Читать книгу - "Агент тьмы - Майк Омер"

Кто-то схватил меня за голову и задрал лицо вверх.

– Пей, моя милая сестричка, – раздался мягкий голос Абеллио.

Внезапно меня окатило холодной водой. Вода лилась на мешок на голове. Я закашлялась и отплевывалась, затем вдохнула…

Воздуха не было. Мешковина пропиталась водой и при попытке вдохнуть прилипла ко рту и ноздрям. Горло сжал спазм, тело задергалось. Воздуха. Воздуха. Отчаянно пытаясь сделать хоть один вдох, я билась в конвульсиях. И тут на меня обрушился еще один поток воды.

Кто-то кричал, всхлипывал, умолял. И этим «кем-то» была я. Я пыталась остановить их из последних сил, теряя самообладание.

Уил Брок – Двор Ужаса. Черепа под водой, крики на берегу реки. Утопленник.

Вода перестала литься, я задыхалась, мешковина прилипла к лицу. Легкие горели, мир исчезал, смех вокруг становился всё громче…

Кто-то отлепил мешковину от моего рта, оставив ее прижатой к носу и глазам. Я отчаянно вдохнула, испытывая облегчение. Один вдох. Два. Три.

Мешок снова прилип ко рту. Опять вода. Я забилась в рыданиях. Нет воздуха. Нет воздуха. Утопленники. Утопленник – это я.

Я не знала, как долго это продолжалось. Мне казалось, что часы, но, возможно, минуты. Лить воду, дать мне задохнуться, затем позволить сделать несколько отчаянных вдохов, и снова, и снова…

Наконец, когда рот освободился от мешка, я услышала над ухом горячий шепот. Глубокий мягкий голос брата:

– Извинись за то, что поцарапала меня.

– Прости меня, – выдохнула я. – Прости, что поцарапала тебя.

– Умоляй меня о прощении.

Нет. Ни за что… Когда освобожусь, предам его мучительной смерти.

Почувствовав, как мокрая мешковина снова липнет к лицу, я непроизвольно задрыгала ногами.

– Пожалуйста, прости меня! – крикнула я.

Смех четырех мужчин эхом разнесся по комнате.

– Гляньте, как прилипла ее одежда, – заметил кто-то. Его голос звучал грубо, словно скрежет камней друг о друга. – Мы могли бы взять ее. Сейчас. По очереди.

Смех почти мгновенно прекратился, и в комнате повисло тягостное молчание.

– В крепости короля? – наконец произнес один из них – кажется, Абеллио. – Тебе что, жить надоело?

В ответ раздался тихий натужный смешок, сдавленный от страха:

– Да я пошутил, разумеется. Я бы не притронулся к пикси. Даже… да никогда. Я бы никогда этого не сделал.

Шли секунды. Я сделала вдох и выдох. Я убью его. Убью эту мразь, отниму его жизнь медленно и мучительно.

Роан. Ты там?

– Отведите ее обратно в камеру. – В голосе Абеллио теперь не было веселья. – Я получил от нее то, что хотел.

Меня впихнули в камеру, так и не развязав руки. Сорвали мешок и толкнули. Я рухнула на пол, ударившись головой. Мир погас.

Глава 29

Не знаю, сколько времени у меня ушло на то, чтобы освободиться от веревок, но я дважды успела поспать, и дважды охранники приносили хлеб. Сидя на корточках, я грызла его со связанными за спиной руками. Меня больше не волновало, как я пахну или как выгляжу. Сейчас единственная цель – выжить. Если выживу, то смогу отомстить. Попытаюсь спасти Роана, если только…

Я прогнала мрачные мысли прочь. Нельзя думать, что он погиб. Нужно цепляться за веру в то, что он жив.

Шли часы, и с помощью ручки Абеллио я постепенно развязывала узел. Плечи болели. Наконец я смогла высвободить руки, ободрав лоскут кожи о грубую веревку. Мне было плохо: избитая, изможденная… Без доступа к человеческому страху я восстанавливалась очень медленно.

Границы времени начали размываться. В постоянной темноте я не представляла, как долго уже пробыла в камере. Пыталась подсчитать, сколько раз засыпала, но в конце концов сбилась. Сознание туманилось от голода и слабости. Иногда перед сном тело горело, как в лихорадке, хотя кожа была на ощупь холодной. Я дрожала, лежа на полу, и пыталась ощутить присутствие Роана. Потом лихорадка проходила, а ощущение изоляции – нет. Связи с Роаном не было.

Со временем ко мне стали приходить гости. Первой оказалась Скарлетт. Сначала разговор тек весело и непринужденно, мы вспомнили, как она по ошибке отправила непристойную эсэмэску своему профессору, но настроение быстро изменилось. Она начала ругать меня за решение остаться в Лондоне – разумеется, ничего хорошего из этого не вышло! И о чем я только думала?

Еще не успев понять, что происходит, я обнаружила, что кричу на нее, а по щекам текут слезы. А потом она снова исчезла в темноте, словно призрак.

За Скарлетт возник Габриэль с кровоточащей шеей и вытаращенными глазами. Я умоляла его о прощении, но он ничего не сказал. Однако больше всего меня выбил из колеи визит родителей. Они просто молчали и осуждающе смотрели, как я пла́чу. Потом появился Роан – раненый, в кандалах, истекающий кровью; его глаза горели золотом, на голове сверкали рога. Я говорила за нас обоих, меля всякий вздор о пламени в груди; о том, как мне необходимо почувствовать, как оно разгорится снова; как мне нужно вдохнуть запах кожи Роана, почувствовать, как бьется его сердце под моей ладонью… Я уверяла его, что мы созданы друг для друга, что я хочу переплести наши тела, словно корни двух соседних ив. Роан ничего не ответил.

А потом все гости ушли, оставив меня в темноте в компании с ручкой Абеллио. Я взяла ее и начала медленно царапать и ковырять каменную стену. Я обнаружила в грязном цементном растворе между каменными блоками маленькую дырочку и ухитрилась расширить ее, покрутив в ней ручкой и царапая там снова и снова. Ободранные о блоки пальцы болели. Через некоторое время я проделала в растворе вмятину глубиной в полдюйма – достаточно широкую, чтобы в нее можно было просунуть палец. Через несколько месяцев я вырою такой глубокий туннель, что мой палец сбежит через него на свободу…

Я истерически – до слез – расхохоталась от этой мысли, потом еще немного похихикала. Когда в гости пришла Скарлетт, я рассказала ей шутку про побег пальца, и мы обе рассмеялись.

Еды не хватало, но я придумала, как улучшить свое положение. Каждый раз, получая хлебную пайку, клала кусочек на пол и ждала, замерев. Иногда Габриэль начинал говорить, предлагая мне что-нибудь вкусненькое, но я каждый раз шикала на него. Важно оставаться неподвижной, как камень. Когда появлялась крыса, я хватала ее и била об стену. Тогда я стала добавлять в рацион немного мяса. Иногда я пыталась рыть туннели с помощью крысиных костей, но они слишком легко ломались. Ручка Абеллио подходила лучше.

Меня мучили сны. Не потому,