Читать книгу - "Волшебная мясорубка - Станислав Буркин"

Тариэл подавленно молчал.

– Ну ладно, – выдохнул дракон. – Раз ты сегодня такой невеселый, иди к себе в комнату, обдумай все хорошенько, а потом пообедаем. А вечером я поиграю тебе на органе. Ага?

Вот так в одночасье из дорогого гостя Тариэл превратился в пленника самой неприступной в мире крепости – Каджети, цитадели Великого Змея. Дракон оставался с ним очаровательно вежлив, но тяжелое ощущение несвободы поразило сердце храброго воина.

«Так вот как он узнал про мой любимый квинтет „Фердидоз“ и про мой день рождения, – думал юноша, огорченный подвохом. – А я-то думал, он мысли мои читает. Ну ничего, так даже лучше. Одно невыносимо – разлука с Нестан. Ведь теперь у нас с ней ничего не получится: кому нужен такой урод, как Амирбар, а я ведь скоро таким стану. А без ее согласия я не могу. Уж лучше пусть она будет свободна. Но ведь тогда она станет каджем? Какой ужас! Вот змей! А сам, главное, такой милый. А оно вон как все, оказывается».

В течение недели Тариэл демонстрировал свою покорность и обдумывал дальнейший план действий. С каждым днем дракон становился с ним все черствее, и за его внешним дружелюбием все явственнее проступала ухмылка поработителя.

– Пойми, Тариэл, – задушевно говорил ему Дэв теплыми вечерами, – жизнь человеческая мгновенна, она опадает, как осенний листок, если ты, конечно, когда-нибудь это видел. Раз – и ее уже нет. И в этот короткий миг жизни нужно обязательно что-нибудь сделать, сотворить, оставить след хотя бы на одно-два столетья. Но как труден, как непредсказуем путь к человеческой славе! Может быть, только сотая часть из выдающихся людей стяжает себе известность, и уж поверь мне на слово, далеко не все они лучше талантов, умерших в бесславии. А как трудно оставить этот след путем своего ума или творчества! Тебе ли, мой друг, этого не знать… Но есть путь кратчайший, путь войны и насилия, требующий не более чем отваги и безжалостности, которыми ты, я думаю, наделен. И вот судьба позволяет тебе сыграть выдающуюся роль в последнем сражении человечества. Вперед же, на славнейшие подвиги всех времен и народов! Вперед, мой друг! Вперед! И ни шагу назад! Пойми, Тариэл, слава, богатство, женщины – все это временно. Возможно, уже лет через пять ничто из этого не будет иметь для тебя никакого значения. Но покуда это играет роль для моих союзников и верных слуг, я щедро одариваю этими благами тех, кого считаю достойными.

Слушая эти речи, отважный и отчаянный Тариэл принял, наконец, окончательное и единственно верное для любящего сердца решение – бежать и, если понадобиться, прорываться к любимой с боем. Несколько раз он пытался покинуть Каджети тем же способом, каким в нее и проник. Но его непременно задерживали и возвращали к дракону, и ему приходилось придумывать самые невероятные оправдания своих якобы временных вылазок из замка: то он просто гулял, то хотел проверить свой броневик… На последнее ему ответили, что автомобиль благополучно возвратили в часть.

Наконец настало пятнадцатое декабря – день рождения Тариэла. К этому времени дракон уже перестал приглашать его за свой стол, и взамен обещанного пира Тариэл получил из рук маленького каджа-прислужника жалкий пирог с кривой свечкой посередине. Виделись Тариэл с Дэвом по пять минут в день и только в лаборатории, на уколах. Змей сказал, что после месячного курса специальных препаратов организм Тариэла перестанет отторгать повышенные дозы яда, и со временем он будет получать по целой колбе в день. А в день рождения укол Тариэлу ставил не сам змей, а один из каджей-лаборантов.

Вечером этого жалкого дня в его комнатку постучались.

– Войдите! – отозвался Тариэл, не отрываясь от рисования войны в завалах.

– Можно? – просунулась к нему морда змея.

– Добрый вечер, ваше мудрейшество, – сказал Тариэл. – Пожалуйста, проходите.

– О-о. Ходячие танки, – сказал змей, просовывая шею в приоткрытую дверь, – Классная вещь. Правда?

– Да, здесь враг превзошел нас в инженерной мысли.

– Так это ж я их придумал, – похвастался змей.

– Дэвиане украли у вас идею? – наивно спросил Тариэл.

– Почему же, я сам им ее подарил.

– А почему не нам?

– Вы в тот момент превосходили их. Вам я позже открыл, как с ними бороться и сделать их бесполезными, – оправдался змей.

– Странно все это, – промямлил Тариэл. – Зачем подливать масла в огонь?

– Ну, я же должен дарить подарки и сохранять справедливость, – ответил дракон. – Такова она, наша драконья доля. Ах, да! Чуть не забыл! Что касается подарков. У тебя ведь сегодня день рождения, а я тебя еще не поздравил. – Он заулыбался, зашевелился, зашуршал и просунул в комнату кожаный футляр, толстый, как боксерская груша. – Вот, это тебе.

– Ой, спасибо. А что это?

– Это протезы, – объяснил дракон.

– Чего?

– Как чего? – удивился Дэв. – Крыльев! У тебя же они еще не выросли. Ждать придется еще долго, а полетать-то, небось, хочется… Так что будешь пока на протезах летать. А то смотреть на тебя жалко. Ну, пойдем! Мне уже, по правде сказать, не терпится.

– Здорово! – воскликнул Тариэл, а сам подумал: – «Вот на них-то я отсюда и смоюсь».

Дракон предложил Тариэлу теплый летный комбинезон со шлемом, очками и кислородной маской, как у пилотов истребительной авиации. Потом они поднялись на башню, змей расстегнул молнию чехла и вытащил компактный кожаный сверток, похожий на сдутую и свернутую резиновую лодку. Потом Дэв расстегнул ремешки, дернул за шнурок, и внутри свертка монотонно заработал электрический механизм. Сначала предмет щелкнул и развалился на две равные части, потом каждая из частей стала разворачиваться и расстилаться по полу плотной многослойной матовой пленкой. Через десять секунд на полу вверх ремнями лежал рюкзак, наподобие парашютной сумки, по бокам которого торчали два сморщенных крыла, чем-то похожих на кожаные зонты.

– Оригинальный продукт моих инженеров, – похвастался змей. – Созданный, кстати, по моим чертежам. Надевай.

Юноша упал на рюкзак, руками и ногами залез в лямки и со щелчком соединил их все на груди.

– Прямо как парашют, – заметил он.

– Смотри, побережней с рюкзаком, – посоветовал змей, – там двигательная система и процессор. Сломаешь – станет тупым и опасным, как дельтаплан. Сейчас же аппарат до безобразия прост в управлении. Вот два джойстика на шнурах, каждый в руку – и все поймешь.

– Там что – компьютер?

– Я же сказал, процессор. Это произведение искусства, милый, – обиделся змей и подал ему лапу: – Вставай.

Тариэл поднялся, и почувствовал за своей спиной два массивных крыла.

– Все! Прыгаем на счет «три», – сказал Дэв. – Пойдем.

Тариэл подчинился и под тяжестью протезов взошел на зубец. Он глянул вниз в ущелье: там было метров двести, не меньше. Голова у него закружилась, он пошатнулся.

– Раз, два, три! – скомандовал Дэв и упал вниз, за зубцы башни.