Читать книгу - "Звезды, пламя и сталь. Книга 5 - Игорь Викторович Лопарев"

как он себя ведёт, искин принимал решение о том, что с ним делать, с кораблём этим. Либо предлагать, как нам, проводку до базы, либо просто не мешать ему лететь по своим делам… Ну, или если курс по которому этот корабль движется и его поведение не оставляют сомнений в агрессивных намерениях, то может быть принято решение и о том, чтобы его атаковать.

А атаковать у нас есть чем. Управляемые минные поля, средние лазерные батареи, снятые с теперь уже нашего эсминца, кинетические турели, ракетные установки… Ну и много чего ещё. Если что, мало никому не покажется.

А теперь пилот, то есть я, может расслабиться,доверив искину управлять кораблём. И тот уже проведёт корабль и мимо опасных камней, крутящихся в пространстве, и мимо минных кластеров, которые мы уже поставили в окрестностях нашего астероида.

Это сюрпризы для непрошеных гостей. А они будут несомненно, гости эти — это только вопрос времени. И к радушной встрече этих самых гостей надо готовиться заранее. Не спеша. С чувством, с толком, с расстановкой.

Так вот, искин с ходу, не здороваясь, предложил свои услуги. Причём сделал это тоном, не терпящим возражений:

— Пилот фрегата «Мавр»! Ваш транспондер значится в списке доверенных устройств базы. Вам разрешен проход до базы. Для безопасной проводки корабля до посадочного ангара настоятельно рекомендую передать управление диспетчерской базы. Для этого проделайте следующие операции…

Дальше посыпались последовательности кодов и прочая цифирь. Но это всё уже воспринимал и обрабатывал искин корабля — на него я перекинул все рутинные действия.

В том числе и идентификацию. А то, кто его знает, чей искин на контакт с нами вышел. Говорить он может всё, что угодно, а вот обмен кодовыми цифровыми последовательностями нужно сделать в любом случае. И только получив уверенность в том, что мы говорим действительно с искином базы, можно переходить и к остальным действиям.

Но всё оказалось нормально, и база приняла на себя управление фрегатом. Всё время,что оставалось до посадки, мы с ребятами провели в кают-компании, наслаждаясь натуральным кофе.

Тихий встретил нас прямо у трапа. То есть, если быть совсем уж точным, то у аппарели.

На его, обычно бесстрастном, лице цвела радостная улыбка. Видимо улыбался он от осознания того, что его заточение на этом огромном булыжнике, нарезающем круги по орбите, подходит к концу.

Похоже, быть запертым в ограниченном объёме с нашими мрачными техниками — это удовольствие на любителя, типа Чижа. Да и тот тоже потребовал и добился отпуска. Пусть и такого… своеобразного…

Но ничего. Теперь он с новыми силами впряжётся в работу, позволив Тихому наконец покинуть это место.

Хотя придёт время, и нам всем придётся обживаться на базе и заново привыкать к жизни в суровых условиях открытого космоса, вне комфорта обжитых планет.

Я боюсь, что по мере того, как мы будем обрастать людьми и ресурсами и наши проблемы тоже будут умножаться.

Ведь чем больше у тебя есть всяких ништяков — тем больше желающих отнять у тебя всё это. А потому будут периоды, когда нам будет опасно находиться на Латоти-3.

Да хотя бы сейчас там уже не безопасно. Конечно, пираты не рискуют навалиться на нас открыто, но кто знает, как события будут развиваться в дальнейшем…

— Привет, ребята! — Тихий раскрыл объятия и начал надвигаться на нас. Ну, по комплекции это не Бо́бер, так что можно и обнимашки устроить, — как же я рад вас видеть!

Он стиснул в объятиях Дрища так сильно, что тот даже как-то сдавленно крякнул.

Но дальше мы уже просто пожимали друг другу руки — первый и самый сильный взрыв эмоций миновал. Мы отделались, как это говориться, лёгким испугом. Ну, разве что Дрищу немного рёбра помяли, но ничего, переживёт…

Не дав нам даже рта раскрыть, Тихий продолжил:

— Так, ладно, пошли уже внутрь. — он сделал приглашающий жест, — я там еды приготовил. Поедим как следует, заодно и расскажете, что там нарыли… Мне же интересно.

И мы без возражений двинулись за ним по коридорам, прорытым в толще астероида…

Глава 24

— Госпожа, — мордаха Золаны появилась из-за приоткрытой двери, — к вам Або Мзуни.

— Проси, — устало выдохнула Эрсилла и рассеяно прошлась взглядом по столу, мучительно вспоминая, просила ли она Золану заварить кофе, или даже это вылетело у неё из головы…

Последние дни выдались весьма непростыми. А на вчерашнем Совете она столкнулась не просто с оппозицией, а с единой оппозицией. Во главе стоял, как не трудно догадаться, всё тот же властолюбивый хряк — Мганга Пхукунци.

Фронда, бывшая вялой и аморфной до недавнего времени, наконец сплотилась под знамёнами этого интригана. И Эрсилла вчера впервые серьёзно испугалась, до дрожи в коленях и холодного пота. Фронда собралась вокруг сильнейшего в клане семейства Пхукунци. И девушка ощутила могильный холод, ползущий по спине под тонкой тканью парадного платья.

И теперь угроза стала на порядок сильнее и опаснее.

Вчера на Совете ей, ценой запредельных усилий и напряжения всех своих ментальных способностей, удалось удержать ситуацию под контролем. Но уверенность в том, что ей удастся и далее избегать фатальных обострений, так и не пришла. Напротив, у неё крепло чувство, что скоро это противостояние, из пустых пререканий на Совете клана перейдёт в стадию силовых столкновений в коридорах её резиденции.

А её влияние в клане очень шатко. И чем дальше, тем хуже становится… С каждым днём всё хуже и хуже…

Вожжи, с помощью которых она управляла семьями и родами, что входили в состав клана, на глазах расползались, словно гнилая верёвка… И она чувствовала, что если не предпримет кардинальных мер прямо сейчас, то её сметут и безжалостно растопчут…

— Рад видеть тебя живой, — Голос Або Мзуни выдернул её из омута тяжёлых мыслей. — и ты, несмотря на все невзгоды, всё ещё прекрасно выглядишь, — он улыбнулся, хотя было понятно, что у него, у старого соратника её отца, поводов для радости было очень не много. Если они вообще были, конечно…

— Спасибо, — Эрсилла вернула горькую улыбку своему соратнику, — я тоже рада видеть вас, бвана Мзуни. Вы один из немногих, с кем я могу говорить, не опасаясь повредить себе…

— Да, сейчас у нас очень не простые времена, — покачал головой Або, не отрывая взгляда от несколько осунувшегося лица главы клана.

Он огляделся, и не спрашивая, уселся в кресло. В этом