Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

Оба, белозубо улыбаясь, не скрываясь рассматривают нас из-под темных очков.

Руису это через минуту надоедает, и он направляется к парочке «зрителей». На выходе его останавливает охрана полигона и, судя по жестам, убедительно просит незапакованное оружие с территории не выносить. Руис отстегивает от пояса кобуру с револьвером, перебрасывает мне – убери, раз уж просят, – и идет знакомиться. Через некоторое время машет рукой, мол, двигай сюда. Массаракш, тренировку прерывать неохота, только получаться начало… с другой стороны, солнце шпарит уже так, что пора бы и в тенек. Ладно.

«Мадсен» убираю в баул, охранник ставит пломбу; вскидываю на загривок тяжеленную позвякивающую сумку и шагаю на выход.

– Давай помогу, – запоздало предлагает напарник.

Отмахиваюсь – ну его, при нашей разнице в росте проще самому тащить, быстрее выйдет.

– Лучше столик у Деметриоса закажи.

– Столик уже заказан, – вместо Руиса отвечает «Дон Кихот». – Надеюсь, вы не откажетесь отобедать с нами и решить кое-какие вопросы?

Мой английский достаточно хорош, чтобы уловить кой-какие нюансы. Оксбриджский[202] говор и нечастые для разговорной речи литературные обороты, товарищ либо натуральный «высоко летающий птиц», либо привык работать под аристократа. Отказаться – нет, можно, конечно, а смысл? Хрен бы с ним, с халявным обедом, но цапаться с серьезными деятелями на пустом месте, кому оно надо?

– Разумеется, – по-русски я еще мог бы попробовать общаться в манере недобитой большевиками знати, но по-английски нечего и пытаться, калибр слабоват. – Нам тоже кое-что любопытно понять, надеюсь, вы поможете.

В «Посейдоне» оружейный баул сдаем под охрану Андросу (он клятвенно заверяет, что из его хозяйства ничего пропасть не может) и усаживаемся все вчетвером в один из альковчиков. Деметриос обеспечивает на столе тунцовые стейки с рисом, непременный греческий салат, свежий белый хлеб и три графина – с пивом, вишневкой и холодной водой.

На правах старшего «Дон Кихот» представляется первым и называет имя спутника, ни разу лично меня этими именами не удивив. Саймон Толливер и Альберто Гарсия («просто Берт»), полевые исследователи флоры и частично фауны тропических и субтропических регионов (с большим трудом сохраняю каменную физиономию; нашлись, понимаешь, романтические жюльверновские первопроходцы, ради высокой науки лезут аж в иной мир, откуда возврата нет и не предвидится…), специально для путешествия, зная предварительные наметки по местным условиям, приобрели редкую модель джипа «Golden Eagle»* (а при переводе мы с этой пернатой твари обдерем все золото и законно обзовем «беркутом»[203]) окраски «аризонская пустыня»…

– Руис, а у тебя какая модель?

– Ручная сборка, – ответствует он, – запчасти выискивал по трем штатам, а после половину подгонял напильником и молотком. С трейлером примерно так же. И красил сам по трафарету.

Да если бы и в салоне: аризонскую пустыню от марсианской и вживую не всякий отличит, а уж в расцветке автомобиля…

– Позвольте вас заверить, господа, – Толливер переворачивает руки ладонями вверх, изображая искренность, вот только блекло-серые глаза его ни на градус теплее не становятся, – мы совершенно не в претензии, в создавшейся ситуации ни вашей вины, ни какого-либо умысла нет и быть не может. Но совпадение представляется мне настолько интересным, что я хотел бы сделать вам одно предложение, если наши планы на будущее могут иметь точки соприкосновения. Разрешите полюбопытствовать, как вы в данное время видите себе дальнейшую вашу жизнь в Новой Земле?

На сей экзистенциальный вопрос отвечаем честно: скрывать нечего, а предложение можно по крайней мере выслушать. «Санчо Панса», то бишь Берт Гарсия, широко улыбается; Толливер наклоняет голову.

– Благодарю за откровенность. Что вы скажете, если время от времени вам будет предложено поменять место временного пребывания?

Руис хмурится; я, кажется, намек понял, но все же…

– Можно подробнее?

– Скажем, вы нашли себе подработку в Порто-Франко, но потом получили весточку, быстро закрыли свои дела и при первой оказии отправились в Форт-Рейган, чтобы начать там с чистого листа. А через какое-то время по получении следующей весточки отправились в Нью-Одессу, где ведете себя в той же манере. Чем заниматься, на кого работать, каким путем отправляться – решаете сами, с нашей стороны ничего противозаконного не требуется. Таких подробностей, полагаю, достаточно?

– Наживка, – фыркает Руис.

Блекло-серый взгляд Толливера чист и безмятежен.

– Ловушка для дураков, – вспоминаю я киноклассику с Пьером Ришаром.

– Нечто в этом роде. Возможно. Итак, ваш ответ?

Переглядываемся. Там, за ленточкой, сразу ответил бы «нет», но здесь, не чуя почву под ногами… Как и у кого Толливер и Гарсия, прибывшие через несколько часов после нас, выяснили местные реалии – пес его знает, но они их себе представляют достаточно подробно, чтобы строить далекоидущие планы. Насколько хороши построения – другой вопрос, но завязаны-то на сии планы в принципе они, а не мы.

– Одно условие и один вопрос. Условие – в любой момент мы можем, получив весточку, сказать «нет» и просто заняться своими делами, как если бы нынешнего разговора не было. А вопрос – сколько?

Теперь переглядываются они. Гарсия чуть заметно двигает левым плечом, Толливер так же еле заметно наклоняет подбородок. Интересная система условных знаков.

– Тысячу плюс дорожные расходы.

– Каждому, причем по тысяче сверху за каждый новый переезд.

Берт Гарсия белозубо скалится.

– Влад, не зарывайтесь. Еще ничего не заработали, а уже набиваете цену.

Пожимаю плечами.

– Кому нужно, тот и платит.

Территория Ордена, база «Латинская Америка». Вторник, 11/03/21 17:50

После «торга», совмещенного с обедом, помогаю Руису с техникой – он успел подсмотреть, что на каждой первой здешней машине сделаны крепления под винтовки-автоматы, а у него ничего такого нет, непорядок. Слесарка плевая, инструмент есть, вдвоем управляемся минут за двадцать. Заодно, чтобы не выделяться, снимаем с джипа калифорнийские номера: в Новой Земле регистрацией транспортных средств, равно как и водительскими правами, не заморачиваются, тут хоть на велике, хоть на танке катайся, лишь бы имелся. Врежешься – сам виноват, со страховыми компаниями здесь тоже никак, твои сложности.

Имеет место и другой непорядок: сотовой связи здесь нет – вернее, есть, но исключительно «местная», в самых крупных и развитых городах, и в каждом изволь свою симку покупать, а междугороднее общение только по радиоканалу и за большие бабки. Слово «роуминг», очевидно, здешние деятели считают страшным ругательством. Или, что вероятнее, имеют какие-то свои причины для подобных ограничений… В общем, мобилки можно с чистой совестью выключить и пока спрятать подальше. Нам важнее другое: в большинстве здешних машин установлены рации, как у дальнобойщиков или таксистов – чтобы, если вдруг что, на перегоне между городами позвать на помощь и иметь шанс ее дождаться; у Руиса в джипе, разумеется, подобного нестандартного оборудования нет, стоит себе обычный дешевенький приемник с плеером,