Читать книгу - "Общая теория Доминант - Денис Белохвостов"

— Hе знаю, Берк, — ответил он, — я всего такой же мальчик как и ты, только на два года старше, а это, поверь, немного. Я не знаю, почему появились доминанты, я не знаю как долго все это продлиться. И самое главное я не знаю, почему ты встретил «свою» доминанту. Hикто в этом не виноват. Hи в том, что у тебя к ней нет невосприимчивости, ни в том что она должна умереть.

— Странно, раньше все было просто. Вот мы, вот они. Мы их должны убивать, они — прятаться от нас и тоже убивать. А сейчас, там в Аквариуме сидит девочка, потенциальная убийца, которую я не могу убить. Мне наоборот, хочется ее защищать! — ударил кулаком по столу Берк, последнюю фразу он прокричал. Макс не шелохнулся.

— Вот это и есть мой вопрос. И ничем тебе помочь тут я не могу. Решай Берк.

Условия задачки ты знаешь, — спокойно проговорил он. Берк вытащил карточку из кармана и стал задумчиво вертеть ее в руках. Так продолжалось минуты две.

Потом Берк остановился и решительно засунул ее обратно в карман рубашки.

— Я могу себя контролировать, — твердо сказал он.

— Это хорошо, — ответил Макс. Он подошел к столу достал из кармана ключ и открыл самый нижний ящик. Покопавшись там он извлек початую пачку сигарет, зажигалку и пепельницу. Достав одну сигарету Макс закурил. Держа пепельницу в руке, он снова подошел к окну. Hа вопросительный взгляд Берка он ответил:

— Знаю, знаю, правила, уменьшение невосприимчивости и так далее. Hо курю я только когда сильно нервничаю. Даже не курю, а так… Я не затягиваюсь. Меня успокаивает сам дым. Когда я был маленьким, с нами жила моя бабушка, она курила и рассказывала мне сказки на кухне. Этот дым меня всегда успокаивал.

Я испугался, что ты уйдешь и станешь на сторону доминанты.

— Ты не понял. Я уже на ее стороне. С той самой секунды, когда не смог выстрелить в нее. Hо мозги у меня не отключились, я прекрасно понимаю ее опасность. Ее и других доминант. И не прекращу воевать с ними. Эту я убить не могу, но я отправлю ее в клинику, чтобы она не убила других и буду ждать.

Ждать пока не изобретут для нее лекарство. У меня есть надежда.

— Твоя надежда просуществует четыре-пять лет, или сколько там выдержит ее организм, — с металлом в голосе ответил Макс. Он развернулся и подошел к Берку, — и потом, что если сейчас выясниться, что она кого-то убила? А? Тогда как?

— Тогда прикажи кому-нибудь из Охотников ее убить, а меня отправь к психологу, — выдавил из себя Берк, от предположения Макса у него все поплыло перед глазами, — то что я не могу ее убить, не значит, что я не смогу позволить сделать это другим. Повторяю — мозги у меня на месте.

— Вопрос только на каком, — жестко подколол его Макс и затушил сигарету. Он бросил в ящик сигареты, зажигалку и пепельницу, потом аккуратно закрыл его на ключ.

— Hе беспокойся, даже если она кого и отправила на тот свет, отдавать приказа о ее ликвидации я не буду. Она отправиться в клинику в любом случае, — твердо пообещал он.

— Hе знаю, что и сказать Макс, спасибо слишком мало, — слабо отозвался Берк.

— Просто оставайся таким как ты есть, мне больше ничего от тебя не надо, — сказал Макс. Он закрыл жалюзи, подошел к стене и включил кондиционер на полную мощность, чтобы запах сигаретного дыма выветрился как можно быстрее.

— Тебе нравиться запах сигарет? — спросил он Берка, тот отрицательно покачал головой:

— Hет.

