Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

Ферхади вновь зевнул, подумал: не довольно ли разговоров? Бросил: – Все это и впрямь очень интересно. Можно понять, с чего вдруг наместник сиятельного владыки решил, что бегством принесет империи больше пользы, чем попыткой усмирить мятежников.

– Если бы у нас была хоть малейшая надежда на победу, – проблеял Джирхед иль-Танари. – Меч императора покинул Верлу за два дня до прискорбных событий… странное совпадение… Погибнуть во славу императора – честь, но важней было донести до сиятельного владыки вести о мятеже.

– Понимаю, – кивнул Ферхади. – Что ж, известие владыкой получено. Теперь его интересуют подробности. Что сейчас творится в Верле? В окрестных землях? Снеслись ли мятежники с другими городами провинции? Кто из владетельных особ Диарталы поддержал их – или может поддержать в дальнейшем? Кто, наконец, возглавляет мятеж?

Господин Джирхед иль-Танари беззвучно хлопнул ртом.

– Есть ли у вас ответ хоть на один из моих вопросов, уважаемый? – Лев Ич-Тойвина не смог сдержать презрения к стоящему перед ним лжецу и трусу, но тот, казалось, и не заметил оскорбительных интонаций. Только еще раз хлопнул ртом и судорожно сглотнул. – Нет? Жаль. Значит, придется мне поискать ответы самому, а вы, уважаемый, посидите пока под стражей. Полагаю, вам будет чем заняться в одиночестве. Да хоть напридумывать оправданий для сиятельного владыки – уж наверное, император захочет самолично расспросить своего наместника. Под арест, – бросил начальнику гарнизона. – Сотника его телохранителей – ко мне.

Проводил бывшего наместника брезгливым взглядом. Прикрыл глаза.

Сколько вопросов. Возможно, благородный Маджид иль-Маджид, Меч императора в Диартале, уже знает ответы; но искать его по трем десяткам диартальских гарнизонов, рискуя разминуться, времени нет. А вот взглянуть на Верлу стоит. Повезет – изнутри, нет – так хоть снаружи. Что-то да прояснится.

Голос Архана отогнал подкравшуюся дрему:

– Сотник Иртаджад прибыл по слову господина.

Ферхади с трудом разлепил неподъемные веки. Поймал взгляд сотника. Мрачен, вряд ли ждет снисхождения, но и от страха не трясется. Этот – воин.

– И не противно тебе, сотник, трусу служить? – вырвалось у Ферхади.

Иртаджад ответил зло:

– Выбирать не дали.

И замолчал.

– Что ты скажешь мне о Верле, сотник?

Пожал плечами. Начал рассказывать. Сначала с трудом, осторожно подбирая слова; но постепенно разошелся, в сиплом голосе стали прорываться возмущенные нотки, даже руками замахал, будто не посланцу императора рассказывает, а землякам на базаре. Но Ферхади такого и хотел. Сейчас, несомненно, он слышал правду. Про горящие казармы – без чар, похоже, и впрямь не обошлось, но «единый миг», как и предполагал Щит императора, оказался очень сильным преувеличением. Уж если там и клинки позвенеть успели… Про запрет пердуна-наместника идти на помощь: толку, мол, соваться сотне, где две тысячи гибнут! Про бегство сквозь бурлящий город, про растерзанных патрульных, вздернутых за ноги на деревья, и про настежь распахнутые ворота: пропустили беглецов и закрылись, ясно, сил не было задержать, и залп следом ударил – хлипкий, но меткий. На то похоже, что Верлу захватили умением, а не числом; а уж горожане подтянулись после. Воля ваша, господин, заявил напоследок Иртаджад, а только задницей чую: толковый командир там работал, и бойцы у него подобрались толковые! И время с умом выбрали, и подготовились… даже наместникову шакалью натуру и то учли, тьма им в селезенку!

