Читать книгу - "Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик"

- Нашим солдатикам такая похлёбка тоже нравиться, - вроде разобрал Борис Прокопьевич, что я пыталась ему втолковать. - Правда в зиму хрен не получается сохранить и вкус уже выходит не тот.

«Так вот какой ингредиент придаёт такой необычный привкус! - осенило меня. - Сроду бы не догадалась сама».

Стала накидывать в голове несколько идей по сохранению такого замечательного овоща, который является ближайшим родственником брокколи, васаби, горчицы и редиса. Пришла к умозаключению, что самым лучшим и приемлемым способом в этих условиях будет сушка небольшими кусочками или пластинками. Именно такие добавляются в похлёбку в небольшом количестве только в свежем виде.

Окинула взглядом корзину с корешками, которая стояла чуть в стороне от рабочего места повара. Их ещё в ней много. Если всё перечистить и порезать на мелкие кусочки, то вполне себе можно сделать запас на зиму. Много его не требуется для готовки, он больше идёт как приправа.

Не заметила я в готовых блюдах и привычной зелени, хотя лук среди овощей имеется.

«Не уже ли нет укропа, петрушки и обычного батуна?»

Начала накидывать план похода в деревню, что располагалась вблизи крепости. На самом деле деревенькой эти несколько домов можно было назвать с большой натяжкой, но помню как нам рассказывали, что раньше как таковых больших поселений при освоении новых земель совсем не было. Обычно селились хутором или несколькими дворами на отведённых наделах. Стычки с коренным населением и кочевниками продолжались очень долго, со временем они сошли на нет. Но люди всё равно рисковали и ради куска земли и плодородных земель продвигались всё дальше и дальше на восток, в плоть да самого Тихого океана.

Если я верно прикинула период в который попала, то уже должно было существовать особое сословие крестьянства в Российской империи - казённые крестьяне. Они были лично свободными, в отличие от помещичьих крестьян, но я надеялась больше на то, что являюсь свободной. Крепостное право отменят лишь во время реформы 1861 года, когда в Петербурге Александр II подпишет об этом манифест.

"Не могли ведь крепостные добраться от самого Дона в Сибирь и поселиться так свободно на новых землях?" - терзали сомнения, которые постаралась отогнать.

В срочном порядке нужно решить вопрос со своим имуществом. Остаться в одной тоненькой льняной рубахе мне совсем не хотелось. Холода не за горами, поэтому о себе позаботиться нужно. Хотя вопрос с наследством так же пока не понятен. Не всё так просто с ним было на Руси.

- Чего это ты удумала, Мария? Это горький овощ, лучше возьми морковь. Она сочная и сладкая, - попытался отговорить меня от чистки хрена дядька.

Попыталась знаками показать, что на самом деле хочу сделать. На это ушло у меня немало сил, но когда повар понял мою задумку, то сам с радостью присоединился.

За работой подошёл хлеб. Большие буханки ржаного ноздреватого хлеба были разложены на столе и прикрыты чистым полотном. Вообще обратила внимание, что местный повар блюдёт чистоту и периодически моет руки в бадейке, регулярно меняя воду. Сам имеет опрятный вид и коротко стриженные ногти. При ближайшем рассмотрении заметила ещё большее количество морщин и так с ходу не смогла определить его возраст.

- Держи горбушку, - вручил мне в руки приличный ломоть и кружку с молоком. - Ешь, давай, - ласково погладил по голове. - Мои сынки очень уважали горячий хлеб с молоком, когда мамка его пекла или шанежки с творогом, - вздохнул тяжело и смахнул набежавшую слезу.

«Наверное, с семьёй этого мужчины что-то случилось страшное раз так болит душа об одних только воспоминаниях о родных», - пришло на ум и я отложила угощение и подошла к нему и крепко обняла в знак поддержки.

- Ладно, чего уж там, - приобнял, а затем отстранил от себя. - То быльём давно поросло и отболело. Ешь и будем твою задумку проверять.

Пока чистили остатки хрена и мельчили его для сушки Борис Прокопьевич рассказал много интересного и занятного. Многие факты не укладывались в моей голове, а о некоторых читала.

- Выехали мы тогда из Ямышевской крепости ранней весной, снег ещё не везде сошёл и ночами так подмораживало, что поутру лужи все вымерзали до суха. Одно хорошо - грязи не было, - вздохнул тяжело и замолчал ненадолго, погружаясь в воспоминания.

Я не мешала мужчине и продолжала усердно измельчать хрен. Иногда приходилось утирать слёзы, но не каждый корешок был настолько ядрёным. Стоило только обмыть нож и корень, а потом можно продолжить работу.

- Ту зиму не пережила большая часть людей. Джунгары отбили большой табун лошадей, и перехватывали обозы с провизией и подкреплением. Мёрли от голода и болезней, надеялись на помощь, но она так и не подоспела. Страшное время было и как выжил - сам не понимаю. Молод был, пацанёнком несмышлёным совсем, но полон сил. А ещё шибко хотел жить, - продолжил свой рассказ.

Дальше услышала о том, как Иван Дмитриевич Бухгольц собрал остатки выживших людей, провиант, военные припасы. Люди разобрали казармы и укрепления, всё что можно было загрузить и вывезти забрали и отправились вниз по течению Иртыша в Тобольск. Дорога была сложной, так как большинство людей было ослаблено голодом и болезнями. На реке Оми заканчивались владения джунгар, поэтому они не стали преследовать остатки экспедиции и даже освободили из плена священника и бывшего при казне комиссара.

- До Тобольска мы так и не дошли, сил просто не было. Да и приказ императора мы не выполнили. Генерал-майор шибко переживал по этому поводу, поэтому как только было получено разрешение местного князя Гагарина на воздвижение крепости, так сразу и приступили.

В голове моей рисовались красочные картинки всех тягот и лишений, которые довелось пережить Борису Прокопьевичу. Рассказчиком он оказался интересным и эмоциональным. Его настроение передавалось и мне, поэтому на пару мы горевали о его погибших товарищах, утирали скупые слёзы и радовались малым победам. Тёплый ветерок обдувал наши лица и сушил остатки печали. В моём лице старый повар нашёл благодарного слушателя.

- Нам повезло ещё, что для пополнения полков прислали несколькими партиями рекрутов, - продолжил уже чуть веселее свой рассказ. - С новыми силами Омскую крепость возвели быстро. Все укрепления закладывались на века и со знанием дела. Иван Дмитриевич шибко торопился с возведением бастионов на крутом берегу Оми, правда почти по завершении строительства, пришлось добавить ещё одну батарею. Вот получилось всего на юго-западном бастионе крепости три