Читать книгу - ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева"

— Церемонии?

Профессор устало потёр виски.

— Вы талантливая, умная девушка, а ведёте себя, как ваш отец в молодости! Вы вообще читаете документы, которые получаете на руки, Нина?

— Читаю.

Он снова вздохнул.

— Заметно. Майор Чехов поставил условие, что вы вступите на «Пегас» только в звании лейтенанта, а поскольку все основные зачёты у вас закрыты и остались лишь устные, значок и погоны вы получите сегодня в полдень. Поздравляю, кстати.

Нина не ответила, её шокировало не столько такое резкое повышение в должности, сколько личная просьба Чехова. Зачем ему просить об этом? Томпсон устало и очень долго смотрел, как меняется её лицо, как она осознаёт то, что услышала, и, в конце концов, улыбнулся.

— Я так понимаю, историю вы сдали?

Она кивнула, не в силах ответить что-нибудь членораздельное.

— Хорошо, тогда забирайте приложение, приказ, назначение, и быстро к диспетчеру. Выясните, где стоит «Пегас», если Чехова там нет, поговорите с системой бортового компьютера, она должна вас узнать… насколько мне известно, ваши данные в базе уже обновлены.

— Сейчас?.. То есть, прямо сейчас?

— Да, да, Нина. Идите, познакомьтесь с кораблём, с его устройством, или вы уже передумали?

— Нет! Нет, не передумала, конечно, я иду, — Нина смела со стола документы, запихнула их в сумку, и хотела уже было уйти, но снова остановилась, — А химия? Я её не сдала.

— Идите, Нина, идите. Я договорился, вы можете снова её пересдать.

— Спасибо, — она, наконец, сообразила, что её отпускают, и убежала.

Профессор только недовольно покачал головой. Когда-то давно он знал Лео Леоновенса, а Нина как две капли была похожа на отца: тот же взгляд, те же характер и улыбка — это приносило ненужные воспоминания, и иногда Томпсону казалось, что их сходство слишком велико.

* * *

Кристофер Нейтан задумчиво изучал длинные свитки, исписанные рядами мелких сочетаний цифр и символов — разведке удалось достать их и доставить ему буквально вчера. Он никогда за всю свою жизнь не видел такой бумаги. Интуитивно он догадывался, эти листы — плод старой земной цивилизации (бумага из деревьев, не синтетическая) и всё же удивлялся. Само существование такого артефакта вне хранилищ не давало ему покоя, а уж записи определённо несли в себе какую-то важность, — в самом углу каждого листка был нарисован странный цветок, а в тексте повторялся один и тот же круглый рунический символ. Нейтан чувствовал — здесь есть прямая связь с целью Х, и понимал, что по какой-то причине до Совета этот зашифрованный документ не дошёл…

— Отец! — Ричард вошёл в кабинет командующего и застыл на пороге, ожидая позволения войти.

Кристофер бросил на него взгляд и свернул всю свою деятельность, спрятав бумаги в столе с биометрически-сенсорным замком.

— Да, заходи. Разве ты не должен помогать Маргарите с конкурсом? Ты же в жюри.

— Мы уже закончили, — Ричард прошёл к столу и сел напротив отца, сцепив руки перед собой. Он долго не решался задать вопрос, пока отец корректировал список дел в своём электронном журнале. — Скажи, — не дождавшись продолжения разговора, произнёс он, — на предварительном распределении, когда я спрашивал тебя о Нине, ты уже знал о приказе для пилотов «Пегаса»?

Кристофер отвлёкся и удивлённо вскинул брови.

— Знал. Я же дважды сказал об этом... на предварительном распределении и в ресторане. Нина тебе не пара, — его тон говорил о том, что он не намерен продолжать тему. — Скажи мне вот что, где пропадает мама? Что она делает? Я созванивался с Ванессой Маркес, но она либо действительно не знает, либо скрывает.

Ричард отчего-то вздрогнул и отклонился к спинке кресла:

— Не знаю. А почему ты спрашиваешь у меня? У мамы и спроси.

Кристофер пожал плечами.

— Ты видишь её чаще, чем я. Она в ладах с Советом? По-прежнему работает на него?

— Да. Что могло случиться? — Ричард усмехнулся. — Ты так допрашиваешь меня… Не думаешь же всерьёз, что мама тебе изменяет?

— Нет, — командующий расстегнул верхнюю пуговицу кителя и рубашки, а затем повторил позу сына и посмотрел куда-то вверх. — Я лишь не хочу, чтобы тебя втянули во что-то незаконное. Ты мне нужен.

Ричард вцепился взглядом в отца и снова сел ровно.

— Что ты такое думаешь о маме?! Она…

— Не горячись, — Кристофер остался спокоен и даже не взглянул на сына, — просто будь осторожен, ладно?

Ричард нахмурился, помолчал немного и ответил:

— Хорошо.

Когда он ушёл, Кристофер ещё долго смотрел ему вслед — в его взгляде удивление сменилось настороженностью, неверием и глубокой печалью, а когда глубокая печаль, наконец, уступила место принятию, Кристофер спрятал лицо в ладонях и тяжело вздохнул.

Глава 7. Лейтенант Леоновенс

Нина с замиранием сердца прошла к указанному диспетчером стыковочному отсеку, ноги подгибались с каждым новым шагом и новой зелёной отметкой, загорающейся в затемнённом проходе к кораблю. Она была уверена, что готова, но, когда круглый шлюз с изображением крылатой лошади, подсвеченной белой линией, показался впереди, её сердце пропустило один удар и гулко забилось, ладони вспотели, тело совсем перестало слушаться, — Нина резко остановилась, не зная, что делать дальше.

— Доброе утро, лейтенант Леоновенс, — произнёс мелодичный компьютерный голос, прилично её испугав.

Шлюз раскрылся с характерным шипением, и в лёгкой дымке показался интерьер корабля: тёплые шоколадно-молочные тона успокаивали, мерцание мягкого света индикаторов не напрягало глаза, а аромат лаванды снижал волнение до минимума. Нина ощутила, как сомнения медленно растворяются в жажде новых открытий, она затаила дыхание и смело шагнула внутрь.

— Здравствуйте, — охрипшим голосом произнесла она.

МАРИ появилась перед ней в платье цвета оливкового неба на Ригеле и улыбнулась.

— Прошу прощения, что напугала вас. Меня зовут Мари.

Нина растерянно протянула руку, чтобы поздороваться, но тут же поняла, в чём подвох, и смутилась.

— Простите… а я, Нина.

— Я знаю. Мне очень приятно, — голограмма исчезла, — следуйте за моим голосом и жёлтыми огоньками, лейтенант. Я провожу вас.

— А где майор Чехов?

— Майор скоро вернётся. Он занят. Пройдите сюда.

Нина оказалась в каюте с двумя креслами, импровизированным камином и полками, забитыми настоящими бумажными книгами, — ничего подобного за всю свою жизнь она не видела. Нина провела