Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

гарпии». Все согласно закивали, хотя Анфим, естественно, знал чуть больше, чем следовало, но опасности я от него не ощущал.

А вот Линус заметно нервничал, шарахаясь едва ли не от каждого звука в кустах. Его пальцы теребили посох в руках, и то и дело срывались, похлопывая по поясу. Там, скорее всего, скрывался вещий артефакт, который позволил бы воздушнику передать важную весточку.

Конечно, вестник бездарности мог таскать с собой и яд упыря, дар от своего тайного покровителя, но ни Кутень, ни Бам-бам его пока не почуяли. А вот чеснок они ощущали, и этому Линусу явно не терпелось в одиночку убить «того самого бросского воина».

— Господин Анфим, — подал голос Линус, — Позвольте разведать, что там впереди. Как бы не засада!

— Лучше держаться вместе, Линус, — покачал головой дюжинник.

Послушник, поджав губы, недовольно шмыгнул.

Я тоже не сомневался, что впереди будет ждать засада, вот только на месте Левона заманил бы нас поглубже в магическую зону. Всё-таки, битва магов в ночной тиши — довольно шумное и яркое действо, и лишние свидетели тут нужны не были.

И я, и Лука, сидящий на спине Бам-бама, не отрываясь, смотрели на ауру дюжинника. Мальчишке вообще нравилась любая магия, а мой воздушный источник отзывался на эту ауру, чуя родственную стихию. И я изо всех сил сдерживал своё нетерпение, чтоб не броситься расспрашивать подробнее о том, что именно делает Анфим.

Смердящий свет, я обязан добавить такой же эффект к моей воздушной ауре! Но только потом…

— Странно, что на тропе нет отпугивающих артефактов, — подал голос древесник Агар, шагающий рядом с Бам-бамом и Лукой.

Я лишь кивнул, вспоминая, что под Солебрегом на тропах стояли эдакие фонарики, которые делали путешествие более-менее безопасным. При этом любопытный Лука, спрыгнув с Бам-бама, обнаружил оставленные от вырванных артефактов дырки в обочине.

Мальчишка и сам не замечал, что, когда разглядывал следы в ночной траве, подсвечивал себе слабым сиянием от молота. Другие не знали, что мальчишка как бы и не должен этим владеть, а я, про себя посмеиваясь, пока молчал. Пусть магия паладина сама становится для Луки естественной, как дыхание.

Самое примечательное, что талант паладина для окружающих выглядел примерно так же, как случайный магический талант нулевого новичка, у которого внутренний источник ещё не открыт. А у настоящего паладина он и не будет никогда открыт, потому что источник его магии имеет божественное начало.

Только Анфим, более опытный в таких делах, заподозрил что-то.

— Помнится, я удивлялся, что ты какой-то особенный, бросс, — прошептал он, глядя, как Лука с древесным магом склонились над обочиной, — Но, кажется, у тебя есть способность отыскивать вокруг других таких же особенных…

Я пожал плечами и ответил:

— Иногда крепких союзников легче вырастить самому, чем найти.

— Тут ты прав, — важно кивнул Анфим, мельком глянув на своего послушника.

Эх, ну что за вонь небесная? Расстраивать дюжинника, которого я считал своим другом, мне совсем не хотелось. Зато хотелось мне в этот раз лишний раз найти Бездну и свернуть ей прекрасную шею за то, как она рушит судьбы людей.

Древесный маг после того, как его заклинание оказалось «с шипами», то и дело пытался выведать у мальчишки секрет. Лука отвечал со всей своей юной наивностью — «да вот, есть сверху Вечное Древо, его и попросил помочь».

Насколько я понял, древесному магу просил покровительства практически у всех: у Яриуса, бога дня и жизни; у Сияны, богини солнца и тепла, той же богини плодородия; у Мавши, богини морей и рек; короче, понемногу у всех богов, кто так или иначе способствовал росту растений… И даже у Стрибора, чьи ветра разносят семена.

Ещё древесные маги почитали некоторых духов лесов и полей, но их так много от края к краю, что всех не напочтишься. А тут — Древо, одно на всю Вселенную…

При этом все знают, что Вечное Древо выше всех богов, оно было до них и будет после них. В глазах мага даже застыло некое озарение — как же так, он никогда в жизни об этом не думал, и лишь вместе со всеми посмеивался над чудаками-лиственниками. А ответ всегда лежал на поверхности…

Судя по слегка ошарашенному, и в то же время задумчивому выражению лица Агара, в наших рядах боевой Шиповниковой Ветви намечалось пополнение.

— Если ты, бросс Малуш, будешь ещё и моих союзников к себе перманивать… — Анфим с улыбкой погрозил пальцем.

— Мы на одной стороне, поверь.

Подошли Лука с Агаром. Древесный маг выдал вердикт:

— Недавно выдернули все артефакты…

Дюжинник, остановившись, слегка задумался. А потом, оглянувшись, поинтересовался:

— Да его ж мать-перемать! Где Линус?

Все закрутили головами, пытаясь высмотреть послушника. Я тоже старательно оглядывался, хотя прекрасно знал, что засранец просто обернул себя воздушным потоком и скрылся в его тени. Это и был тот самый навык, который подарила ему Бездна.

— Линус! — вполголоса крикнул один из огневиков.

— Не чувствую его, — буркнул Агар. Разведя руки с растопыренными пальцами, он явно прослушивал лес с помощью какой-то своей магии.

Правда, он сразу же вспотел — это стоило ему многих сил.

Я знал, что предатель спокойно стоит позади всего в нескольких шагах, потому что его прекрасно видит из зарослей Кутень, и… кхм… Я шагнул в Луке, который тоже начал всматриваться в ту сторону, где скрывался воздушник, и, положив руку на молот пацану, едва заметно покачал головой.

— Не волнуйся, малой, мы найдём его, — я заботливо погладил мальчишку по макушке, при этом насильно отворачивая ему взгляд, и тот, прищурившись, уставился на меня. С чего бы от хмурого бросса вдруг такая забота?

Но Лука был бы не Лука, если б не обладал острым умом, поэтому спустя пару секунд он кивнул:

— Да, господин Малуш, точно найдём! Это, наверное, какое-то чудище утащило его?

Анфим, изрядно нервничающий, вздрогнул при этих словах. А Бам-бам подозрительно покосился на кусты — что это за чудище обитает в первой зоне, которое страшнее медоежа?

— Это что же за тварь такая, которую мы даже не услышали? — подал голос один из огневиков.

— Может, сам соловьиный дра…

— А ну заткнулись, вашу мать! — выругался Анфим, потом с надеждой посмотрел на меня.

Кто такой этот «соловьиный», я не знал, но требовалось срочно не упустить момент.

— Предлагаю разделиться, — кивнул я, — Но далеко не расходимся,