Читать книгу - "Русич: Бей первым. Колонист. Генезис - Владимир Геннадьевич Поселягин"

бане мылом и этим новомодным шампунем для волос пользуются без экономии, а им фигу, ну и потихоньку началась травля. А как по-другому, работники и семья – это фактически мои близкие и приближённые, а остальных я не знаю. Надо – у иностранных купцов мыло покупайте или сами варите, я рецептом легко поделился, только вот ничего не вышло у них, а показывать секрет самолично при травниках я отказался. А у меня график такой, что выкроить лишних пару часов просто невозможно.

Как мне донесли, именно князь Вознесенский и нашептал Василию дать мне задание ковать булат и лить мыло для государства. То есть мне выдали государственный подряд, выдавать столько-то и столько-то товара в год, причём по расценкам, установленным самим Василием. А объёмы указали такие, что не каждая современная фабрика справится. Понятно, что меня решили так наказать, и именно Вознесенский играл в этом первую скрипку. Была причина, пошатнулись его статус и влияние во дворе при Василии, когда разгневанные бояре и князья обратились к нему, мол, обнаглел этот купчина, то не делаю, это не делаю, тот и пообещал решить со мной этот вопрос. Мы с ним тогда серьёзно поговорили, до крика дошли, я при нём просто послал все хотелки бояр в задницу, благо мы с глазу на глаз общались. Меня уже тогда все эти напыщенные снобы достали. Приезжают как к себе домой, отвлекают от работ, да ещё что-то требуют, недели не проходило, чтобы какие-то планы на следующую неделю не переносили, потому как приезжали гости, да ещё со свитой. И они имели ещё наглость что-то требовать у меня. У меня! Особенно один князь, урод, до белого каления довёл. Я себе за три месяца единственный выходной выделил, думаю, посижу на речке с удочкой, отдохну душой и телом. Как же, заявился гнида с утра и до самого вечера пробыл, а не уйдёшь. Законы гостеприимства, блин. Весь выходной насмарку.

Я уже понял, что из-за своей любви к привычной благоустроенной жизни попал впросак, и тогда задумался, что делать, поэтому, когда меня вызвали в кремль и дьяк вручил приказ Василия, самого я не увидел, я неожиданно понял, что это мой шанс. Вернувшись домой, я два дня составлял план, а потом две недели пустил на подготовку, это как раз после Нового года было. С родичами я, конечно же, общался, но надеюсь, под гнев Василия те не попадут, тем более они бывали у меня прошлой зимой и этой, отбыли незадолго до государственного заказа. Я отправил им письмо с доверенным человеком, перед тем как уйти в бега. План мой состоял в продаже всего имущества и производств, причём работники оставались на своих прежних местах, менялись только владельцы, я долго присматривал и обхаживал купцов, а отбирал я их из других княжеств, не местных, и за один день, чтобы никто ничего не прочухал и не успел меня перехватить, всё продал трём купцам. Двое из Новгорода были, один вообще из Казани. Это он у меня все лесопилки выкупил, причём по двойной цене, у меня давно их выкупить пытались, остальные взяли свечной заводик, оба подворья, с литьём сковородок и пуговиц, да постоялый двор. Деньги все в золоте были, серебра мало оказалось, всё как и договорились с ними. Всё это я успел спрятать, вчера как раз продажи прошли, золото я скрыл, тайник заранее заготовлен был, я же не идиот всё с собой брать, но мои сани перехватили в двадцати километрах от Москвы. Не удался побег.

Видя, что на дорогу выходят знакомые дружинники, не раз вместе тренировались, тем более один был моим учителем по стрельбе из боевого лука, я не стал сопротивляться, те восприняли это с пониманием. Остановил Муромца, что был запряжён в сани, Ворон бежал привязанный позади, и вот так меня взяли. Особо денег при мне не было, так, кошель, полный серебра, да немного меди, сабли мои булатные, лук, пару сулиц, арбалет, ножи, кистень – вот, впрочем, и всё. Меня вернули в Москву, сопроводили сюда, где хмурый незнакомый дьяк разбойного дела записал мои данные, потом меня раздели, и вот в полночь, три часа назад, спустили сюда. Видимо, помариноваться, чтобы мозги прочистились, чтобы понял, кого кинуть пытался. А я и не пытался. Чтобы кидать, я должен был дать согласие, слово, что выполню поручение, а мне вручили приказ, написанный на грамотке, да сказали, чтобы шёл вон, вот и весь сказ. Я слово не давал, а значит, Василию ничего не должен. Только вот это мои отговорки, не думаю, что каты будут слушать их, а значит, единственный шанс – это побег. На дороге у меня было мало шансов, десяток лучников, два десятка воинов, рисковать не стал, а вот тут шансов всё же было побольше.

Жаль, побег не удался, однако я не считал, что что-то потерял с изменением положения. Я хотел свободы, я её получил, как бы это ни звучало сейчас в этой камере, но тут я имею в виду свободы от привязанностей и бизнеса, что держал меня как клещами. Конечно, я уходил путешествовать не летом, как хотел, а зимой, но главное, начать, а там разберусь. При продаже дел и подворий я оказался в огромном плюсе, всё с большой наценкой продал, а не за полцены, купцы же не знали, что я заказ от государства получил, я их в известность не ставил, общественности это тоже неизвестно, то-то они так радовались. Сколько пороги обивали моего дома, уговаривая продать, а тут сам согласился и после долгих торгов продал, купчие при видаках подписаны. Только вот сам побег не удался, с ним я всё же промахнулся, и причина в золоте, задержался у тайника непозволительно долго. Нужно было не дорогой уходить на Новгород, а замёрзшей рекой на другой берег. Хотя и там меня могли перехватить, власти Москвы неприятно быстро отреагировали на мои действия. Как только информация успела разойтись, чтобы разъезды во все стороны разослали? Я это понял, слушая разговоры дружинников, когда меня конвоировали обратно. Почти три сотни, разбив на малые отряды, отправили на мой перехват на мороз и начавшуюся пургу. А я думал, непогода мне поможет. Как же.

Про семью я пока не рассказал. Любаву я выдал замуж, как и обещал, за сына одного новгородского купца, дав в приданое оборудование для двух лесопилок вроде моих, и мастера новгородцев на моих лесопилках проходили практику, опыт получали. Сейчас обе лесопилки действуют у Великого Новгорода, принося хозяевам стабильный доход, они вроде расширяться