Читать книгу - "Мама, я – Игрок! - Ник Вотчер"

Лена промолчала, но в её взгляде я прочитал осуждение. Было неприятно, что друзья так отреагировали, но я считал, что поступаю верно. Ведь кто-то мог воспринять меня с моими улучшившимися навыками за серьёзную угрозу.

Тот же Взгляд в Суть поднялся в ранге и позволял мне теперь узнать гораздо больше информации о предмете моего интереса. А ведь мало кто любит, когда кто-то узнаёт про него или про неё больше, чем хочет сам человек. Даже если нечего скрывать. А ведь Игрокам, как раз-таки, есть что.

Именно в таком, слегка отстранённом состоянии меня и застал вызов от Сиволапова, пришедший на системный терминал вечером восьмого дня.

«Николай, зайди. Срочно. Хранитель».

Коротко и властно, как он любил. Словно мы его послушные собачки, которые должны бежать по первому зову. Это вызывало раздражение, но всё, что я мог пока сделать, это не бежать сломя голову, а направиться к нему спокойным шагом.

Я вздохнул, отложил «Трактат о нестабильности малых реальностей», который как раз перечитывал во второй раз, и направился к лифту. Интуиция подсказывала, что просто так он вызывать не будет. Скорее всего, дело касалось стелы или, что более вероятно, новых Разломов, где могли понадобиться мои навыки расшифровки.

В приёмной, как обычно, царил идеальный порядок. Секретарша, Алёна Павловна, та самая, что оформляла мне документы на квартиру, сидела за своим столом с непроницаемым лицом. При моём появлении она слегка поморщилась. Видимо, не оценила мой не запыхавшийся вид. Кивнув на дверь кабинета, молодая женщина произнесла:

— Проходите, Николай. Анатолий Иванович вас уже давно ждёт.

«Давно», ага. Две минуты? С него не убудет.

Впрочем, все эти свои мысли я оставил при себе, и молча толкнул дверь.

Сиволапов сидел за своим массивным столом из тёмного дерева. Перед ним стояла видавшая виды походная сумка из натуральной кожи, рядом лежала ещё одна. Та самая, с которой погибшая Ирина таскалась в «Обсерватории». Обычный рюкзак, только теперь я видел, что это была системная вещь. По краям мерцали едва заметные руны, указывающие на артефакт-контейнер. Сердце неприятно ёкнуло в ожидании неприятностей.

— Присаживайся, — Сиволапов указал на стул.

Голос у него был ровный, но в глазах, в этих холодных серо-голубых глазах, я увидел нечто новое. Нетерпение хищника, напавшего на след.

— Слушаю, Анатолий Иванович.

— После того рейда в «Обсерваторию», — начал он без лишних предисловий, — появились неприятные вопросы. Странное поведение Алины, когда она ослушалась приказа Марка и зачем-то побежала за ключом… — он вопросительно посмотрел на меня.

— Так и было, — кивнул я. — Я сам не понял, почему она так поступила. Я ведь даже не успел толком разобраться в системе ловушек, когда он рванула, словно обезумевшая.

— А ещё мы осматриваем личные вещи погибших, — он кивнул на сумку, — по правилам, они должны быть возвращены родственникам. Но сначала мы их проверяем. Вдруг там есть что-то, имеющее отношение к Разломам, какие-то артефакты, которые могут быть опасны для простых людей, или информация…

Я молча кивнул, ожидая продолжения. Мысль о том, что меня вызвали для того, чтобы сообщить эту информацию, показалась странной. Я не понимал, к чему он ведёт, поэтому предпочёл молча слушать.

— И вот, — Сиволапов пододвинул сумку ко мне, — разбирая вещи Ирины, мы наткнулись на кое-что интересное. Она, как и ты, была не из боевых классов. Картограф. И в её вещах мы нашли вот это.

Он зачем-то щёлкнул пальцами, и в воздухе материализовалось несколько сфер. Они были похожи на мыльные пузыри, но переливались не радугой, а мрачными, болотными оттенками — зеленым, коричневым, чёрным. Внутри некоторых клубился туман, в других смутно угадывались какие-то очертания.

— Сферы? — спросил я, хотя меня бросило в жар.

Неужели он знает, что я прихватил парочку из Разлома и не отдал их потом? Но это же вроде трофей, разве нет? Я ведь про них совсем забыл и даже толком не рассматривал после возвращения из «Обсерватории».

— Мы полагаем, что это трофеи из того Разлома, — спокойно ответил Сиволапов. — Марк, Антон и Ваня уже подтвердили, что видели там такие штуки. А Ира, выходит, их собрала, но часть припрятала. Эти сферы были в её личном рюкзаке.

— Ну, насколько я могу судить, они оттуда. По крайней мере, похожи. Можно? — спросил я, протягивая руку.

— Бери. Они не идентифицируются стандартными средствами. Ни названия, ни ранга, ни свойств. «Неизвестный объект», — он поднял на меня взгляд. — А ты у нас, Николай, главный специалист в Гильдии по неизвестным объектам. Верно?

— Так, ну, там были сферы, которые назывались «Астрологические карты»…

— Да, были такие, но это не они. Это что-то другое.

— Хм, — я взял в руки одну из сфер и принялся крутить её в руках, прикасаясь к символам. — Ого!

— Что там? — Сиволапов с нетерпением подался вперёд.

— Это фрагмент какого-то… мира? Какой-то осколок или что-то типа того.

— Дай посмотрю! — он вырвал у меня из рук сферу и внимательно вчитался в описание, которое получилось после моих манипуляций.

— Осколок… — задумчиво протянул он. — Посмотри остальные.

Он передал мне ещё четыре штуки. Пришлось повозиться, но у меня получилось сделать их описание видимым для всех. Две сферы тоже оказались осколками. А вот остальные — с ними было не всё так просто.

Стоило мне погрузиться в них, как информация хлынула потоком, но она была смутной, размытой, словно я пытался разглядеть дно глубокого омута. Перед глазами замелькали обрывки: тёмное небо с багровыми звёздами, бескрайняя равнина, усеянная обломками чего-то огромного, силуэты, что-то бормочущие на незнакомом языке… И ощущение пустоты. Бесконечной, высасывающей душу пустоты.

Сильно заболела голова, сердце забилось, как бешенное. Мне показалось, что моё сознание затягивает в какую-то бездонную и бесконечную бездну.

— Ну? — нетерпеливо спросил Сиволапов. — Что скажешь?

Я оторвал взгляд от последней сферы. Голова слегка кружилась, меня подташнивало, а мысли были спутанными.

— Сложно сказать точно, — начал я осторожно. — Вот это осколки, как первый. А вот эти две — тут не понятно. Стоило мне в них погрузиться, как возникло ощущение… очень тревожное. Ещё и Система рекомендует изоляцию или утилизацию.

— Утилизацию? — усмехнулся он. —