Читать книгу - "Одаренный регент. Книга 7 - Тим Волков"

кара, но Кайрин был слишком быстр. Его клинок перехватил мой, и внезапный взрыв энергии отбросил нас обоих назад.

Я рухнул на землю, почувствовав, как в боку пронзила острая боль. Глаза быстро сфокусировались, и я увидел алую полосу крови, растянувшуюся по моей одежде. Кайрин оказался быстрее, чем я ожидал. Его меч прорезал мою броню, и теперь каждый вдох отдавался огненной болью.

— Вот и всё, — сказал он, подходя ближе. Его лицо было спокойным, но в глазах пылал огонь триумфа. — Ты должен был понять, что эта битва была обречена с самого начала.

Я попытался подняться, но ноги подкашивались. Кровь текла по моим пальцам, сжимающим рану. Кайрин остановился в нескольких шагах, его клинок засиял алым светом.

— Какое жалкое зрелище, — усмехнулся он. — Императорский трон будет моим. И никто, даже ты, не сможет остановить меня.

Его слова разжигали гнев внутри меня. Я достал из кармана амулет — грубый кусок обсидиана, который на первый взгляд казался совершенно обычным. Его поверхность была шероховатой, будто он был вырван из недр земли голыми руками. Этот амулет подарил мне Кардос, и я знал, что он скрывает в себе древнюю, первобытную силу.

— Ты ещё не победил, Кайрин, — прошептал я, сжав амулет в руке.

Алый свет клинка Кайрина засиял ярче, словно почувствовав мой вызов.

— Ты серьёзно думаешь, что этот камень тебя спасёт? — презрительно бросил он.

Но прежде чем он успел нанести удар, амулет в моей руке вспыхнул ослепительным золотым светом. Тёплый, но одновременно жгучий, он разлился по моему телу, и в следующую секунду из него вырвался зверь — огромный медведь, высотой с самого Кайрина, но в разы шире и мощнее. Его глаза горели золотым светом, а каждый вдох наполнял воздух низким, угрожающим рычанием.

Кайрин отступил на шаг, его лицо на мгновение исказилось от удивления, но он быстро вернул себе самообладание.

— Интересно, — сказал он, поднимая меч. — Посмотрим, что ты можешь, зверь.

Медведь издал оглушительный рёв и бросился вперёд. Его когти, словно обнажённые клинки, ударили в алый барьер, который Кайрин выставил перед собой. Взрыв силы разлетелся в стороны, но зверь не остановился. Он вновь атаковал, его мощь была сокрушительной, а удары — дикими, первобытными.

Кайрин двигался быстро, сражаясь с грацией хищника. Его меч мелькал в воздухе, отражая удары зверя. Каждый их столкновение вызывало вспышки магии, озаряющие мрачный мост.

Я, опираясь на меч, поднялся на ноги. Боль от раны была почти невыносима, но вид медведя, сражающегося с Кайрином, давал мне надежду.

— Ты никогда не сможешь меня одолеть, — выкрикнул Кайрин, пытаясь пробить зверя серией заклинаний.

Медведь, казалось, чувствовал каждое его движение, уклоняясь и контратакуя. Его когти рассекали барьеры, а рычание заставляло воздух дрожать.

Кайрин едва держался, но я видел, что его сила не иссякла. Он был умён, он был опасен. Медведь продолжал атаковать, но каждый раз Кайрин находил способ защититься, его алые заклинания разрывали пространство между ними.

В этой битве ещё никто не мог назвать себя победителем. И я знал, что следующий шаг может стать решающим.

Медведь, вызванный амулетом, был невероятно силён, но Кайрин всё ещё держался. Его алые заклинания били в зверя, оставляя шрамы на его духовной сущности, но зверь вновь и вновь возвращался в атаку, словно воплощение чистой силы природы.

Я собрал всё, что у меня осталось, и вновь бросился в бой. Моя рана кричала болью, но ярость затмила её. Я видел, как Кайрин начал терять уверенность, как его движения становились чуть медленнее, удары чуть менее точными.

— Ты слишком упрям, Александр! — выкрикнул он, взмахивая мечом. — Но это ничего не изменит!

И в этот момент он метнул в меня магический конструкт — сложное заклинание, сверкающее алым светом, как сгусток концентрированной смерти. Я понял, что не успею уклониться, и сердце замерло в груди.

Но внезапно передо мной возникла Илария. Её крылья блеснули в багровом свете, и она бросилась прямо под удар. Конструкт разлетелся, ударив её в грудь, и она рухнула на землю.

— Илария! — мой крик разорвал воздух.

Я подбежал к ней, успев подхватить её, прежде чем она упала. Её лицо было бледным, глаза полны боли, но в них горела решимость.

— Ты не должен останавливаться, — прошептала она. — Убей его…

Её слова запали мне в сердце, как раскалённый клинок. Я осторожно уложил её на землю, чувствуя, как внутри меня растёт ярость. Она затмила боль, затмила страх. Всё, что осталось, — это желание уничтожить Кайрина.

Я поднялся на ноги, и магия Императора внутри меня вспыхнула с новой силой. Я поднял меч, и голубое сияние клинка стало ослепительным.

— Ты за это заплатишь, — сказал я, и мой голос прозвучал чужим, будто вместе со мной говорил кто-то ещё.

Кайрин усмехнулся, но в его глазах мелькнуло беспокойство. Я бросился вперёд, нанося удар за ударом. Мой меч светился, оставляя за собой сверкающие дуги, словно молнии. Кайрин пытался защититься, его клинок и магия работали быстро, но я видел, как он начинает отступать.

— Ты не сможешь… — начал он, но я перебил его мощным ударом, заставив отступить ещё дальше.

— Смогу! — выкрикнул я. — Ты проиграешь!

Медведь бросился вперёд, снова атакуя его барьеры, а я продолжал бить, не давая Кайрину передышки. Его лицо исказилось от удивления и ужаса, когда он понял, что не может справиться с моим натиском.

Я сделал финт, ударив его меч в сторону, а затем нанес решающий удар. Мой клинок пронзил его грудь, и алое свечение заклинаний вокруг него погасло.

Кайрин попытался что-то сказать, но из его рта потекла лишь кровь.

— Трон… будет… моим… — прошептал он, падая на колени.

Я вырвал клинок, и он рухнул на землю. Его тело застыло в последнем движении, а алый свет окончательно погас.

Я стоял над ним, тяжело дыша, чувствуя, как ярость медленно отступает, оставляя меня опустошённым. Медведь, сияя золотым светом, посмотрел на меня, а затем растаял в воздухе, словно его никогда и не было.

Я обернулся к Иларии. Её крылья были неподвижны, а лицо оставалось бледным. Я опустился на колени рядом с ней, ощущая, как магическая буря внутри меня медленно затихает.

* * *

Я держал Иларию в своих руках, ощущая, как её дыхание становилось всё тише. Её тело было хрупким, а кровь — тёмной, уже застывшей. Она посмотрела