Читать книгу - "Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин"

фамильные мечи, которые мог превращать во что-то вроде плетей или цепей из кусочков этих самых мечей. Что позволяло сильно увеличивать дистанцию атаки. Ну и ещё они были чертовски острые.

— А это, кстати, кто? — кивнул он в сторону дирижаблей в небе.

Они ещё стреляли, добивая кого-то в лесу. От взрывов снарядов доносился далёкий рокот.

— Скоро узнаем, — отвечал ему.

Из брони с нарисованной медвежьей мордой выпал в снег Никон Быков, потный и тяжело дышавший.

— Я слишком стар для этого дерьма… — прошептал он с улыбкой.

И девушки здесь тоже были. В том числе графиня Вдовина, которая, похоже, до сих пор в себя приходила, и графиня Кремницкая. Вот её я увидеть не ожидал.

— Ваша Светлость, — кивнул ей, — благодарю за помощь.

— Ага, — кивнула та, опираясь на барона Верещагина. — Всегда пожалуйста. У меня… у меня есть вопросы… касательно вашей операции в тылу османов… Попозже их задам. Вы не против, Ваше Благородие?

Я только плечами пожал. Всё пытался отыскать глазами Петровича и княжну. Княжну вот заметил. Она вышла в круг света единственного уцелевшего фонаря над входными дверьми. Морозный воздух за ней слегка вихрился, вздымая позёмку.

— Видишь, Коля, всё хорошо, — чмокнула она меня в губы и лукаво улыбнулась. — Только теперь тебе придётся одеваться теплее рядом со мной.

Я уже и сам почувствовал, как вновь от неё повеяло холодом. Хмыкнул:

— Посмотрим, Ваша Светлость. В крайнем случае возле постели пару лишних радиаторов поставлю. Всё равно опять ремонт делать…

И игриво ей подмигнул.

— Ладно, — прервал я назревавшее обсуждение боя и повернулся к Мечникову, — Анатолий Петрович, прошу оказать помощь всем раненым и похоронить убитых. Кто может, пусть займётся сбором всего полезного, что найдёт. Часть добычи, конечно, ваша. А я пойду готовить зелья, которые помогут поднять на ноги раненых. Кстати, где Петрович?

— Он ранен, — хором ответили Верещагин и Вдовину.

— Тогда я побегу готовить зелья, — быстро ответил я.

Не хотелось потерять верного слугу.

В бункер я вошёл, краем глаза видя, как опускается на поле, усеянное трупами монстров, огромный имперский дирижабль. Кто бы там ни прибыл, времени на его встречу у меня пока нет. Эту честь с удовольствием отдам князю Мечникову. Да ему и по статусу положено, как губернатору.

Конечно, у Мечникова и его маленькой армии наверняка были целители. Но лучше подстраховаться.

Совсем скоро выяснилось, что я оказался прав. С некоторыми ранениями даже они не смогли справиться. Куда уж там обычным зельям из стандартной аптечки дружинника.

Агнес молча пошла помогать мне. С её длинными руками дело спорилось. А от зелья девушка сияла энергией и красотой. Цвет её зелёной кожи стал сочнее. Но некогда мне было думать о подобном — я готовил зелья.

Правда, вскоре меня отвлекли.

— Думаю, у целителей и врачей императорской гвардии есть все самые лучшие зелья, — раздался голос от дверей лаборатории.

Я оглянулся. Там стоял Павел Северов, он же Годунов, он же четвёртый царевич. Одет он был в белую броню с золотыми вставками. Добротную и явно очень дорогую. Царевич, что тут скажешь.

— Давно не виделись, — кивнул я сдержанно. — Если не хочешь помогать, так и скажи.

— Но… ладно… — Он развёл руками, положил шлем с чёрными вставками в глазах и начал помогать нам с Агнес.

Я не мог сидеть сложа руки — предпочитал делать хоть что-то для спасения людей, которые пострадали частично из-за меня.

Павел был тем ещё книгочеем раньше, так что в плане алхимии руки у него росли из правильного места.

Имперские зелья или нет, но лучше перебдеть. К тому же на земле Дубовых зелья Дубовых действуют лучше. Уверен, с влиянием юной Матери Леса, чьё дерево росло за стенкой, они становились ещё эффективнее.

Практика это доказала, потому что несколько раненых после приёма с криками побежали искать туалет. Я даже из лаборатории слышал, как они искали заветную комнату. И как в итоге нашли.

Раз есть силы на это, значит, идут на поправку.

К утру всё было кончено. В смысле раненые кончились. И не потому, что умерли, а потому, что из разряда «при смерти» перешли в разряд «уберите от меня это зелье, скоро кишок не останется». Что ж, побочку никто не отменял!

Усталые и довольные, мы откинулись на старых диванчиках в архиве. Один мне, один Павлу и Агнес. Последняя от усталости немножко растеклась. В буквально смысле.

— Убейте меня семеро… — простонала она.

— Что… что это было? — спросил Павел.

Я кивком указал на котелок с остатками зелья.

— А мне можно? — тут же спросил он. — Чтобы стать сильнее.

— Ага, и чтобы остатки монстров опять на нас сбежались. Нет уж. Потом выпьешь где-нибудь во дворце отца своего. Максимум аристократы сбегутся.

Царевич пожал плечами и согласился. Позже я отгрузил ему пузырёк тёмно-шоколадного с прожилками зелья, снабдив инструкцией, как пить. Пилюлю усиления он себе пусть сам найдёт. Хотя он вроде сильнее стал, судя по его мощной ауре. Может, и не понадобится пилюля. Но с ней эффект лучше.

Все собрались в столовой, которую расчистили от последствий битвы. Вымотались мы до предела. Непросто оказалось разбираться с последствиями сражения. До сих пор люди Мечников и мои — те, кто стоял на ногах, — собирали добычу с монстров. Поделить её я поручил Марине. Да так, чтобы никого не обидеть. Но добычи хватит на всех.

Вскоре нам выкатил тележку с кучей еды перебинтованный повар. По рассказам, он сражался яростнее всех. Орудовал ножом, как заправский мясник, будто заранее нарезая мясо монстров для блюд. Фанат своего дела, он прям лучился гордостью за еду, которую приготовил для нас.

Я оглядел всех собравшихся. Верещагин задумчиво вертел в руках маску, словно размышляя, надеть её или нет. Никто не смущался его шрамов. Народ собрался боевой. После сегодняшнего и не такое видали, как говорится.

Агнес, Вероника, Марина, Лакросса, Лиза и княжна быстро восстановили силы и выглядели бодрыми и свежими. Кожа их лучилась красотой и бархатистой нежностью, волосы блестели, как лучший китайский шёлк. Короче, выглядели они просто великолепно. И это ещё с учётом грязи и крови монстров, пока не отмытых. Некогда было. А уж что будет, когда они приведут себя в порядок…

Хотелось что-то сказать, но с губ сорвалось:

— А где Маша?

— Кажется, я знаю