Читать книгу - "Имперский вор. Том 5 - Дмитрий Ра"

вздыхаю. Ну не подумал я о возможной ночёвке…

– Нет. Не сочтём. Так дашь. За это я буду думать о том, мстить тебе или не мстить, более интенсивно.

– Какая же ты сволочь всё-таки, ваша бывшая светлость, – печально говорит Дориан.

– Да и ты ничего, – возвращаю ему комплимент.

Глава 3

Выспавшись, мы неохотно завтракаем (лично я мечтаю о жареном мясе) и, по требованию Палея, отворачиваемся от его высочества.

– Я готов! – весело говорит Егор минут через пятнадцать.

Ну да. Крыльев нет, только футболка на спине разодрана в клочья. Но и личины нашего сокурсника Ильина нет тоже. На нас смотрит почти точная, только очень юная копия императора Александра Третьего. И это серьёзная проблема.

Впрочем, я знаю, к кому можно обратиться с этим вопросом. Да и портал построить в давно знакомое место будет несложно. Если уж я попал в лес лешего из мира Теи, даже не пытаясь попасть именно туда… сознательно сделать это труда не составит.

Но сначала, раз уж мы порешали все насущные вопросы, стоит поговорить ещё кое о чём.

– Теперь я не готов, – сообщаю его высочеству. – Расскажите-ка мне, Георгий Александрович, какой чёрт вас вообще занёс в Императорское училище?

– Да! – соглашается Палей. – И кстати, приношу извинения за своё поведение в лагере.

– Отлично! – язвит Егор. – То есть если б ты знал, что я царевич, так лебезил бы передо мной, а доводил только Димку, да?

– Ну насчёт лебезил – это ты загнул, – спокойно отвечает Палей. – Но вёл бы себя иначе. Потому как это была бы моя обязанность.

– Все аристократы равны! – набычившись, говорит его высочество. – И как раз в лагере я это понял. Смотри: вот Димка – бастард. Хуже тебя он от этого?

– За каким тебе вообще это понадобилось? В военный лагерь? – вмешивается Токсин. – Вот убей не могу я это понять.

– Вот за тем и понадобилось, – кивает Егор. – Чтобы понять, чем высшая аристократия отличается от обычных одарённых.

– И как, понял? – интересуюсь я.

– Представьте, да! Ничем, кроме снобизма.

– Ты не совсем прав, Егор, – говорит Лекс. – Как правило, у высших аристократов всё же более сильный дар. Это можно понять уже по результатам испытаний в военном лагере училища. Ведь их прошли только высшие. Ну, и Михаил Оленев, единственный из остальных. Конечно, существует школа князя Назарова, который собирает таланты по всей стране. Но их всё равно очень и очень мало. Это гены, ты же понимаешь.

– Дар даром. А вот личные качества… Но, если честно, это всё я понял только в лагере, – вздыхает Егор. – На самом деле я пошёл на этот шаг, потому что не мог обернуться. Ты, Сергей, наверняка знаешь, что если оборотень не сумел принять вторую ипостась в детстве, то потом первый оборот возможен только в экстремальных условиях. Вот я и подумал, что испытания в Императорском училище – вполне себе экстремальны.

– Пожалуй, – хмыкаю я.

– Ага… И отец со скрипом согласился со мной. А к тому же я завёл друзей, которые дружат со мной не потому, что я сын императора. Это… дорогого стоит. Ведь вы взяли меня в команду из-за моих личных качеств.

– Ну, одно из них можно смело вычеркнуть, – ухмыляется Токсин. – Ну, то, что ты способен накопать такую инфу, что просто диву даёшься – откуда. Теперь-то понятно откуда.

– Не совсем так. Его высочество непревзойдённый айтишник и хакер, – примирительно говорю я. – Ладно, Егор. Я тебя понял. Но теперь нам будет сложнее общаться. Если ты не вернёшь личину.

– Отец сказал, что если моё инкогнито раскроется, то я вернусь в Британию и буду учиться в Шеффилдской военной академии, – грустно сообщает его высочество. – Не хочу…

– Может, сумеем что-нибудь придумать, – утешаю я. – А тебе, Лекс, большой респект. Ведь ни словом ни делом не дал понять, что ты в курсе.

– Ну, я же не просто так в курсе, – пожимает плечами Лекс. – Я, так сказать, личный телохранитель.

– А я-то, дурак, думал, что ты, Лекс, припёрся в военный лагерь, чтобы меня поддержать! – театрально печалится Палей. – А ты, оказывается, опекал его высочество!

– Тебя-то чего опекать? – улыбается Лекс. – Ты уже вроде поумнел.

– Ой! Правда, что ли?! – ахает Палей, но я останавливаю его жестом.

– Хорош стебаться. Нам пора. Всё выяснили, крылья убрали, с личиной нам тут не разобраться. Домой!

И зову:

– Дориан!

– Здесь, – откликается мне в ухо божок.

– Открывай.

Я плету портал уверенно и быстро. Хотя следует всё же всерьёз почитать доступные техники по этому поводу.

Радужная арка, появившаяся перед нами, очень мала – проходить её придётся нагнувшись.

– Вперёд! – командую Лексу.

Он заходит в портал, сжимая руку его высочества. Следом лезет Палей, за ним Токсин. А потом я ощущаю движение воздуха и понимаю, что бог торговли прошёл тоже. И иду последним, прижимая к себе тяжеленного кота.

На знакомой лесной поляне окликаю:

– Дориан?

Ответа нет. Ну и хрен с ним. Мне и без спасённого божка есть о ком беспокоиться. И о чём.

Несколько часов в мире Теи – это неделя в Российской империи. А в мире Дориана?..

* * *

– Снег… – удивлённо говорит Егор.

И не просто снег. Сугробы. Мороз градусов под двадцать! Зима, однозначная зима.

– Курвец! – кивает Палей. – Мороз и солнце, день чудесный! Это, блин, как вообще?..

Твою ж мать. Это же минимум месяц прошёл…

Понятно, что пропавших курсантов Императорского училища искали куда интенсивнее, чем отправившихся погулять назаровцев. А учитывая, что вместе с ними пропал младший царевич, нетрудно предположить размах поисков. Несомненно, сейчас включились наконец-то увидевшие нас поисковые артефакты, и максимум через час над лесом будут рыскать вертолёты.

Я оглядываюсь в поисках знакомой навки или самого лешего, никого не вижу и командую:

– Костёр! Замёрзнем тут к чертям!

А сам режу ладонь и мажу кровью дерево.

Впрочем, парни оценили ситуацию едва ли не быстрее меня. Львов и Токсин мечутся, собирая дрова, а умный Палей быстро раздевается.

– Обернусь, всё теплее. А ты можешь у меня в шерсти руки погреть, так и быть, – говорит он Егору.

– Да пошёл ты! – огрызается его высочество и подходит к горке дров. – Здесь же есть эфир! – с чувством говорит он. – Без него я себя чувствовал голым…

Дрова загораются от его плетения, и пару минут спустя мы стоим вокруг костра, пытаясь отогреться.

А вот моего кошака и след простыл: умчался мышковать. Ему-то пофиг и мороз, и снег, и потерявшие личину царевичи.

Где же навка? Чёрт, я даже имени её не знаю. Ладно…

– Семён Феоктистович! – ору в голос, уже прикидывая,