Читать книгу - "Боевой маг - Стивен Эриан"

– Семь.

– И чему научились?

– Я способен повелевать грозами, разрушать камни, призывать огонь и видеть будущее, – сказал тот из них, чья мантия была расшита солнечными и лунными символами.

– Я способен разговаривать со зверями, – выпалил другой.

Балфрусс больше не мог сдерживать смех. Другие маги тоже улыбались – все, кроме Дариуса и кузнеца.

– Может быть, покажете свое мастерство? – предложил король.

– Я очень устал с дороги, – посетовал Сэмкин, будто не слыша подхваченный эхом смех. – Но скоро силы вернутся ко мне.

Он шагнул назад, и все взгляды обратились на Балфрусса. Тот, переборов смех, наконец-то взял себя в руки.

– Прошу прощения, Ваше Величество, – сказал он с низким поклоном. – Эти двое – шарлатаны. У них наверняка заготовлены какие-то фокусы, чтобы вас провести, но прикоснуться к Источнику они не в состоянии.

– Вы можете это определить с одного взгляда?

– Да, Ваше Величество. Я чувствую родство со своими собратьями. – Балфрусс обвел рукой магов позади себя. – Источник пульсирует. Мы слышим между собой его эхо.

– Он лжет, – воскликнул один из шутов, но из-за дрожи в голосе бравада прозвучала неубедительно.

– Тогда покажите свое искусство, – ответил Балфрусс. Дождавшись знака от короля, он шагнул вперед и встал напротив двоих. Те вдруг побелели как мел. – Как вы наверняка знаете, один из первых уроков – это физическая демонстрация вашей воли. Объедините силы и толкните меня через зал.

– Мы не хотим навредить вам.

Балфрусс показал зубы.

– А вы попробуйте.

Оба человека принялись делать пасы руками. Первый скоро добавил к этому странные восклицания, другой забормотал нараспев что-то бессвязное. Однако ничего не произошло.

– Это все?

Двое переглянулись и кивнули. Балфрусс хлопнул в ладоши, и оба шарлатана, оторвавшись от земли, с размаху впечатались в стену. У них перехватило дыхание, мантии плотно прильнули к телу. Балфрусс приблизился.

– Я способен повелевать грозами, призывать огонь и разрушать камни, – прорычал он. – Однако звери не могут сказать ничего интересного, а будущее не предначертано, и его не видит никто. Опасно играть с тем, чего вы не понимаете.

– Довольно, – сказал король, подойдя к нему. – Отпустите их.

Балфрусс освободил пленников, и те рухнули на пол, как мешки с тряпьем. Один был готов разрыдаться, второй боялся поднять глаза.

– Как вас зовут? – спросил Маттиас.

– Сэм.

– Паэдр.

– Откуда вы?

– С запада, сир, с самой границы. У нашей деревушки и имени-то нет. – Их речь внезапно растеряла всю пышность. – Там уж никого не осталось, все похватали пожитки и ушли на восток.

– Мы знали, что скоро будет война, – добавил Паэдр, – и искали работу. Огорчать никого не хотели. Думали, притворимся магами, так нас хоть накормят. Две недели шли без еды.

– Не хотелось с голоду помереть, – сказал Сэм, мельком взглянув на короля. – Простите, что обманули вас, сир.

– Чем же вы занимались прежде? – спросил король.

– Работали в поле у одного фермера… Зато Паэдр умеет считать! К нему вся деревня ходила, когда взимали подати. У нас мало кто цифры знал.

Король жестом подозвал свою дочь.

– Думаю, Джонкравишу они пригодятся, – сказала Таландра.

Балфрусс никогда раньше не встречал принцессу. Ростом и статью она была вся в мать, тогда как ее братья, большие и широкоплечие, пошли в отца. Принцесса заплетала длинные русые волосы в косу; братья свои черные космы коротко стригли. Несмотря на странный наряд – штаны и длинную рубаху, которая скрадывала изгибы девичьей фигуры, – Таландру невозможно было спутать с мужчиной.

– Джонкравиш? Кто это? – спросил Сэм.

– Наш интендант. – Принцесса махнула рукой, и из тени в дальнем конце зала вышла фигура. – Вот и он.

Как у всякого моррина, у интенданта было слегка клиновидное лицо, заостренные уши, желтые глаза и рога. Под его пристальным взглядом шарлатанам явно стало не по себе.

– Он даст вам кров, еду и работу.

– Нас не высекут? И не убьют? – спросил Сэм.

Таландра снисходительно улыбнулась.

– Нет, но труд будет не из легких. Джонкравишу трудно угодить.

– Мы справимся, – сказал Паэдр, на секунду опередив Сэма.

Когда двое повернулись к выходу, Балфрусс подошел к ним.

– Простите, сир, – сказал Сэм. – Мы не хотели вреда.

– Это я прошу прощения. – Балфрусс протянул руку. – Я потерял самообладание.

Они посмотрели на его руку, будто на ядовитую змею, но все-таки пожали ее и вышли из зала вслед за интендантом.

– Может, представите мне остальных? – предложил король, вновь усаживаясь на трон. – И сами назоветесь.

– Я Балфрусс, Ваше Величество. Вы уже познакомились с Дариусом и его женой Элоизой. Знайте же, что он мой Кровный брат.

Король и генералы удивленно переглянулись, но Таландра кивнула: ей было известно, что право называться так – большая честь в Пустынных королевствах. В награду за службу тамошний властитель позволил Балфруссу породниться с Дариусом, хотя их не связывали кровные узы. Благодаря этому севелдромский маг вошел в один из самых могущественных родов Пустыни и получил право наследования.

– Имена остальных мне неизвестны, – с сожалением продолжал он, – хотя я узнал калфа из племени Первых людей.

Человечек вышел вперед и поклонился. Его плоское лицо испещряли ритуальные шрамы, красные и синие татуировки на руках почти почернели от времени. В ушах висели костяные украшения, а единственной драгоценностью было ожерелье из блестящих желтых камней. Калф не пользовался обувью, и его подошвы давно затвердели, как старая выделанная кожа. Он из вежливости явился на прием в куртке и широких штанах, обрезанных у колен, хотя обычно его народ не носил ничего, кроме набедренных повязок.

– Я Эко Трескучая Черепаха, – сказал он, коснувшись двумя пальцами сердца и поднеся их ко лбу. – Я пришел на помощь, потому что вы всегда были добры к моему народу. У нас до сих пор вспоминают в молитвах Киле, вашего великого короля. Он заботился о Первых людях, когда мы только появились на ваших берегах. Я пришел почтить его память от имени моего народа. Надеюсь, что ваш Великий Создатель присмотрит за мной на этой земле.

– Благодарю вас, Эко, – сказал король.

Когда перволюд вернулся на место, вперед выступил здоровяк с грубым лицом. Балфрусс удивленно отметил, что тот возвышается даже над Вэнном, крупнее которого, казалось, в зале никого не было.

– Я Финн Кузнец, – прогромыхал великан, как будто не имел больше ничего сообщить. На лицо он был сущий ребенок, но в голубых глазах затаилась глубокая печаль. – Я учился после того, как Серый Совет ушел из Красной башни. Показать вам, на что я способен?