Читать книгу - "Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин"

Разина также должна быть взята под вашу опеку и доставлена сюда для обмена».

— Да вы издеваетесь, что ли⁈ — простонал я, на мгновение снимая Визор-Монокль, чтобы собраться с мыслями. Заложники⁈ Это же, блин, чистое объявление войны! Или, возможно, ответочка за мои предыдущие «художества»? В любом случае, дело явно шло к эскалации. В голове мелькнула шальная мысль о том, что Шуты могли натравить Сияну Лавин на меня. Возможно ли такое? Она определённо недовольна моими действиями и недвусмысленно это продемонстрировала. Чиновники могли проболтаться о настроениях своей правительницы, это прознали Шуты и подтолкнули ситуацию к конфликту, например, устроив откровенную провокацию: когда ты становишься между напряжёнными сторонами и принимаешься стрелять в обе стороны, провоцируя их на ответные действия.

Такая теория мне нравилась больше, чем предположение, что Избранница Шилово просто решила из-за каких-то своих личных обид начать со мной войну.

И что мне теперь делать? Созывать армию, маршировать на Шилово и требовать вернуть моего дипломата? Обстановка и так горяча, а присутствие военной силы, без сомнения, вызовет обострение. К тому же, что я вообще знал о сборе и управлении настоящей армией? Мог бы, конечно, нанять наёмников, но… Возможно, лучше просто поехать и решить этот вопрос лично? Три человека вряд ли станут поводом для развязывания полномасштабной войнушки, хотя в этом дурдоме всякое бывало.

Ворча себе под нос, позвал своих телохранителей, и мы снова приготовились к выезду. Опять дорога, опять какие-то разборки. Когда же уже появится возможность спокойно посидеть в кабинете и заняться стратегическим планированием, а не тушением пожаров⁈

— Ну вот не можешь ты, шеф, чтобы всё было тихо-мирно, да? Вечно у тебя какой-то движ, — заметил Нож, когда мы садились на лошадей. Его голос, как всегда, сквозил сарказмом.

— Я начинаю думать, что чрезвычайные ситуации — это теперь моя новая норма, — ответил я, проверяя подпругу. — Такой вот перманентный кризис-менеджмент.

— Самая большая лягушка больше всех мух ловит, — изрёк Глыба, взгромоздясь на своего могучего коня, который под ним казался пони. — Но она же и привлекает самых голодных змей.

— Хорошо сказано, — кивнул я, когда мы выехали в направлении Шилово. — Чертовски хорошо сказано! Прямо в точку, философ ты наш доморощенный!

* * *

Мы подкатили к Шилово на рассвете, ну, если это можно назвать рассветом. Так, посветлело немного. Туман клочьями висел над землей, как будто великаны вату рвали.

И что я там увидел? В городе разместился целый цыганский табор, только вместо кибиток ряды походных палаток, а вместо медведей с гармошками суровые невыспавшиеся рыла вояк.

Всё население в едином порыве готовится к военному походу. И это, как говорится, налицо.

Натуральные военные сборы, блин, как будто тут не заштатный городишко, а как минимум штаб военного округа перед крупными учениями.

Штабелями сложенная древесина, видимо, для каких-то осадных хреновин: катапульты, тараны, или что у них тут вместо «Градов» и «Смерчей».

Точатся мечи на здоровенных кругах, аж искры летят во все стороны, а кузнецы, чумазые, как черти из преисподней, латают доспехи, молотками стучат. Короче, работа кипела, как в муравейнике перед затяжным дождём. Пахло дымом от костров, конским потом, перегретым металлом и, кажется, подгорелой кашей. Атмосферка, скажем прямо, та ещё! Напряжение в воздухе висело, как будто грозовая туча.

— М-да, обстановочка — огонь! Перспективненько так всё выглядит, — хмыкнул Нож, с профессиональным интересом оглядывая весь военный балаган. — Шеф, чует моя селезёнка, Вам бы тут лучше в лесочке отсидеться, свежим воздухом подышать, пока я по-тихому, без шума и пыли, перетру за Ваш безопасный проход. А то, знаете ли, нервные они тут все какие-то, дёрганые. Ещё шарахнут чем тяжёлым почём зря, а потом будут извиняться. Если будут.

— Нет уж, спасибо, — отрезал я, поморщившись. Отсиживаться — не мой стиль. — Сам пойду. Я, знаешь ли, очень даже рассчитываю, что эта мадам Сияна поведет себя… ну, как цивилизованный человек. По-честному, короче. В рамках деловой этики, так сказать.

Хотя, если быть до конца откровенным, слово «честность» в мире Истока звучало как-то неубедительно, особенно после всех моих недавних приключений.

Но хороший понт дороже денег, так что марку надо держать, изображать из себя уверенного в себе бизнес-партнёра, а не перепуганного коммерсанта.

— Ваш этот «стиль», по-честному, шеф, в могиле не сильно-то пригодится, там другие ценности котируются, — философски протянул Нож, но спорить не стал, только руками развёл, мол, хозяин-барин, Ваше слово — закон. — Делайте, как знаете. Ваше дело командовать парадом, наше — прикрывать Вашу… э-э… стратегически важную заднюю железную броню. Мы уж постараемся, если что, отработаем по полной программе, будьте уверены.

Он выразительно похлопал по рукояти своего внушительного тесака, который больше походил на укороченный меч.

Я нервно покосился на Глыбу.

Двухметровый шкаф с антресолями посмотрел на меня сверху вниз своим обычным непроницаемым взглядом, как на нашкодившего котенка, и его губы тронула едва заметная ухмылка. Мол, не ссы, шеф, прорвёмся, не в таких переделках бывали.

От его гранитного спокойствия даже мне чуток полегчало. Такой кабан, если что, без особых проблем задержит любую погоню, даст мне драгоценные минуты, чтобы сделать ноги. Мы с ним уже несколько планов экстренного отхода на всякий пожарный случай прогнали чисто для протокола, как учили.

И, честно говоря, я никогда не видел этого амбала таким… воодушевлённым, что ли, таким оживлённым, как при обсуждении перспективы в одну харю встать против целой орды врагов. Прям глаза у него загорелись, как у мальчишки перед большой дракой стенка на стенку. Надеюсь, этот его потенциальный героический звёздный час настанет когда-нибудь попозже. Очень сильно попозже. Желательно никогда.

Ну, как и следовало ожидать, стоило мне только, изобразив на лице беззаботность туриста, приблизиться к массивным деревянным воротам Шилово, как стражники на стенах тут же, как по команде, нацелили на меня свои луки. Гостеприимство — их второе имя, ага. Прям хлебом-солью встречают, только вместо хлеба острые наконечники стрел.

Мило, очень мило.

— Стоять, где стоишь! Ни с места, чужак! — гаркнул главный, видимо, какой-то местный сержант-переросток с лицом, будто высеченным из дубовой коры. Голос у него был такой, будто он бочку гвоздей сожрал на завтрак и запил серной кислотой. — Шилово на осадном положении! Строжайший приказ чужаков не пускать! Никаких, блин, туристов и заезжих торговцев!

— Я не турист, а Алексей Сергеевич Морозов, представляю интересы града Весёлого, — представился я, стараясь, чтобы голос звучал солидно и уверенно,