Читать книгу - "Вентус - Карл Шредер"

- Здравствуй!

Мужчина говорил с иностранным акцентом. Пожилой, с венчиком белых волос вокруг загорелого черепа. Одет во все новенькое, как горожанин.

С ним была девушка, на вид ровесница Джордана, в платье в оборках и шляпке; лицо под шляпкой было загорелым, а прядь светлых волос - выбеленной лучами солнца. Она держала в сильных, мозолистых руках пяльцы с вышивкой и хмуро глядела на Джордана.

- Куда направляешься, сынок? - спросил возница. Джордан махнул рукой.

- На юг. В Япсию.

- Да? Мы тоже. Возвращаешься домой?

- Э-э… Да.

- Но у тебя мемнонский акцент, - сказал старик.

- Вообще-то у нас дома в обеих странах, - ответил Джордан, вспомнив пример семьи Боро.

Ему безумно хотелось снова услышать голоса; он должен был понять, не насторожились ли из-за разговора с ножом Ветры. В имении Боро всполошились все окрестности, ошеломив его своим бормотанием. Сейчас этого не случилось, но Джордан хотел удостовериться.

- Меня зовут Мило Сунейл, - сказал старик. - А это…

- Извините, - процедила сквозь зубы девушка, резко встала и скрылась внутри фургона.

- …моя племянница Тамсин, - закончил Сунейл. - Она сегодня не в себе. А тебя как зовут?

- Джордан Масон.

Джордан склонился в легком поклоне, как делали члены клана Боро, хотя на ходу это было не так-то просто.

- Очень приятно.

Последовала небольшая пауза. Повозка ехала с той же скоростью, с которой шел Джордан, поэтому он шагал рядом с Сунейлом. Девушка в фургоне, похоже, рылась в вещах.

- Спокойная погода для осени, - сказал Сунейл. - Хотя ветер нагоняет облака. Это плохо, верно? Облака могут скрыть то, что творится в небесах. Тебе так не кажется?

- Что вы имеете в виду?

- Слухами земля полнится! - рассмеялся Сунейл. - Ты одет не как простолюдин, так что ты наверняка слышал о заварушке в имении Боро.

- Да, слышал, - в замешательстве выдавил Джордан.

- Мне жуть как любопытно узнать, что там стряслось на самом деле, - сказал Сунейл. - Десять человек рассказали мне десять разных версий. Когда я увидел, как ты идешь по дороге - по направлению от имения, - я подумал: а может, он спасается бегством из разрушенного замка?

Джордан, не зная, что сказать, просто пожал плечами. Сунейл немного помолчал, глядя вперед.

- Видишь ли, я и правда помираю от любопытства. Если бы я встретил человека, который знает, что случилось в имении - или, не дай Ветер, сам там побывал, - я, пожалуй, подвез бы его. Но с одним условием: он должен рассказать мне все.

- Понятно, - осторожно отозвался Джордан.

- Моя племянница растянула лодыжку, - добавил Сунейл. - А я уже не так молод. Нам нужен помощник, который мог бы собирать хворост для костра.

Джордан поразился. Люди обычно не доверяли незнакомцам на дорогах. «Я что, выгляжу настолько безобидным?» - подумал он.

- Не бойся, - сказал ему Сунейл. - Я не Небесный Крюк и не помощник Ветров. Я понял, что ты был в замке Боро, поскольку ты шел оттуда и одет ты хорошо, хотя одежда у тебя грязная, а волосы растрепаны. У тебя такой вид, словно ты откуда-то сбежал. Мы видели парочку таких же беглецов на дороге, только ни один из них не стал с нами разговаривать.

Джордан с надеждой взглянул на фургон. Он очень устал. Если он проедет несколько дней в повозке в обмен на осторожный рассказ, это никому не повредит. Не исключено, что иначе ему в Япсию не попасть.

- Хорошо. Я в вашем распоряжении.

Тамсин съежилась в задней части фургона. Дядя, должно быть, спятил! Надо же додуматься - подобрать на дороге незнакомца! Этот сумасшедший, завернутый под камзолом в золотистую ткань и говоривший сам с собой, определенно ограбит их и изнасилует ее.

Она почувствовала, как фургон просел, когда незнакомец взобрался на сиденье. А потом повозка покатила дальше. Тамсин села на тюк с бельем, бездумно крутя в руках вышивку. В конце концов она швырнула пяльцы на пол.

Порой все было нормально. И сегодня все началось хорошо. Порой она просыпалась по утрам, и облака были просто облаками, а вода - просто водой. Она ощущала запах еды, когда готовила завтрак, и чувствовала себя голодной. Иногда она выслушивала планы дядюшки, и в ней даже загоралась искра воодушевления. Она представляла себя молодой дамой в Рине или в каком-нибудь другом большом городе Япсии. В такие дни Тамсин училась делать реверансы, вышивала и читала наизусть эпические поэмы, которым учил ее дядя.

Но иногда случались дни… Тамсин трясущимися руками начала массировать больную ногу. Она не помнила, почему побежала. Помнила лишь, что все кругом было унылым и мрачным. Голые деревья, желтая трава, холодный воздух. Тамсин ничего не чувствовала и ничего не соображала. Она знала лишь одно: в то утро она бежала куда глаза глядят, не разбирая дороги. Неудивительно, что она растянула лодыжку.

Порой даже самая незначительная мелочь вызывала в ней такие вспышки ярости, что дядюшка смотрел на нее в полном недоумении. Однажды она вышла из себя только потому, что спустила петлю на вышивке. Дядя не пытался успокоить ее. Он дал ей излить всю накопившуюся злость. После таких вспышек Тамсин всегда чувствовала себя пристыженной и усталой.

«Я не взорвусь! - сказала она себе. - Пусть даже нас убьют из-за дядюшкиной беспечности».

Там, впереди, разговаривали - болтали, словно старые друзья. Дядюшка любил потрепаться с незнакомцами. Когда они останавливались на придорожных рынках или в близлежащих городках, это было естественно. Дядя обожал сплетни и в последние два дня всех расспрашивал об ужасном несчастье в поместье Боро. Однако подбирать людей на дороге… на него не похоже.

Тамсин скрипнула зубами и бросила свирепый взгляд на занавеску фургона. Конечно, помощник им сейчас не помешает. Умом Тамсин это понимала, однако в душе у нее все продолжало кипеть.

Девушка посидела немного в полутьме, скрестив руки и пытаясь не думать. Думать - это плохо. Мысли могли вызвать вещи похуже ярости.

«Скоро это кончится, - сказала она себе. - Когда мы приедем в Рин, все будет иначе. А пока нужно привести себя в порядок и испытать собственную выдержку».

Поэтому, чуть погодя, Тамсин причесалась, изобразила на лице улыбку и отодвинула занавеску в передней части фургона.

- Здравствуйте! - приветливо сказала она юноше, сидевшему на ее месте. - Меня зовут Тамсин. А вас как?

Каландрия Мэй перекинула через плечо мешок с картошкой и пошла с рынка прочь, пробираясь через толпу.

Местечко все еще гудело слухами о несчастье в имении Боро. Общее мнение было такое, что Ветры наконец наказали семейство за какие-то прошлые грехи. Люди в Гелдоне - так назывался городок - валом повалили в пустовавшую ранее церковь.