Читать книгу - "Зигзаги судьбы - Эльхан Аскеров"

раз. Вздрогнув, посетитель сделал шаг назад и нервным движением сунул левую руку в карман сюртука.

Егор, привыкший подмечать подобные вещи, с ходу понял, что перед ним левша. А это значит, что этот человек может нанести неожиданный удар. Чуть усмехнувшись, парень откинул полу своего френча и, положив ладонь на рукоять револьвера, тихо произнес:

– Не советую. Я буду быстрее.

– Вы правы. Разойдемся тихо, – взяв себя в руки, проворчал гость и, медленно вытянув руку из кармана, направился к дверям.

Выйдя следом за ним на крыльцо, Егор дождался, когда карета выкатится со двора, и, жестом подозвав к себе Михалыча, тихо попросил:

– Дядька, бери коня, и гуся этого отследи до самого дому. Сволочь эта мне смертью грозить посмела. Нам опередить его надобно.

– Спроворю, Егор Матвеич, покоен будь, – зло усмехнулся казак и быстрым шагом прошел в конюшню.

Спустя примерно семь минут он выехал верхом на буланом жеребце и широкой рысью помчался следом за каретой. Благо, до заставы тут была только одна дорога, и сворачивать с нее было некуда. Только если в одну из приписных деревень. Но там этому гусю было делать нечего. Убедившись, что казак сделает все, как нужно, Егор вернулся к делам. Михалыча сменил один из казаков охраны имения, и вскоре парень ехал на стройку.

Управляющий Матвей Поликарпыч включился в дело, моментально сообразив, какие выгоды сулит задумка молодого хозяина. Он уже успел заказать каменные жернова для мукомольни и чугунные для мануфактуры. Так что теперь на реке крестьяне старательно ставили очередную запруду. Никому из них и в голову не приходило спорить или ворчать. За работу Егор им платил живыми деньгами, хотя вполне мог бы этого не делать. На своей земле он по закону был полновластным хозяином.

Вечером Михалыч дал парню полный расклад по непонятному посетителю. Как оказалось, этот псевдофранцуз снимал в городе целый особняк и проживал там с пятью слугами, тоже иностранцами. Из местных у него были только дворовые люди. Истопник, конюх и садовник. Но жили они на подворье, во флигеле, и доступа в дом не имели. Похоже, этот господин делал все, чтобы сохранить свои дела в тайне.

Слуги его были людьми явно бывалыми, крепкими и, по выражению самого казака, явно умевшими с оружием обращаться. Опытному бойцу такие вещи были понятны с первого взгляда. Не поленился он обойти особняк по периметру, чтобы найти черную калитку и возможный потайной выход. Но, к его большому удивлению, ничего подобного в заборе не было. Все для хозяйственных нужд завозилось в одни парадные ворота. Впрочем, такое иногда бывало.

Чуть подумав, Егор попросил казака взять себе в напарники пару бойцов и пару дней понаблюдать за этим домом. Понимая, что дело не простое, Михалыч кивнул и, подумав, вздохнул:

– Денег бы нам малость, Егор Матвеич. Одежу сменить. А то в этом, – он оттянул рукав своей гимнастерки, – нас сразу приметить можно.

– Конечно, – быстро кивнул Егор, доставая из кармана ключи от сейфа. – Вот, держи. Тут тридцать рублей. И одеться как надо, и поесть в городе. Да и просто чтоб были. Мало ли чего.

– Много, барич, – попытался отказаться казак, но Егор только рукой махнул.

– Много – не мало. К тому же вам не в оборванцев одеться надо, а в приличном виде быть. Да и в карманах у вас не должно быть пусто. Даже если полиция остановит, когда деньги есть, они смотрят иначе. Понимают, что не воровать пришел. Но учти, Михалыч. Мне о том гусе все знать надобно. Где бывает, кто к нему ездит, когда спать ложится? Все надо.

– Да уж понял, барич. Покоен будь. Узнаем, – одобрительно кивнув, заверил казак и, хозяйственно прибрав деньги, вышел.

Судя по его реакции, он уже понял, зачем парню нужны такие знания, но это его нисколько не волновало. Похоже, фразу об угрозах он услышал ясно. К тому же покойный Архипыч ему и вправду рассказал все об их совместных приключениях. Так что в конечном итоге казак был, похоже, уверен. Михалыч и его команда вели наблюдение за домом примерно неделю, докладывая обо всем увиденном каждый вечер.

А спустя это время Егор принялся планировать операцию по ликвидации возможной угрозы. В том, что эти джентльмены, не задумываясь, пустят в ход оружие или придумают какую-нибудь пакость, он не сомневался, так что собирался ударить первым. За время их разговора Егор успел убедиться, что французский для этого человека совсем не родной язык и названное ему имя не более чем очередная личина. Акцент у него был весьма характерный. Так что в очередной раз прищемить наглам задранный нос будет в самый раз.

* * *

Отрабатывая удары на мешке, Егор мысленно прокручивал про себя события минувшей ночи и, хищно усмехаясь, ворчал:

– Говорил ведь, что охота на человека – оружие обоюдоострое. Если так и дальше пойдет, вы у меня, твари, от одного моего имени вздрагивать будете. Главное, казаков от полиции подальше держать. Впрочем, и тут можно всегда выход найти. Отговорюсь. Главное, улик против себя не оставлять. Впрочем, они не то что улик, они даже следов ног не оставили.

Вспомнив о дупле старого дуба, что рос на берегу реки, на верхушке небольшого утеса, парень плотоядно усмехнулся, едва не облизываясь от удовольствия. В этот раз они взяли куда больше, чем в прошлый с Архипычем. Но и участников для акции пришлось брать больше. Казаки, помня, что тот непонятный гость посмел прямо угрожать парню, вписались в дело, почти не раздумывая. Отобрав самых молодых и ловких, Егор поставил им задачу, и ночью следующих суток все семеро собрались в узком переулке у заднего забора особняка.

Прислугу из местных решено было просто запереть в их флигеле. Обычные мужики, зарабатывавшие себе на пропитание и обеспечение своих семей. Всех иностранцев было решено взять в ножи, а после провести в доме тотальный обыск. Казаки выяснили, что особняк этот «француз» снимает давно, а значит, устроить в нем пару тайников, имея под рукой верных слуг, ему было не сложно. Так что искать их Егор собирался тщательно и вдумчиво.

Дверь флигеля подперли поленом, а цепного кобеля просто усыпили при помощи свежей говяжьей печенки и смеси имевшихся у казаков травок. Десять минут, и пес спокойно спал, растянувшись возле своей будки. В дом они просочились беззвучно. Учить подобным вещам казаков было, по меньшей мере, глупо. Кусок сталистой проволоки прекрасно справился с широким, увесистым засовом.

Помня, что людская всегда располагается на первом этаже, Егор жестом отправил пятерку