Читать книгу - "Вармастер. Боярская стража - Сергей Извольский"

Пулеметный огонь косил их, выпиливая в живой массе целые просеки, но тварей было невероятно много. Вырвавшиеся из города бестии отрезали нас от недалекой пелены, разделяющей сумрак и сумерки.

Мы не успевали. Соотнося скорость «клешней» и нашу, было видно, что во все уменьшающийся стык мы не проскочим. Две других машины — опережающие нас на пару сотен метров, успевают. Мы нет — еще несколько секунд, и окажемся среди живой массы тварей, после чего они нас просто задавят.

Все вокруг что-то кричали, глухо раздавались выстрелы, а я уже перебрался вперед. Навигатор переднее место покинул, недоуменно вскрикнув и оставив на капоте свой пулемет. Попроси меня такое повторить, вряд ли получится, но тем не менее — сейчас я схватил за ворот и просто выкинул с места поручика-навигатора, который со всей сбруей экипировки недалеко от сотни весит.

— Гони-гони-гони! — заорал я водителю, приземляясь на переднее сиденье, и вскидывая к плечу ярко засиявший маузер.

Живая масса, отсекающая нас от остальных, уже встретилась — словно две волны столкнулись. Твари смешались, стремительно наползая друг на друга, громоздясь клацающей зубами баррикадой высотой в пару метров в месте стыка. Мгновение, и вся масса, словно управляемая чужим разумом, развернулась и поперла на нас. До нее было уже меньше десяти метров и поймав в прицел одну из бестий, я выстрелил. Ударило по ушам с хрустальным звоном — минус один обычный амбер. Сознание не потерял, так что выстрелил еще раз. Теперь стегануло по ушам уже словно сквозь вату, и вновь я при памяти. Похоже, в городе сумрак гуще, там эффект серьезней был, здесь попроще.

Водитель, как я ему и кричал, продолжал гнать вперед. И мы уже мчались между двух стен пламени. Как Моисей вел евреев через расступившееся Красное море, так и мы сейчас проскочили между расступившуюся под напором огня массу бестий. Вылетели из места прорыва с горящими колесами, оставляя за собой чадящий дымный след. Проехали еще пару сотню метров до того, как колеса начали взрываться — машина пошла в занос, остановилась. По крику Ромашкевича мы все попрыгали на землю, покидая горящую машину.

Остальные две машины уже подъезжали к нам, разворачиваясь. Слева и справа — оттуда, где не бушевало пламя, на нас перла живая масса бестий, а ее встречал пулеметный огонь. Тварей просто выкашивало, создавая окружающую нас баррикаду из мертвых тел, но другие все лезли и лезли вперед, не зная страха и не ведая инстинкта самосохранения.

На пересадку нам потребовалось несколько секунд — самым последним был поручик-навигатор, который задержался чтобы захватить журнал и пулемет, когда я выпрыгнул с переднего пассажирского места. Оставив командирскую машину догорать, на двух остальных — ускоряясь так, что любому спортивному автомобилю на зависть, мы помчали к границе сумрака и сумеречного тумана. Я оказался в одной машине со штабс-капитаном, и довольно бесцеремонно растолкав бойцов, занял место у заднего борта. Кто-то попробовал было возмущаться, но замолчал, когда я начал перезаряжать два использованных накопителя.

Все, последние три камня, больше нет. И вроде бы опасности больше нет — живая масса тварей в погоню за нами не кинулась. Но не отпустят нас просто так, мы слишком много лишнего видели, говорило мне предчувствие. Которое не ошиблось — проскакивая через разрозненную массу монстров, стремительно нагоняя, в погоню за нами устремилось пять всадников. Назгулы, как есть — иссиня-черные кони, непроглядно темная аура, размывающая очертания тел и вьющаяся лоскутами словно плащи, дымные следы в пелене сепии за каждым всадником.

Изо рта вдруг вместе с дыханием вырвался пар — мы прошли границу сумрака, снова, как и в прошлый раз, словно отпрыгнувшую назад на несколько сотен метров. Пара секунд, и там же вдали из-за границы выскочили преследующие нас расходящиеся веером черные всадники.

Скакали они быстрее, чем ехали наши машины. Расстояние быстро сокращалось и упершись в борт, я вскинул маузер к плечу, прицеливаясь. Время уже привычно замедлилось и поймав в прорези мушки верхнюю часть фигуры ближайшего всадника, я нажал на спуск. Выплеск энергии оказался словно погашен, похоже темная аура работает как щит. Но результата я все же достиг — конь затряс гривой и побежал дальше один, а размытая во лоскутьях мрака фигура покатилась по земле. Впрочем, выбитый из седла демон (или это еще не демон?) быстро вскочил на ноги. Ногами он не побежал — просто стоял на месте, наблюдая за нами.

Выругавшись от осознания мощи преследователей, я снова прицелился — в этот раз выстрелил в грудь ближайшему коню. Да, щит работает только на всадника — в этот раз яркая огненная вспышка уничтожила животное — копыта, голова, седло и сам всадник разлетелись по сторонам. Причем всадником выстрелило почти вертикально вверх, а вспухший на месте убитого коня огненный шар заставил группу преследователей раздаться в стороны. Вот только почти сразу, вопреки логике, они снова сблизились, причем теперь скакали гораздо плотнее.

Вряд ли они хотят мне помочь выбить страйк. Скорее всего просто делятся энергией и ставят общий щит. Более того, они вместе так ускоряются — как-то вдруг плотная группа, еще более размытая пеленой мрака чем раньше, оказалась от нас меньше чем в десяти метрах. Во всадников летели росчерки трассеров, но они пулеметы просто не замечали, даже магически усиленные пули в защитной ауре просто терялись.

Всадников осталось трое. Выстрелов у меня, считая отправляющий в полубеспамятство выплеск жизненной энергии — два. Это плохо.

Снова прицелившись, я выстрелил в грудь идущему по центру коню, который был уже в нескольких метрах. Вновь яркая огненная вспышка, но в этот раз темная аура щитом защитила троицу, никто из седла не вывалился. Мой выстрел лишь затормозил их ненамного, увеличив расстояние между нами до нескольких десятков метров.

Черт, это печально. И похоже, это конец — сказал я вслух чуть другими словами.

Маузер, без единого активного накопителя, по-прежнему светился в руках ярким отсветом. Я снова прицеливался — собираясь сделать последний мощный выстрел, используя энергию своего тела. И не выстрелил — троица всадников, оставив преследование, вдруг остановилась как вкопанная.

В этот же момент я словно из кондиционированного помещения в сауну зашел — стало жарко, а мгновением позже по ушам ударил восторженный многоголосый крик. Вернулся солнечный свет и звуки приобрели привычную силу — даже приглушенные моей контузией.

Машина резко дернулась — силовая установка отключилась, но двигатель почти сразу фыркнул, завелся — водитель вовремя передачу включил. Не останавливаясь, снова ускоряясь и поднимая столбы пыли со звучащим триумфальной музыкой