Читать книгу - "Комбо-Психо. Книга 2 - Юрий Розин"

ответил я. Подделать аристократическое происхождение отсюда всё равно было невозможно, так что эту часть моей биографии скрывать не было смысла.

— Простолюдин? — Ваглон очень натурально удивился. — Простолюдин, ещё и полуэльф, очень странно, что вы обладаете столькими выдающимися качествами без какой-либо поддержки и в таком возрасте.

— Олдред Тёрнер — мой учитель.

С Одуванчиком мы это не обсуждали, но, уверен, старых архимаг сможет понять что к чему, если понадобится.

— Ученик архимага?! — с внутренним удовлетворением я ощутил в голосе Ваглона неуверенность. — Позвольте выразить вам моё восхищение!

— Позволяю, — хмыкнул я.

До посольства оставалось всего несколько минут пути, там я смогу совершенно безболезненно избавиться от этой компании.

— Господин Алистер, — вновь начал Ваглон спустя несколько секунд, — позвольте ещё один нескромный вопрос?

— Валяйте.

— Почему вы отказались от предложения принцессы Ризеллы об обмене своей магии контроля виверн?

— Я уже сказал: моя семья была бы против того, чтобы я передавал её секреты посторонним.

— Ваша семья? Но вы ведь сказали, что они не аристократы.

— Нет, просто потомственная семья магов.

— Действительно? — на его лице расплылась довольная улыбка. — Но, насколько я знаю, по закону Вирсавской империи, принятому около четырёхсот лет назад императором Викатром Вторым, любой маг, достигший высшего уровня или создавший заклинание S-ранга автоматически получает низший дворянский титул. Поправьте меня, если я неправ, но магия, способная контролировать виверн, не может принадлежать к рангу A. То есть либо у вас должны быть титул и фамилия, либо семьи, о которой вы говорите, не существует.

Я ощутил прошедшуюся по хребту волну мурашек. В памяти Бафомета содержались знания двухтысячелетней давности, а в моей памяти — знания последних шестнадцати лет. И хотя после перерождения я очень интересовался этим миром, благодаря чему и узнал много того, о чём Бафомет был не в курсе просто из-за разницы в эпохах, замшелые законы покойных императоров, разумеется, прошли мимо меня. А теперь из-за этого я попался на лжи министру и советнику принцессы!

— Ничего об этом не слышал, — пожал я плечами, — мы никогда не интересовались политикой, так что, вероятно, этот закон прошёл мимо нас.

— Очень сомневаюсь, что никто из вашей семьи за все эти годы так и не удосужился подать заявку на получение титула, — елейным голосом парировал Ваглон. — В Вирсавии это ведь означает огромные привилегии. Давайте вы не будете и дальше мне лгать, господин Алистер.

— Ещё один кентавр, обвиняющий меня во лжи, — фыркнул я. — Выбирая город Божественного Луга в качестве места выхода портала, я не мог даже представить, что здесь настолько ужасно относятся к гостям. Я обязательно сообщу об этом своему учителю.

— К сожалению, не сообщите, — улыбнулся кентавр, обгоняя меня и перекрывая дорогу.

Пара гвардейцев, рассредоточившись, молча заняли места по бокам, беря меня в треугольник.

— Правда хотите быть обвинёнными в нападении на гражданина Вирсавской империи? — остановившись, холодно произнёс я.

— У тебя не будет шансов кого-либо в чём-либо обвинить, Алистер-уборщик, — раздался сверху чей-то холодный голос.

Из пустоты вынырнул сливающийся с ночным небом вороной кентавр. Единственным выделяющимся в его облике цветом были глаза, светящиеся ярко-красным.

— И давно ты понял? — спросил я, глядя прямо серому миссионеру в глаза.

— Подозревал с самого начала, — пожал плечами Дамбал. — Но ты слишком отличался от того Алистера, которого должны были поймать в Вирсавской империи. Однако после того, как стало известно об этом “убийстве”, я всё-таки понял, что подобных совпадений не бывает. Хочу сказать, что убить своего союзника, чтобы получить контроль над ситуацией — этот план мне по душе. Не хочешь перейти на нашу сторону?

— Спасибо, обойдусь, — огрызнулся я.

— Как угодно, — он явно и не рассчитывал на положительный ответ. — Так или иначе, ты послужишь на благо нашему делу.

После чего он взмахнул рукой — и я ощутил, как пространство вокруг меня, Бафомета и троих кентавров искажается по воле Дамбала. Мощь девятого круга была достаточно велика, чтобы использовать массовую телепортацию.

Зачем он это сделал, было понятно. Чтобы сражением не привлекать внимание горожан, мы всё-таки, несмотря на редкую застройку, были, фактически, в центре столицы.

Но вот куда вёл портал? Дистанция, на которую высший маг, даже девятого круга, мог совершить перенос, оставалась очень ограниченной. Десяток километров — не более того, а это значило, что появимся мы всё равно в пределах города.

К сожалению, вмешиваться в заклинание телепортации было слишком опасно. Без высшего уровня я рисковал вынырнуть из портала без руки, ноги или части внутренних органов. Так что оставалось только смириться с ситуацией и попытаться выпутаться из той передряги, в которую меня завела моя же самоуверенность.

Тьма перед глазами развеялась и я обнаружил себя в обширной, где-то сотню метров в радиусе и около пятидесяти — в высоту, пещере. Помимо Ваглона и его безмолвной охраны меня тут уже ждали ещё четверо кентавров. Двое — гвардейцы в таких же тяжёлых, и двое — высшие маги.

Причём одного из них я узнал. Это был Грандол, тот маг, который решил скормить меня вивернам. Вторым высшим была женщина-кентавр, тонкая и изящная, красивой серой масти.

Однако, как и в прошлый раз во время боя с магами семьи Фериа, красноглазым из них всех был один только Ваглон.

— Тебе некуда бежать отсюда, — широко улыбнувшись, произнёс он. — И на этот раз никакой архимаг тебе не поможет! Сдайся — и всё закончится быстро и безболезненно.

— Ты сам не понимаешь, что звучишь как максимально клишированный злодей? — усмехнулся я, доставая из кобуры пистолеты

К сожалению, всех наклёпанных для них патронов я не взял. В подсумках на поясе было лишь около трёхсот обычных и ста алхимических патронов.

— Я признаю, что ты — необычный маг, значительно превышающий по способностям свой уровень и не хочу лишних потерь, — пожал плечами Ваглон. — Но ты не можешь не признать, что всего лишь седьмому кругу никогда не победить пять седьмых и два восьмых круга в одиночку.

— Возможно, — кивнул я. — Но во-первых, я не один, — труп Бафомета, до сих пор безвольно паривший в воздухе, развернулся вертикально и встал на