Читать книгу - "Ветеран Армагеддона - Сергей Синякин"

— Так что ж они и в Аду работают? — не унимался Майков. — Кто же у них там пашет, если его черти расколоть не могут? Грешники, не иначе!

— Разговорчики в строю! — буркнул лейтенант. — Майков, два наряда вне очереди!

Рядовой Майков заткнулся. Два наряда от Городько — это было по-божески. Мог и еще хлеще наказать. Псалмы, например, после отбоя зубрить. Солдаты поражались, как церковные тексты в мозгах у священников задерживаются. Не иначе как Бог священникам помогал. По другому что-то запомнить было, по общему мнению, невозможно.

Между тем закончил свою краткую речь и генерал. Речь его была коротка и жестка, генерал призывал к бдительности, требовал овладевать необходимыми для предстоящей битвы знаниями, в общем, нес в солдатский строй весь джентльменский набор военных уставов и наставлений. Поэтому слушали его, как обычно, — вполуха. И, разумеется, самое важное пропустили. Потому и не обратили поначалу внимания на то, как одетые в черное особисты вывели на середину плаца троих парней в камуфляжной форме. Один из них точно был Акинеевым, но узнать его можно было лишь по очертаниям лица. Остальное выглядело непривычно и страшно. Акинеев и другие арестованные были босы, но это бросалось в глаза не сразу, потому что вместо ступней у всех троих были черные копыта. Головы арестованных обрамляли черные витые рога, и хвосты у них были длинные, как у ослов.

— Вы видите перед собой вражьих лазутчиков, они обманно внедрились в наши ряды! — закричал генерал. — Это агенты Ада! Выявлены они были лишь благодаря неустанному труду нашей славной инквизиции и помощи отдельных сознательных воинов! Арестованные уже признались, что ими осуществлялся шпионаж в пользу князя Тьмы! Поэтому все трое приговором военного трибунала приговорены к смертной казни. Приговор окончательный, обжалованию не подлежит и будет исполнен прямо сейчас!

Генерал сделал жест особистам, и те шагнули за спины арестованных. Видно было, как страшно исказились клыкастые морды арестованных.

Кто-то из них вдруг страшно завыл, а дальше произошло невероятное — стоящие на плацу пленники вдруг стали таять на глазах, словно они состояли из медленно оседающего пара. Вскоре от троих осужденных остались на плацу дымящиеся лужицы, повторяющие очертания фигур.

— Ни фига себе! — восторженно сказал из заднего ряда Майков. — Это из какой хренотени их положили, хотел бы я знать!

— Вот завербуют тебя эмиссары князя, тогда и узнаешь, — сказал лейтенант Городько. — Святая вода на них так действует, дубина! Еще один наряд вне очереди!

— Это за тупость или за разговоры в строю? — поинтересовался рядовой Бекбулатов.

— Ему за тупость, — негромко объяснил лейтенант, — а тебе, Бекбулатов, за разговоры.

Многие представили себя на месте казненных и внутренне поежились в страхе. Слаб духом человек! Да и особисты оказались не простыми комитетчиками, а инквизиторами, что автоматически переводило их в абсолютно иную — астральную — плоскость. Где таких садистов подбирали? Не иначе — в монастырях.