Читать книгу - "Королеву играет свита - Светлана Успенская"

Нет, Кате здесь не нравилось. Память у нее была хорошая, для учебы ей нужно было совсем немного времени, и потому основным ее занятием стала светская жизнь.

«Режиссер должен хорошо знать людей», — говорила она и сама верила в то, что исследует жизнь.

Однажды после стипендии она решила шикануть и прокатиться на такси до общежития. Машина с зеленым огоньком притормозила на обочине, как только девушка махнула рукой. На переднем сиденье возвышался офицер в военной форме с погонами, кажется (Катя в этом не очень хорошо разбиралась), капитана.

По дороге выяснилось, что капитан этот служит на Колыме и в Новосибирске остановился проездом, чтобы осмотреть город. Завтра он улетает в Афганистан выполнять свой интернациональный долг и там, скорее всего, погибнет.

Не согласится ли приятная девушка показать ему напоследок столицу Сибири?

Катя была не против. Ей стало жалко капитана. Погибнуть во цвете лет в горах возле Кандагара — это так грустно!

Капитан галантно заплатил за нее по счетчику, проводил до дверей общежития и даже с гусарской обходительностью поцеловал руку, поддерживая замерзшую девчачью лапку своей татуированной до синевы клешней.

Договорились встретиться на следующий день. Несколько часов новые знакомые честно бродили по городу, пока Катя совсем не замерзла в своем тоненьком пальтишке, не предназначенном для сибирских морозов. Ее кавалер предложил погреться в ресторане.

В ресторане капитан Витя заказывал самые дорогие блюда, кормил Катю икрой с ложечки, обещал замолвить за нее словечко знакомому директору театра, которому позарез нужен был театральный режиссер на Колыме. Вскоре он совсем осоловел и стал на нее наваливаться плечом, предлагая свои руку и сердце.

Катя слабо выдиралась, твердя, что ей уже пора.

— Ну, сколько тебе нужно? — сипел капитан, опаляя ее тяжелым водочным запахом. — Мне для красивой женщины ничего не жалко!

Он подозвал официанта, заказал ему двадцать красных роз, по числу Катиных лет, и небрежно бросил на стол две желтоватые сотни.

— Красные розы? — изумился официант. — Где я их возьму? Сейчас декабрь.

И потом, мы через час закрываемся.

Тогда капитан Витя выложил сверху еще одну сотню с портретом Ленина и выразительно посмотрел на него.

Через полчаса тревожно-алые розы шевелились у Кати в руках, слабо дыша тонким морозным ароматом. Оказалось, что официант отправился на такси к знакомому армянину, торговцу цветами с Центрального рынка, и тот быстро организовал ему букет.

Капитан Витя заказал еще черной икры и опять принялся щупать под столом коленки девушки. Потом он предложил поехать к нему в гостиницу пить шампанское.

Катя испуганно отказывалась, размышляя, как бы ей половчей сбежать.

Потом капитан пообещал ей свою любовь, счастье и красивую натуральную шубу из мехового ателье. Катя думала, что это пьяный треп, и не верила. Однако обиженный ее сомнениями кавалер выудил из кармана пачку сотенных купюр, аккуратно перевязанную черной резинкой для волос, и тут же отсчитал две тысячи целковых прямо на колени девушке.

Чуть не плача от испуга. Катя отталкивала его руку и затравленно оглядывалась, ища помощи. Тогда капитан насильно сунул ей деньги в сумочку и силком потащил из ресторана. Катя упиралась, не шла, пыталась плакать, а официанты смотрели на нее насмешливо, свысока.

По дороге в гардероб капитан Витя поклялся своей офицерской честью, что в гостинице он ее и пальцем не тронет, и на коленях умолял не оставлять его одного. Отогнув полу шинели, он продемонстрировал девушке табельный пистолет и обещал непременно застрелиться, если она его покинет. Катя не видела способа отвязаться от назойливого ухажера и потому для вида согласилась на гостиницу.

Ей было прекрасно известно, что в такое позднее время швейцар ни за что не пустит посетительницу в номер, и надеялась, что этим все и закончится.

В гардеробе, галантно подав даме пальто, Витя натянул на себя длиннополую шинель с дырой в боку, обведенной черной каймой.

— А, это бандитский нож, — объяснил он, заметив Катин испуганный взгляд. — Женщину защищал от подонков.

В такси на заднем сиденье капитан Витя опять щупал ее стылые коленки своей татуированной пятерней.

Когда любезно скалившийся швейцар впустил их в гостиницу, даже не спрашивая, по какому такому поводу в столь позднее время здесь случилась барышня, только тогда Катя заволновалась по-настоящему. Дежурная по этажу тоже была на диво предупредительна и без звука выдала ключи от номера, лишь любопытно зыркнув в сторону Кати. Очевидно, она была хорошо осведомлена о нравах щедрого постояльца…

Капитан обитал в номере для иностранцев, окруженный невиданной роскошью, — там были цветной телевизор и мягкая мебель.

Запершись в ванной. Катя долго мыла руки, с тоской размышляя, как бы половчей сбежать, а за дверью в сексуальном нетерпении уже бился пылкий капитан.

Мысль о двух тысячах в сумочке не давала ей покоя. Это были гигантские деньги! За красивые глаза такие суммы никому не дают. За что он дал ей их? За одну ночь? Это слишком много, тем более что она и не собирается проводить с ним эту ночь. Капитан казался ей ужасно противным — наглым, приставучим, грубым. А вдруг он скоро одумается и отнимет у нее деньги?

— Иду, иду! — крикнула девушка нетерпеливому ухажеру и неохотно открыла дверь.

При виде ее капитан мгновенно забыл про офицерскую честь и про клятвы не трогать девушку без ее согласия и немедленно полез в блузку. Катя слабо отталкивала его руки, не зная, что предпринять. Швырнуть в лицо деньги и сбежать? Или стукнуть по голове бутылкой от шампанского?

— Ну что ты, а? — хмелея от девичьей сладкой близости, бормотал Витя. — Я же завтра в Афган лечу… Ну давай, ну?

Стук в дверь занятая диванной борьбой парочка поначалу не расслышала.

— Кто там? — досадливо крикнул капитан, убирая свои клешни, а Катя, слизывая с губ нечаянные слезы, тем временем пыталась застегнуть кофточку. У нее ничего не получалось — пуговицы были с мясом вырваны страстным поклонником.

— Шампанское из ресторана, как заказывали, — проговорил приветливый голос, а потом добавил уже менее приветливо:

— Открывайте!

Но капитан Витя отчего-то открывать не стал, а, наоборот, стал шарить руками по дивану в поисках кобуры.

Выбитая дверь с сухим треском рухнула на пол, и в номер ввалились люди с оружием наготове. Катя завизжала, закрыв глаза от ужаса. Через пять секунд, когда пыль рассеялась и грохот стих, капитан Витя оказался лежащим лицом вниз на полу с заломленными за спину руками.

В номер, аккуратно перешагнув через выбитую дверь, вошел невысокий человек в штатском. Он опустился на корточки возле капитана, приподнял его голову за волосы и широко осклабился.

— А, Корень! — довольно усмехнулся он. — Привет" Корень. Что ж на этот раз ты так далеко забрался, а?