Читать книгу - "Фантастика 2025-25 - Юлия Владиславовна Евдокимова"

Я тут же возмутилась:

— Не надо никуда меня направлять!

Он протянул ладонь ближе и нетерпеливо поманил пальцами.

— Ева! — с нажимом, — у нас человек пропал.

Вот вообще не хотелось держаться с Верано за ручку. Но мысль о том, что с Чейзом могла что-то случиться, подтолкнула к действиям.

Я нехотя вложила свою ладонь в его.

Теплая.

Он сжал мою руку, крепко, но не больно.

— Теперь попытайся настроиться на свой дар.

— Как? — прошептала я, потому что голос внезапно пропал. Осип и стал похож на комариный писк.

— Ищи внутри себя. Вспомни то чувство тревоги, неудовлетворенности, которое тебя куда-то гнало. Воскреси его.

Я понятия не имела, как это делать. Закрыла глаза. Вспомнила то утро, когда пришла в парк, подгоняемая неясной тревогой, попыталась разогнать ее в себе, растормошить. Получалось слабо. Представила Чейза, которого видела всего пару раз в жизни — тоже ничего не отозвалось.

Потом воспоминания сами переползли на тот вечер, когда я увидела черное пятно без головы. Я уже даже не была уверена, что видела его на самом деле, что это не плод моих фантазий. Ну какие пятна? Что за глупости? И тем не менее именно в ответ на это видение сердце начало биться быстрее, а потом и вовсе разогналось до такой степени, будто все это время я не стояла в тихом парке за руку с Верано, а носилась по полигону, подгоняемая приказами Райдо.

Стало одновременно тоскливо и напряженно. Будто я должна была что-то сделать, какую-то неприятную работу.

— О, боги, — выдохнул Лекс, — ну и хаос. Не мечись.

— Я не двигаюсь.

— Тебя внутри штормит. Нет направления, просто бестолковое нагромождение всего подряд, — он покачал головой, — дури много, толку мало.

Я обиделась:

— Раз такой умный, делай сам! — я дернулась. — Пусти!

Однако Лекс и не подумал разжимать пальцы. Вместо это он дернул к себе, на ходу разворачивая меня, как куклу И спустя миг, я оказалась в мужских объятиях, прижатая спиной к его груди. Замерла, чувствуя чужое дыхание на виске.

— Лекс, ты нормальный вообще? — попыталась вырваться, но он сильнее скрестил руки, обламывая чахлую попытку.

А у меня даже не было сил бороться по-настоящему, настолько я обалдела от всего происходящего.

— Так я смогу погасить твой бедлам, — голос над ухом, отозвался толпой лютых мурашек, несущихся вдоль хребта, — выдыхай.

— Издеваешься?

— Выдыхай, — повторил он, — сконцентрируйся на цели. Не ищи причины, мотивы, объяснения. Просто сконцентрируйся на том, куда тебя гонит дар.

— Подальше от тебя…

— Я могу так стоять хоть весь день, — невозмутимо произнесло чудовище за моей спиной, — и мне плевать, если нас кто-то увидит. А тебе?

Зараза, знал, чем пронять. Последнее чего мне хотелось, это очередных слухов что девочка из Муравейника опять с кем-то обжимается в уединенном месте.

Перестав сопротивляться, я кое-как расслабилась. Выдохнула, стараясь не думать о том, кто меня обнимал в этот момент. Это не объятия, это рабочий момент, только и всего.

Постепенно шторм в груди стал утихать, бестолковая тревога и желание бежать не пойми куда замерли, затаились, медленно пульсируя под кожей.

Снова воспоминания о темном пятне. Клочок ткани, который я подобрала с земли, Стелла со своим наставником. Картинки сменялись одна за другой.

Под ребрами загудела тоска. Словно душа рвалась в то место, где уже была когда-то. Похоже на ностальгию, на воспоминания прошлого. И в то же время совсем другое.

Это ощущение крепло, принимало все более четкие очертания, пока наконец не трансформировалось в абсолютно четкое желание:

— Туда, — прохрипела я, указывая на густые заросли боярышника вдоль дорожки.

— Веди, — Лекс разжал объятия, но руку мою не отпустил, — я с тобой.

* * *

Продвигаться вперед, держа за руку Лекса, было неудобно. Он мешал нормально идти, удерживал, когда ломилась через заросли, вынуждая обходить:

— Даже если ли ты Гончая — необязательно лупить напрямик, сдирая мясо до костей, — угрюмо заявил, когда я съехала в овраг, а он не успел зацепиться наверху, и в итоге покатился следом, — путь есть, и он не исчезнет оттого, что ты потратишь три секунды на безопасный обход.

— Не бухти, — отмахнулась я, — можешь просто идти по своим делам. Я дальше справляюсь сама.

— Угу, — хмыкнул Верано, — чтобы потом еще и тебя разыскивать. Ты хоть представляешь куда мы залезли?

Я остановилась и обвела взглядом окружающую нас местность. Кругом серые стволы осин и желтеющий кустарник.

— Там, — махнула рукой, — Академия, там — полигон с лабиринтом. Город в той стороне.

Я всегда хорошо ориентировалась на местности, будто внутри от рождения был встроен компас.

Лекс посмотрел странно, но ничего не сказал, а я, пройдя еще десяток шагов остановилась. Просто ноги примерзли к земле и все, отказывались идти дальше.

— Рубеж поиска сработал?

— Понятия не имею о чем-ты, но кажется да.

Только после этих слов Верано отпустил мою руку и, выдохнув, с явным облегчением мотнул головой. Кажется, попытка упорядочить мой хаос далась ему не так уж и просто.

Оставив меня в покое, он прошелся по небольшому свободному от зарослей пятачку, заглянул под пожухлые плети малинника, потом опустился на корточки и пятерней зарылся в прелую землю.

— Что теперь? — спросила я, чувствуя себя не в своей тарелке. В груди гудело, ломило и неприятно покалывало.

— Теперь ищи. Что-то должно быть. Какие-то следы, знаки, — Верано скользил жестким взглядом по сторонам, цепляя выпадающие из общего фона детали.

У меня с деталями было хуже. Чутье гончей привело сюда и отключилось, по-видимому, посчитав., что миссия выполнена. И теперь я стояла посреди зарослей и беспомощно озиралась. Что здесь вообще можно увидеть?

— Смотри, — Лекс указал, на обломанный лист лопуха, — здесь кто-то был до нас.

Мы аккуратно двинулись в том направлении и, спустя пяток метров, нашли еще пару обломанных возле самой земли веток. Я бы и внимания не обратила. Вот честно, мимо бы прошла, да еще бы и пнула для верности, а Лекс такие детали вычленял четко.

В результате мы перебрались на соседнюю поляну. Она была метров десять в диаметре, слегка вытянутая, укрытая пожухлой, бледно-зеленой травой.

— Вот тут что-то лежало, — он хмуро указал на примятое место, — надеюсь не то, что я думаю.

Мне внезапно стало не по себе.

— Крови нет, — не знаю, что заставило меня так сказать, но после этих слов на улице будто стало темнее. Именно в этот момент моя наивная беспечность с хрустом надломилась, и я с ужасающей отчетливостью поняла, что возможно мы ищем не самого Чейза, а то, что от него осталось.

— Дошло наконец, — невесело усмехнулся Верано,