Читать книгу - "Осколки вечности - Вячеслав Седов"

Над камином помещался герб южного королевства - редкое зрелище в последнее время, так как дворянства почти не осталось. На щите на синем поле помещались треугольником три золотых меча, поставленных остриями клинков вверх, а венчал всю композицию старинный кинжал, выкрашенный красной краской. Поистине любовь к символам у людей не уступала пристрастиям эльфов и гномов. Это был знак того, что здесь правили законы Войны Кинжалов, немногочисленные, но, тем не менее, характерно жесткие при кажущемся беззаконии подобных мест. В том числе один из них предписывал выказать уважение тем, кто был здесь, хотя бы поприветствовав собравшихся, даже если добрая половина зевала, медленно моргая опухшими от бессонницы глазами, а другая мирно спала лицами в тарелках или на столах.

– Здорово, мужики! - довольно громко произнес эту простую фразу Феникс, зная нелюбовь подобной публики к велеречиям.

– Ну, здорово, - послышалось откуда-то сбоку.

– Здоровее видали, - вторило ему сонное возле камина.

– Проходи, - заключил мягкий голос из дальнего угла от небольшого столика, - Присаживайся. В ногах правды нет.

Карнаж почтительно поклонился Жану. Именно ему и принадлежала последняя фраза. Сыч подвел «ловца удачи» к столику, где сидел бывший пират в компании еще одного типа, спящего на сложенных руках, и поспешил удалиться, едва Жан кивком отпустил его.

– Кто будешь? Прозвище и призвание? - сухо спросил Стоптавший Сотню Сапог.

– Феникс, из «Ловцов удачи», - так же сухо ответил Карнаж.

– Полукровка? - белесый глаз с косым шрамом нахмурился, в то время как другая половин лица пирата никак не выражала эмоций, скрытая длинными темно-русыми волосами с проседью.

– Да.

– Что ж, значит ты тот, о ком было написано в послании, если мои глаза мне не врут, - Жанн вытряхнул трубку под ноги «ловцу удачи».

Пепел частично попал на окованный железом мысок.

– Извини, - пират резко выхватил саблю и аккуратно смахнул сожженный табак кончиком клинка с мыска сильванийского ботфорта, после чего добавил, - Мы здесь уважаем южное королевство, хоть законы у нас и свои.

Феникс сохранял спокойствие, не смотря на все угрожающие телодвижения собеседника. Он выжидал, сам толком не зная чего. Это загадочное послание из Шаарона имело для него двоякие последствия: с одной стороны было лишней охраной, с другой - неминуемо вызывало подозрения. Слишком много было «лишнего», что следовало обратить себе на пользу.

– Тут по твою душу есть двое парней. Могут сделать больно, - понизив голос, будто между делом, сказал Жан.

– Я весь дружу, - усмехнулся полукровка.

– Немудрено, - подхватил бывший пират и его лицо озарила встречная усмешка, - Ты ведь промок и от тебя разит болотом. Ступай к камину, обсушись.

Стоптавший Сотню Сапог даже не стал спрашивать у «ловца удачи» пароль серых дорог и тому подобного, хоть и считалось, что это он сам все придумал. Помимо прочего Жан был удивительно плодовит на многие глубокомысленные фразы, которые после повторяли другие, преумножая славу этого философа с рейтарскими замашками. В деле сотворения емких фраз он мог соперничать даже с Окулюсом Берсом. Правда, одно поприще обоих мыслителей столь различных философий клинка и магии разделялось кругами, в которых были в ходу их изречения. Бургомистр Форпата лишь в одном выигрывал. Он был бессменен в своей роли, в то время как года не щадили предшественников так же, как и будущих последователей Стоптавшего Сотню Сапог.

Карнаж подошел к камину, положив свою торбу и мешок с головой dra на скамью. Полукровка действительно замерз, но удовольствие оттого, что он постепенно согревался, омрачали ожидание и боль в спине. Тут ему не требовалось какого-то особого предчувствия, чтобы понять, что может произойти дальше. Момент был подходящим и от этого предсказуемым.

Огромный кулак свистнул в воздухе. Феникс отскочил назад.

Рослый небритый детина с массивной челюстью встал перед ним. Полукровка цокнул языком и повернулся боком к противнику, расставив ноги чуть шире плеч и поднеся правую руку со сжатым кулаком к лицу, в тоже время опустив левую к бедру. Места здесь, меж двух скамеек, едва хватало для того, чтобы не дать этому детине использовать его громадные кулачищи с полной эффективностью. В желтых глазах сверкнула молния и веки сомкнулись. Карнаж с шумом выпустил воздух через ноздри - сзади никого не было.

– Ну вот и встретились, Феникс! - рыкнул незнакомец.

– Я тебя не знаю, - глаза полукровки снова распахнулись, явно озадачив противника переменой цвета и размера зрачков, - Отойди, пока не поздно.

– Зато я твою рожу помню. Ну-ка давай-ка показывай, чего в мешке приволок «пока не поздно». Должок надо отдавать!

Детина шагнул на полукровку. Тот отступил назад, предостерегающе пружиня на своих длинных ногах.

– Не хочешь по-хорошему!? - кулак полетел в лицо Феникса.

Левая рука в перчатке с набойками блокировала удар. Нога в сильванийском ботфорте мгновенно взвилась в воздух, свистнула шпора, но детина даже не схватился за вспоротое предплечье, а ударил вторым кулаком в живот «ловцу удачи». С шумом выпустив воздух и повиснув насажанным на огромный кулак, Феникс заключил, что не все имперские громилы такие же неповоротливые как Валекс из бродячего цирка. Некоторые, как этот, имели явно много практики в кабацких драках и драться умели, а умеючи - очень любили.

Оттолкнуть противника не получилось. Силы оказались явно не равны, так как руки громилы были вдвое толще чем у Карнажа. Зараниец подхватил полукровку словно пушинку и жахнул головой о нависающую балку под потолком, после чего сдавил руками на уровне пояса, прижав к груди так, что исторг из своей жертвы громкий стон, собираясь сломать позвоночник. «Ловец удачи» не стал этого дожидаться и рванул громилу за уши - тот с криком откинулся, после чего Феникс вцепился руками в его голову, с яростным шипением вдавливая пальцами глаза. Зараниец отбросил полукровку, схватившись за лицо. Карнаж упал на пол и скрючился, тяжело дыша, заодно рукой проверяя целы ли ребра.

Никто не вмешался, как и обещал Жан. Даже одобрительных криков бросили всего пару, словно нехотя выполняя старый как мир обычай харчевенных потасовок.

Собравшись с силами, полукровка встал намереваясь докончить громилу.

Толстяк, не понятно откуда взявшийся и где пропадавший все то время, пока его компаньон вытворял свои зверства, с криком накинулся сзади, занеся над головой массивный табурет. Это было опрометчивым решением. Карнаж, с гортанным урчанием вывернулся, выбивая толстые короткие ноги, и бедняга, подкошенный ударом ниже колен, рухнул ничком, выронив свое орудие и расквасив нос.

«Ловец удачи» подхватил табурет и со всего маху ударил поднявшегося заранийца по голове. Предмет мебели разлетелся на части и стал никуда не годен, как впрочем и тот, в кого был направлен. Громила растянулся на полу среди обломков.