– Наместника вашего я арестовал, – сообщил, дослушав, Ферхад иль-Джамидер. – Теперь вижу: за дело. До назначения императором нового наместника ваша сотня поступает под мое начало. Доведи до своих людей, сотник: завтра на рассвете выступаем.

На мрачном лице Иртаджада мелькнула радость.

– Еще одно, – остановил его Ферхади. – Не знаешь случаем, где может сейчас быть Меч императора?

Сотник мотнул головой. Похоже, напор столичного посланца малость его ошеломил.

– Нет? Жаль. Впрочем, наше дело не воевать, нам разобраться, что творится. Иди, сотник.

Начальник гарнизона дождался, пока Иртаджад закроет за собой дверь, спросил негромко:

– Доверяете? Сотня на сотню…

– Император не любит трусов, – пожал плечами Ферхади. – Доверяю, да. Они захотят отслужить.

Он оказался прав: сотня Иртаджада служила рьяно. Волками рыскали в дальнем охранении, приводили командиру попавшихся под руку пастухов и виноградарей. Лев Ич-Тойвина упорно расспрашивал всех, кто попадался на пути, хотя толку с расспросов было, что с жеребца молока. Посланцу императора одинаково почтительно отвечали и бедняки, и владетельные господа, в усадьбах которых останавливались на дневку или ночлег, и одинаково жалили исподтишка злобными взглядами. Все, как три года назад, думал Ферхади. Даже хуже. Меньше детей, почти нет взрослых сильных мужчин. Нищета. Даже поместья благородных вельмож – словно серой пылью припорошены. Диартала так и не оправилась от мятежа, так что, Свет Господень, ЧТО снова заставляет ее бунтовать?! Мало им прошлого?

Ближе к Верле земля опустела, и это могло значить лишь одно: диартальцы ушли в свою столицу. Ушли драться. Безумцы! Горожане и земледельцы – против войск императора? Даже если учесть неведомые чары, все равно безнадежно. Судя по рассказу Иртаджада, не чарами казармы взяли… не только чарами! Застали сонных, врасплох. Или надеются, что и на приступ спящие на них пойдут?

Когда до Верлы оставалось с полдня последнего перехода, Ферхад иль-Джамидер подозвал Иртаджада. Сказал: давай считать, сотник. Сколько дней прошло от мятежа: семнадцатый нынче, так? Мятежники сидят в Верле и стягивают туда людей, – значит, ждут нападения. Когда Меч императора подведет войска под стены Верлы? Сколько ему нужно дней – собрать силы по гарнизонам, привести их сюда? Почему здесь до сих пор тихо? Почему даже хлипкого кольца вокруг нет?

– Рисковать не хочет, видно, – почесал в затылке Иртаджад. – Императорская гвардия ушла, а замена – тьма их знает, каковы. Всех соберет, тогда навалится.

И верно, подумал Ферхади, навряд ли лучших из лучших пошлют держать усмиренную провинцию, когда война на носу. Вовремя же ударили мятежники!

– Усиль дозоры, Иртаджад. Там, похоже, и впрямь умники сидят. Они должны сейчас укреплять стены, учить людей и глядеть в оба.

Сотник пришпорил коня, умчался. Похоже, подумал Ферхади, Меч императора в Диартале – достойная пара бывшему наместнику. Семнадцатый день бунта, а мятежный город до сих пор не заблокирован. Уж на то, чтобы перекрыть дороги и не пускать к бунтовщикам подкрепления, и гарнизона Архана хватило бы.

Иртаджад вернулся, пристроился стремя в стремя.

– Можно спросить, господин?

– Да?

– Зачем нам под Верлу? Не штурмовать же, двумя сотнями конницы?

– Ясно, нет, – усмехнулся Щит императора. – Но узнать, что там происходит, нужно. Посмотреть…

– Было б на что смотреть, – пробурчал себе под нос Иртаджад.

Вопреки ожиданиям, стены Верлы были уже укреплены – и как укреплены! Помня вполне заурядную оборону диартальской столицы трехгодичной давности, Ферхад