Читать книгу - "Сделаем Испанию снова великой! - Weirdlock"

колей и так далее). План предусматривал также развитие промышленного производства (строительство мануфактур, фабрик, арсеналов, мастерских и других промышленных объектов).

План предусматривал развитие сельского хозяйства (строительство различных гидротехнических сооружений для ирригации, распашку пустотных земель под сельскохозяйственные угодья, строительство пасек, плантаций и так далее).

В общем, план был просто монструозный и был крайне амбициозным. Денег Артёму было не жалко. Не жалко потому, что у него их было с избытком. Не то чтобы Испания была самой богатой страной в Европе. Нет, она была одной из самых нищих стран Европы, особенно на фоне Великобритании и Нидерландов, промышленно развитых стран.

Просто Испания располагала теперь просто чудовищными колониальными владениями. Присоединив французские колонии и создав новые, Испанская империя значительно увеличилась в своих размерах. И не только расширилась в своих размерах, но ещё и экономически процветала. Теперь Испания была практически монополистом в деле производства сахара, красителей, кофе, табака и других очень прибыльных колониальных товаров.

Плантации в колониях росли, словно на дрожжах. В колониях, словно на дрожжах, росла и горная добыча, особенно в Мексике. Потому, что активно растущей испанской экономике нужны были драгоценные металлы в просто безумных количествах. Особенно после монетарной реформ Артёма.

Испания активно развивала в своих колониях меховую торговлю, жемчужные промыслы, крабовые промыслы, китобойные промыслы и прочие промыслы, вырубку драгоценной древесины. В общем, колонии активно развивались экономически, и экономическая связь их с метрополией, Испанией, довольно быстро росла, как следствие экономического её роста, а также, что более важно, её промышленного роста.

Быстро росло производство торговых судов и в колониях, и в метрополии, отвечая, как не трудно догадаться, потребностям быстро растущей торговли. Вот отсюда, собственно, деньги у Артёма и взялись — росли доходы от национальных монополий на многочисленные колониальные товары, росли налоговые и неналоговые доходы колоний и самой метрополии.

Артём просто реинвестировал всё это обратно в экономику. То, что, вообще-то, уже делали его предшественники, прежние короли из династии Бурбонов. Он ничего нового в этом плане не придумал. Однако, естественно, подобный быстрый рост Испанской империи, её экономической и военной мощи, её агрессивное расширение, не могло нравиться другим колониальным державам…

Глава 21. Экспансия в Африке

К сожалению, Великобритания с этим поделать ничего особенно не могла. Не то чтобы Испания была слишком сильна сама по себе для Великобритании, но было совершенно очевидно, что Великобритания будет сама по себе.

Испанию, и без того достаточно сильную, тем временем, поддержали бы Франция, Португалия, ряд итальянских владений Бурбонов, а также США.

Не то чтобы США было лучшим другом Испании и её союзником, но будем честны — они бы не преминули возможностью захватить Канаду, ещё и при поддержке французов с испанцами.

Это прекрасно понимали и в Великобритании. Как результат, между державами сохранялся хрупкий мир. Великобритания только и ждала, что шанса ударить по Испании в её момент слабости.

Испания, тем временем, свою агрессивную политику по внешней экспансии даже и не думала прекращать. Вот несколько векторов расширения испанской империи и её зоны влияния:

Первый вектор — Итальянский. В этот момент в Италии было несколько государств, находившихся под управлением династии Бурбонов. Это, собственно говоря, Королевство Сицилии и Королевство Неаполя (под управлением одного человека — Фердинанда Неаполитанского) и Герцогство Пармское (под управлением Фердинанда Пармского).

Что делал Артём в отношении этих территорий? В принципе, ничего особенного. Он не собирался раздражать Австрию присоединением этих территорий к своей державе.

С 1789 года Артём стал оказывать сначала единолично, а затем, с 1792 года, совместно с Францией, дипломатическое давление на эти государства. Не затем, чтобы присоединить их к своей империи, разумеется.

Преимущественно, Артём просто посылал в эти державы талантливых и верных ему министров. Затем, чтобы они оказывали «помощь» его правящим родственникам.

В этом плане, конечно, ему приходилось бороться с влиянием австрийцев и, внезапно, папы римского. В этом он был не слишком успешен, так как его сторонники выступали за активное проведение политических и экономических реформ по образцу тех, что были предприняты в Испании и Франции, в отличие от вышеуказанных сторон.

Тем не менее, сторонники Артёма сумели произвести некоторые реформы — частичная аграрная реформа, ликвидация внутренних таможенных барьеров, улучшение инфраструктуры, обновление и расширение административного аппарата.

Реформы армии и флота, начало дискуссий о введении Конституции по образцу испанской или французской в данных государствах, а также прочие мероприятия по модернизации этих стран.

Если так задуматься, Артём и его сторонники сделали для этих стран достаточно много. Однако, разумеется, произошло это не без уплаты соответствующей цены Артёмом.

Что касается Фердинанда Неаполитанского, то Артёму поддержал его предложение о слиянии обоих его королевств в единое государство — Королевство Обеих Сицилий. Последнее и было создано в 1792 году.

Что касается Фердинанда Пармского, то Артём поддержал его претензии на ряд владений в Италии, преимущественно довольно мелких. Гораздо более важной уступкой было назначение Фердинанду Пармскому субсидии.

Что касается того, что Артём достиг в 1792 году, то он добился вступления герцогства Пармского и Королевства Обеих Сицилий в единое экономическое пространство с Испанией и Францией.

Второй вектор испанской экспансии — Северная Африка. Ранее Артём уже завоевал Алжир, удержал и даже укрепил Оран после произошедшего на его территории сокрушительного землетрясения.

Это землетрясение, в свою очередь, позволило ему ввести подоходный налог и обновить фортификации всех испанских владений в Северной Африке.

Вступив во властвование, Артём продолжил завоевание Алжира. Ещё в 1775 году, спасаясь от расправы со стороны янычарского корпуса, дей Алжира присягнул на верность Малику Испании (то есть, Артёму).

Будучи марионеткой Мадрида, он действовал по указке из Мадрида. Послушание для него было единственной опцией, так как испанский гарнизон всегда был готов напомнить ему, кто тут реальный хозяин.

И с самого 1775 года, действуя от лица дея Алжира, испанцы постепенно расширяли своё влияние в Алжире. Процесс этот, впрочем, был очень медленным, так как в Испании никогда не оценивали Алжир.

Артём всё изменил. Ранее уже упоминалось, но он значительно расширил фортификации столицы Алжира — Алжира. Вместе с ростом фортификаций значительно вырос и испанский гарнизон — в 1792 году он состоял из 5 тысяч человек.

Значительное расширение фортификаций испытал на себе и Оран. Ровно также он испытал на себе и значительный рост испанского гарнизон — последний был увеличен к 1792 году до 3 тысяч человек.

Оба города, помимо роста фортификаций, испытали на себе и рост деловой активности. Оба города сильно выиграли от дарованной им частичной автономии. Оба города также