Гадство.

Внезапно впереди раздаётся крик. Это Алена, которая бежала чуть впереди, исчезает из нашего