Читать книгу - "Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов"

что их одежды в цветах моего Дома. Кай заметил меня первым, его лицо вытянулось, губы перестали шевелиться, оборвав фразу. Я ускорила бег из последних сил и почти врезалась в него, обхватывая руками. Кай обнял меня в ответ, а его взволнованное сердцебиение вторило моему. Вокруг зашептались, но слова разобрать не удалось, Кай нагнулся, и я уткнулась носом ему в шею, вдыхая знакомый запах его кожи. Ощутила его руки в моих растрёпанных волосах, он что-то едва слышно прошептал, оставляя ласковый поцелуй на моём лбу и скуле. Я позабыла, что вокруг вообще кто-то есть, когда лицо Кая оказалось напротив моего. Он пристально осмотрел меня, пока я наблюдала за его глазами и обеспокоенно изгибающимися бровями.

– Её нашла эриния. Она кружила над одним местом, а затем выдернула Кассию из-под песка, – кому-то ответила Веста, и я пришла в себя.

Ко мне подошёл Гипнос, как и его сын, внимательно оглядел моё лицо, словно мог увидеть нечто странное, и обнял с неменьшим волнением. Я ответила тем же, судорожно выпустив воздух из лёгких. При виде меня Гипнос почувствовал облегчение, но я не представляла, как рассказать ему о Танатосе и Пасифее и при этом не шокировать тем, что они были неподалёку все прошедшие тысячелетия.

Я нехотя отпустила Руфуса, среди мужчин из Дома Раздора был знакомый целитель Саяш. Ему рассказала, что красные глаза – это из-за песка, и он пообещал дать капли, которые помогут облегчить неприятные последствия.

Все умолкли, когда я подняла руки, демонстрируя наручи Фантаса.

– Ты их нашла, – улыбнулся Гипнос.

– Нашла. И не только их. Нам о многом нужно поговорить, но сперва покажите мне, как выглядит асфоделус.

– Оставь это, Кассия. Ты валишься с ног, цветок подождёт, – заверил Кай, продолжая держать меня за руку, будто я могла исчезнуть.

– Нет, мы поговорим как можно скорее. Я обещала им.

– Кому «им»? – с подозрением переспросил Морос, но я мотнула головой.

– Сначала цветок.

Гипнос нахмурился, но вытянул руки, медленно создавая асфоделус. Я ощупала его с открытыми, а потом с закрытыми глазами, понюхала и даже приложила кисточку с белыми цветами к щеке, запоминая ощущения. Бог сна видоизменил несколько растущих под ногами маков, предлагая мне не воссоздавать всё с нуля, а видоизменить уже существующие вокруг растения, он остался на коленях, обещая мне помочь. Я всё ещё была неумелой, но после прохождения многочисленных фантазий научилась доверять себе и Переправе, зная, что она поможет.

Я опустилась рядом с Гипносом на колени, упёрлась руками в землю и зарылась в неё пальцами, сжимая. Наручи на руках потеплели. Саяш говорил, что им требуется много этого цветка.

Я не спросила, сколько именно и есть ли вообще точное число, поэтому представила как можно больше. Все присутствующие замерли, наблюдая, как окружающие нас с Гипносом маки менялись, вытягивались, из красных становясь белыми. Я смотрела перед собой, не обращая внимания на шёпот окружающих, вспомнила, как сосредотачивалась, чтобы получить шары с воспоминаниями из рук Пасифеи. Создать цветы недостаточно, необходимо сделать их реальными.

Наручи нагрелись, стали обжигающе горячими, но я сдавила пальцами землю, представляя, что именно мне нужно. В голове запульсировало, звон в ушах нарастал до раздражающего писка, а следом я очнулась от удара плечом о землю. Это моментально вернуло меня в реальность, и я раскрыла глаза, неловко принимая сидячее положение.

– Тебе сказали, что этого достаточно, Кассия. Перестань.

Раньше Кай злился и приказывал, а сейчас просил с усталостью и беспокойством. Он аккуратно убрал пряди волос с моего лица и проверил температуру, ощупав взмокший лоб. Мне действительно стало жарче, но это просто наручи и переутомление. Кай помог встать на ноги, и я огляделась, невольно копируя шокированное выражение лица Весты.

Все видимые вокруг поля вместо маков были покрыты белыми асфоделусами. Те мерно раскачивались на слабом ветру. Я огляделась, пытаясь найти хоть одно красное маковое пятно, но их не было.

– Это даже слишком много, кириа, – неловко замялся Саяш.

– Тогда возьмите столько, сколько требуется. Они должны быть реальными.

Веста взяла один из цветков в руку. Я с недоумением уставилась на неё, когда дочь Гипноса сперва напряглась, брови сошлись на переносице, пока она пыталась прожечь цветок взглядом, а после её лицо вытянулось.

– Не выходит изменить их обратно на маки. Они настоящие, – то ли с ужасом, то ли с восхищением ответила она на мой немой вопрос.

– Они закончат собирать, и я всё верну, обещаю, – виновато улыбнулась я.

Всё-таки это земля Весты. Не стоило портить её маки. Она расслабленно отмахнулась, но пошла проверять ещё на нескольких цветках. Не зная, как помочь Саяшу, я создала для них реальные корзины для сбора растений. Целитель поблагодарил и передал их своим помощникам.

– А теперь поговорим о том, что случилось и кого я встретила, – обратилась я к Гипносу и остальным. – Можем мы где-нибудь сесть? У меня кружится голова, а разговор выйдет длинным.

Они засуетились. Кай прижал меня к себе, помогая пройти за дом. Морос и Гипнос подготовили стол, который служил местом для отдыха и пикников, а Веста принялась создавать еду. Я попросила её не слишком стараться и шумно вздохнула, наконец сев на стул. Стянула с рук наручи, а те тут же исчезли, как только я положила их на стол.

– Всё в порядке, они – часть твоих способностей, и ты сможешь призвать их в любой момент, – заверил Гипнос, когда я нервно ощупала столешницу, боясь, что потеряла артефакт.

Поверив ему на слово, я выпила целых два стакана воды, ощущая разрастающуюся жажду. Все расселись, и я начала объяснение с набросившихся на меня ониров и зыбучих песков, утянувших куда-то вглубь. Опустила воспоминание обо мне и Кае, внезапно не желая узнавать, насколько выдумана была та фантазия, но детально припомнила пейзажи и девушку в красном со странным ребёнком по имени Илья, а затем двух мужчин в окружении восточных светильников. Описала стеклянных птиц и железные цветы. Мой голос задрожал, пока я попыталась описать то, что Танатос назвал «изнанкой», а прежде чем приступить к упоминанию об их родных, я попросила создать мне полный кубок вина, потому что сомневалась, что смогу описать увиденное и не расплакаться.

Никто не перебивал и не задавал вопросов, лишь рука Кая сжала мою при рассказе о Сирше. Лица богов-братьев, слушающих про Танатоса, Пасифею и детей Гипноса, помрачнели. Сердце нервно забилось, когда они перестали моргать, в упор глядя на меня. Я не была уверена, что означает эта перемена, но их гнев и горе были почти осязаемыми. Знала, что они чувствуют отчаяние. Бессилие. Несмотря на выпитый кубок вина, я заикалась,