Читать книгу - "Трансцендентные - Стивен Бакстер"

Этот новый мир назывался Бейникс II, в честь своей родительской звезды. У него не было собственного названия. — Или, скорее, — загадочно сказал Рит, — те, кто живет здесь, никогда не говорили нам, как они называют свой мир — если они вообще осознают, что находятся в мире…

Это был еще один шар из камня и железа, более или менее похожий на Землю, с россыпью океанов, ледяных шапок, облаков. Но там, где Ржавый Шар состоял почти исключительно из железа, этот мир почти полностью состоял из камня, вплоть до своей сердцевины.

— Это комок грязи, — хихикнул Ден.

Рит сказал: — Еще один результат превратностей обработки планетных столкновений. — Он предположил, что Бейникс II был больше похож на Луну, чем на Землю, как вторичный продукт гигантского столкновения, вылепленный из мантии какого-то более крупного мира.

Алия с беспокойством посмотрела вниз. Все эти миры, казалось, были результатом случайных актов чудовищного насилия. Она не могла представить, каково это — жить на таких разбитых обломках.

Все они втиснулись в маленький шаттл. Он отделился от своего корабля-носителя, и Алия спустилась в воздух еще одной планеты.

Здесь были океаны, доставленные, как обычно, кометами, и слой воздуха, в основном углекислого газа. Но земля была древней, усеянной размытыми тенями объектов, которым миллиарды лет, палимпсестами кратеров и горных хребтов. Местная жизнь, пострадавшая от радиации, так и не продвинулась дальше одиночных клеток, выносливых маленьких жучков, устойчивых к радиации. Обстоятельства трудного рождения Комка Грязи сделали его негостеприимным: сжавшееся ядро означало отсутствие существенного тектонического обновления и глобального магнитного поля.

И, насколько Алия могла видеть, люди здесь не оставили особого отпечатка. Тут не было ни городов, ни ферм. Молча стояла пара автоматизированных станций мониторинга, самих по себе невообразимо старых, разрушенных эрозией и наполовину занесенных дрейфующим песком. И это было все.

— Так почему мы здесь? — спросила Алия.

Рит ухмыльнулся и позволил шаттлу опуститься близко к земле. — Из-за них, — сказал он, указывая.

Алия думала, что образования на земле были просто геологическими. Это были горные хребты, низкие, бугристые и неправильной формы, того же цвета, что и песчаная почва, из которой они поднимались. Рит больше не дал ей никаких подсказок. Раздраженная этой тайной и ощущением, что все знают о происходящем больше, чем она, Алия не собиралась дальше задавать вопросы.

Флиттер приземлился. Сила тяжести была немного меньше стандартной, но не вызывала дискомфорта. Они высадились и подождали, пока местный туман подготовит их. Алия почувствовала, как фильтры в носу и горле закрываются от едкой пыли, взвешенной в воздухе, и кислород с холодным шипением поступает в ее легкие.

Она подошла к скалистым образованиям. С земли они выглядели как низкие, разрушенные эрозией горные хребты, выступающие из плоской земли. Таких объектов могло быть пятьдесят, расположенных параллельно, их изношенные вершины поднимались в воздух примерно на сорок метров.

Только когда она почти взобралась на первый из них, она поняла, что это было. Внезапно все стало в фокусе — этот тонкий гребень, вдающийся в землю, эти глубокие кратеры, гладкая выпуклость наверху — эта изношенная морфология вовсе не была случайной.

— Лета, — сказала она. — Это лицо. Человеческое лицо.

"Гребни" были похожи на статуи человеческих форм, упавшие статуи высотой в двести-триста метров каждая. Из грязи поднимались огромные руки, ноги, торсы. На одной особенно хорошо вылепленной руке были отчетливо видны четыре пальца и еще большой палец. Дрейфующий песок наполовину засыпал фигуры — или, возможно, они были оставлены таким образом намеренно, для собственных невообразимых целей скульпторов.

Огромное лицо перед ней было погружено в грязь, так что видны были только один глаз, одна ноздря и половина открытого рта. Вокруг полуоткрытых губ виднелась россыпь песка другого цвета, более плотного, сине-фиолетового оттенка, как будто он был рвотой из этого каменистого рта. Она могла бы забраться в большую глазницу единственного открытого глаза. Но в этой пустой яме было странное чувство настороженности, с тревогой подумала она.

— Это поразительно, — сказала она.

Бейл кивнул. — Знаю.

— Но для чего это?

Бейл только улыбнулся.

Рит, казалось, интересовался статуями меньше, чем песком, в котором они лежали. Он присел на корточки и поднял пригоршню земли, пропуская ее сквозь пальцы. — Когда-то здесь было дно озера. Или, возможно, океана. Эти зерна явно образованы водой — видите, какие они округлые? Но океан наверняка исчез миллиарды лет назад.

Алия возразила ему. — Какое отношение эти памятники имеют ко мне?

— Памятники? — Он поднялся на ноги, немного скованно. Набрав в ладонь песка с бывшего океанского дна, он осторожно потер округлые крупинки. — Почти все эти крупинки состоят из силикатных материалов. Ты знаешь, что кремния в земной коре в десять раз больше, чем углерода, и, вероятно, в несколько раз больше здесь, на этом песчаном шаре. Ты когда-нибудь задумывалась, почему тогда основой земной жизни стал более редкий углерод, а не более распространенный кремний?

Алия огрызнулась: — Все это знают. Потому что углерод может образовывать множественные связи. Углерод может создавать молекулы, которые достаточно сложны, чтобы хранить генетический код.

— Верно, верно. Но можно формировать сложные структуры и из кремния, по крайней мере, в его кристаллической форме…

— Ну и что? — Алия ударила его по руке, рассыпав песчинки. — Рит, с меня хватит. Что мы делаем в этом парке скульптур?

Лицо Рита было таким же невыразительным, как и всегда, но он казался немного потерянным. Он посмотрел себе под ноги, как будто рассыпанные ею зерна были единственными на планете. — Это Кампоки привели тебя сюда, — напомнил он ей.

Алию отвлекла искра света, промелькнувшая по дуге неба. Это был корабль, она сразу увидела. Грациозно двигаясь, он опускался к этой песчаной равнине, и по мере приближения она различала его детали, сложные, хрупкие, красивые.

Несомненно, это был шаттл с "Норда".

Как только он приземлился, люк открылся, и из него неуверенно выбралась женщина. Это была Дреа. Алия побежала. Дреа немного споткнулась из-за непривычной силы тяжести и закашлялась, когда поднялся туман. Но затем она тоже побежала, тяжело ступая по песку, к Алии. Они столкнулись, сплетясь конечностями, смеясь.

Алия почувствовала необъяснимую радость, увидев свою сестру. — Спасибо, что проделала весь этот путь, — сказала