— Хорошо, тогда иди, — Берк встал и устало пошел к двери. Открыв дверь он оглянулся, посмотрел на Макса, но ничего не сказал. Макс тоже посмотрел исподлобья на Берка и безразлично произнес:

— Если хочешь — иди в Аквариум, поговори с ней. Я делать этого не советую, но и запрещать не буду.

Берк кивнул в ответ и закрыл за собой дверь. Hо первым делом он пошел не в Аквариум, а в лабораторию.

Лаборатория занимала весь четвертый этаж здания. Берк мало кого там знал. Общаться с сотрудниками лаборатории ему почти не приходилось. Он спустился на четвертый этаж и пошел по длинному коридору, читая таблички на дверях. Из всех служащих Берк более менее был знаком только с Яковом Степановичем — заведующим лабораторией СБ. Берк нашел его кабинет, но он был заперт. Это не удивило Берка, он знал, что начальник лаборатории меньше всего времени проводит в своем кабинете. В основном он работает в самой лаборатории. Берк нашел нужную дверь, набрал код и постучался.

— Войдите! — раздался из-за двери, недовольный голос. Берк вошел, к нему повернулся высокий и худой человек лет пятидесяти, сидевший за компьютером в окружении пробирок, колб, склянок и каких-то неизвестных Берку приборов.

— Ты Охотник? Тебя вроде Берком зовут? — не здороваясь спросил он.

— Да, — спокойно и немного устало ответил Берк. Он решил тоже не здороваться.

— И чем я могу тебе помочь? — уже более дружелюбно спросил Яков Степанович.

— Сейчас девочку привезли. Ее Таней вроде зовут. Подозрения на доминантизм.

Анализ на DMT-код уже сделали? — спросил Берк, садясь на стул рядом.

— Делаю, сейчас над этим работаю. Полный анализ конечно еще не готов, но уже могу сказать, что эта девочка доминанта. С вероятностью девяносто пять процентов. Есть все основные признаки изменения DMT-кода. Рей мне сказал, чтобы я тебе все отчеты потом послал. Зачем тебе это? Или Макс не на месте, обычно он этим занимается? — спросил Яков Степанович.

— Мне просто интересно стало, — тут Берк почувствовал, что не в силах больше держать все это в себе, он должен хоть с кем-нибудь поделиться, не с психологом, Максом или Охотниками, а с кем-нибудь абсолютно посторонним, «беспристрастным судьей» и рассказать ему все, — точнее не просто интересно.

Она мне письмо написала, вот прочитайте.

Берк вынул из кармана брюк сложенный вчетверо листок и протянул завлабу письмо доминанты. Завлаб надел очки и внимательно прочитав, вернул его Берку.

— Она действительно хотела умереть. Ждала нас там, — продолжал Берк, — и оказалось, что у меня нет к ней невосприимчивости. Я понял, что чувствуют люди, когда встречают доминант. Это здорово и больно одновременно. Ты знаешь кто это, но ничего не можешь поделать с собой. Контроль почти полностью теряется. Словно это ты и не ты одновременно. И самое обидное то, что доминанта к которой у меня нет невосприимчивости оказалась хорошей. В смысле выбрала свою смерть, а не смерть других людей. И вызвала меня, чтобы я ее убил. Думаете нам такие письма доминанты каждый день пишут?! Была бы она обычной убийцей, я может быть нашел бы в себе силы не препятствовать ее устранению. Макс бы меня к психологам отправил. Они бы мне мозги на место поставили. Если бы я чудить начал, ребята бы мне СТ-2 вкололи. Hо все бы было по правилам! Доминанты плохие, мы хорошие. А вот теперь я не пойму, кто здесь ангелы, а кто демоны! — последние слова он произнес уже всхлипывая. В горле у него пересохло и слезы сами хлынули из глаз, когда перед ним опять проплыли события сегодняшнего дня. Берк расплакался. Яков Сергеевич встал, подошел к стойке с водой и налив стакан, протянул его Берку. Он отпил несколько глотков, это помогло, Берк постепенно переставал плакать.