Читать книгу - "Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов"

изучение моей внешности, оставило его довольным…

Словно в подтверждение моих догадок, Виньялли взял мою руку своей ладонью в перчатке. Склонился и поцеловал. В меня не ударила молния, ноги не подкосились. Но это касание было… как печать. Словно одним прикосновением жестких сухих губ герцог обозначил мою принадлежность ему. Отныне и навсегда. Запечатал.

Меня затрясло. А Виньялли задержал мою руку дольше, чем положено по этикету.

— Вы еще прекраснее, чем на портрете, мирри Аленор, — сказал он. — Ия счастлив, что удалось явиться раньше обозначено срока.

И отпустил мою руку.

А мне захотелось прямо сейчас убежать, спрятаться… Укрыться. Встать у окна в самой высокой башне нашего замка и, глядя в небо, кричать Ролару, чтоб вернулся. Звать его… Вдруг услышит.

Ведь в тот момент, когда рука герцога коснулась моей, а его жесткие губы притронулись к моей коже, я поняла одно: мне никогда не справиться с этим человеком самой. Он сильнее меня. И если захочет — превратит меня в бледную тень с запавшими глазами и дрожащими руками, подобную его предыдущим женам, какой бы сильной и смелой не казалась я себе сейчас.

Глава 20

Над крыльцом повисла тишина. Этикет требовал сказать слова благодарности за комплимент. А я словно потеряла дар речи.

Соберись, Аленор! В ближайшее время мне нужно быть сильной — на пределе возможностей. Нужно иметь волю сильнее, чем знаю в себе.

— Благодарю за комплимент, герцог. Рада, что оправдала ваши ожидания, — произнесла я. И даже изобразила небольшой книксен, хоть в брючном костюме для верховой езды он выглядел странно и, наверняка, вызвал улыбки у тех, кто наблюдал за нами со двора.

— Герцог, — произнес отец. — Вы знаете, мы не ждали вас так рано. Поэтому ваши апартаменты будут готовы через час, а апартаменты для ваших гвардейцев и слуг

— через два часа. Надеюсь, нам простится подобная задержка.

Герцог коротко кивнул.

— Пока же приглашаю вас выпить горячего тао в гостиной, — отец указал рукой на вход.

— Надеюсь, мирри Аленор составит нам компанию, когда переоденется и отдохнет? — спросил герцог, и на его губах я впервые увидела улыбку. Строгую, словно он лишь обозначал ее, а не улыбался по-настоящему.

— Разумеется, — произнес отец спокойно, но в его голосе я уловила досаду. — Просьбы нашего гостя — закон для нас.

…Я могла бы сослаться на усталость, попросить дать мне отдыха до вечера. Могла бы… Но отец не оставил выбора. Да и сама я была не склонна прятать голову в песок. Эта невыносимая ситуация будет продолжаться. И все, что я могу, — жить в ней. И попробовать не сдаваться.

— С радостью, мирроу герцог, — сказала я.

И в полном молчании я последовала за отцом в замок.

***

В моей комнате суетилась Диана.

— Мирри Аленор! Боже мой! Уже приехал! — причитала она. — Я приготовила вам три платья… Самых красивых! Может быть, вы понравитесь герцогу, и он будет… милосерден к вам!

— Замолчи, Диана! — крикнула я, не выдержав ее причитаний. Оперлась руками о стол и выдохнула.

Просто соберись, Аленор, и пойми, что тебе делать. Звать Ролара? Сейчас, когда он только что улетел? Кричать на весь мир: «Ролар, моя истинная пара, приди мне на помощь!»? Хотелось, чтобы черные драконьи крылья затмили небосвод, и проклятый Виньялли задрожал от страха, увидев моего защитника. Броситься к Ролару, прижаться к его груди и забыть обо всем. Чувствовать себя слабой и беззащитной, зная, что сильный и горячий дракон защитит, сбережет меня…

Но в глубине души я понимала, что позвать его можно только в самой критической ситуации. Которая еще не наступила. Да и вряд ли он сможет вернуться сейчас, когда только улетел решать собственные проблемы и готовить почву для нашей будущей жизни.

Что же делать мне?

Ответ напрашивался сам собой. Тянуть время.

Ролар вернется через десять дней. За день до того, как должен был приехать Виньялли. В одиннадцать утра, на поляне, где я нашла раненого дракона… там мы должны встретиться в назначенный срок. Значит, я должна дожить, дождаться этого!

Если я понравлюсь герцогу — а я плохо представляю себе, как избежать этого — он наверняка будет настаивать на скорейшем бракосочетании. И значит, я должна придумывать поводы, чтобы отложить его. На что я буду ссылаться — не важно. Главное — суметь дотянуть. Просьбами, обманом — чем угодно, но оттягивать.

Я снова выдохнула.

— Диана, а ванна готова? — спросила я.

— Конечно, — улыбнулась Диана, радуясь, что момент моего гнева миновал.

— Тогда ванну… И закрытое синее платье — то, где не видно ни плеч, ни рук…

— Но, мирри Аленор…

— Я знаю, что выгляжу в нем, как монашка. Но это лучше всего! — рассмеялась я.

А про себя вздохнула. Герцога не обманешь такими ухищрениями. И вся беда в том, что я графская дочка. У меня нет некрасивых, не подходящих мне туалетов. Почти все присланы сестрами из столица. А сестры хорошо знают мою фигуру и внешность. Некоторые вообще сшиты специально для меня… Все мои платья, даже самые закрытые и скромные, лишь подчеркивают мою красоту, а не портят ее.

Но… я надену закрытое платье, у герцога будет меньше возможностей ненароком коснуться моего обнаженного плеча или предплечья…

Спустя две четверти часа я была готова. Взглянула на себя в зеркало. Красивая, даже с воротником, застегнутым под подбородком и рукавами, скрывающими светлую кожу рук. Усмехнулась самой себе. Пожалуй, в этом платье я произведу на герцога противоположный эффект, чем собираюсь. Оно облегало и подчеркивало фигуру, а закрытый фасон притягивал взгляд к талии и груди…

Вот ведь! Но переодеваться уже некогда. Либо я сейчас войду в клетку с тигром, либо… либо отец пришлет за мной.

Я подышала, чтобы успокоиться и придать движениям достоинство и плавность. И спустилась в большую гостиную. Потерпеть полчаса, а потом можно будет, вероятно, покинуть герцога до самого обеда. Ему же нужно обустроиться в апартаментах…

Когда я открывала дверь, сердце почти не билось, но, войдя, я застыла. Захотелось броситься обратно, захлопнуть дверь и укрыться у себя в комнате.

Отца здесь не было — я еще раз пробежала глазами по комнате. Нет, отец не скрылся в тени портьер и не стоял в дальнем углу. Его не было. Лишь герцог Виньялли стоял у окна, скрестив руки на груди. И смотрел на суету, что так и не унялась во дворе.

Услышав мои шаги, он обернулся. И уже знакомая недоулыбка возникла на его губах.

— Вашему отцу пришлось отлучиться по важному делу. Поэтому я