Читать книгу - "Аргилай. Украденный дом - Дмитрий Легер"

Аргилай выжидающе посмотрел на Трицу.

– Мы должны помочь ему. – сказал юноша и затем добавил с надеждой. – Правда ведь?

– Непременно. – сухо кивнула наемница, переводя взгляд с помоста с прикованным к столбу узником на небольшое караульное помещение, возле которого, развалившись на лавочке, сидели два стражника. – Вот будь у нас побольше денег, все решилось проще и быстрее. – буркнула себе под нос женщина и, ткнув пятками Луну, направила лошадь к караулке.

– Погоди! – окликнул Трицу Аргилай и полез за пазуху. – Вот держи. – он кинул наемнице кошелек с деньгами, оставшимися после всех приключений с Тильбонскими баламутами и не потраченными на тот самый массаж, о котором, уже и вспоминать не хотелось.

Женщина ловко поймала кошелек. Взвесила в руке и с удивлением спросила:

– Откуда столько?

– Это Тильбон, – развел руками Лаи, как бы напоминая собеседнице, где они находятся. – Здесь деньги сами идут в руки, если у тебя достаточно смелости их заработать. – с самодовольной улыбкой он почти процитировал Чарли Статуса.

Трицитиана недоверчиво приподняла рыжую бровь.

– Спер что ли?

– Частично. – смутившись, признался юноша.

– Осторожнее, – предупредила наемница, направляя свою кобылу к караулке. – Удача имеет свойство заканчиваться.

Стражники, нисколько не раздумывая без стеснения, приняли выкуп за молодого узника и даже выдали ему старую грязную рубаху, взамен той, что изорвал кнут палача вместе с кожей спины мальчика. Совенок ничего не говорил, он только морщился от боли и затравленно смотрел на своих спасителей.

Отведя мальчишку к ближайшему лекарю и купив мазь для быстрейшего заживления ран, друзья расположились в одном из недорогих трактиров, который был открыт в столь ранний час.

Три тарелки каши и компот принесли моментально. Лаи с аппетитом принялся за свою порцию. После «Полного пуза» из гукской харчевни обычная овсяная каша с медом казалось верхом кулинарного искусства. Как минимум было понятно, что находится в твоей тарелке.

Подлеченный Совенок ничего не ел. Лишь молча, ковырялся ложкой в тарелке.

– Хватит уже, – не выдержала Трица. – Рассказывай все.

Мальчишка посмотрел на наемницу своими большими глазами и не ответил.

– Мы до Тильбона тебе добраться помогли, со столба сняли. – поддержал свою наставницу Аргилай. – Может, и сейчас чем-то помочь сможем.

– Моя невеста, – разомкнув потрескавшиеся, кровоточащие губы, тихо ответил Совенок. – Роксана. Она пропала.

– Продолжай. – кивнула женщина.

– Отец Роксаны, он купец. В нашей деревне у него большой дом был. Отара овец, пастухи. Он шерстью торговал. В столицу возил осенью, и по весне. Семья хорошо жила, покуда мать у Роксаны не почила. На том мы с ней и сошлись. Я тоже мать потерял. Роксана хорошая, красивая… – губы парнишки задрожали, он всхлипнул, а глаза наполнили, так долго сдерживаемые, слезы.

Трица сунула ему в руки кружку с компотом и тоном, не требующим возражений, приказала:

– Пей. Успокоит.

Мальчик надолго приложился к компоту. Это действительно помогло успокоиться, немного взять себя в руки и продолжить рассказ.

– А тут давеча Пучка – отец Роксаны удумал в столицу перебраться. Дом свой в Жадино продал, овец продал и уехал. Роксана обещала – возвернутся они через несколько дней. Найдут дом в Тильбоне и вернутся в Жадино вещи забрать. Но не приехали. Не вернулись. Понимаете, не вернулись, как обещали. У них ведь деньги с собой были, большие.

– Без охраны поехали? – внимательно слушающая женщина, с пониманием кивнула.

– Да куда там, – обреченно отмахнулся Совенок. – Пучка мужик упрямый.

– Страже ты чем не угодил? – задал свой вопрос Аргилай. – За что к столбу тебя?

– Тут как, – мальчишка взял со стола деревянную ложку и принялся нервно теребить предмет в руках. – Роксана мне рассказала: купчую на дом оформляют у нотариуса Мануса в Тильбоне на Поземельном рынке. Я имя хорошо запомнил, Роксана тогда смеялась, оно ведь созвучно с… Сами понимаете.

– Манус-анус, ага. – ухмыльнулся Аргилай. – А дальше?

– Я нашел Поземельный рынок. Нашел этого нотариуса. Его помощнику сказал, что пришел от купца Пучка по поводу дома. Тот кивнул, мол, знает такого купца. Пустил меня к нотариусу. Но когда я Мануса спросил, где Пучка и его дочь, так мне взашей погнали и с лестницы спустили. Я назад полез, кричал, ругался. Ведь если он меня выгнал, значит знает, где они. Скрывает гад. Рожа у него хитрая, сразу видно – негодяй.

– И он в ответ стражу вызвал? – догадалась арт-три.

– Да. – вздохнул Совенок.

– Наломал ты дров… – протянула Трица, задумчиво барабаня пальцами по столу.

– Этот Манус точно знает где моя Роксана. Я уверен! Может, она жива еще. Я должен ее отыскать! Понимаете?

– Будем надеяться – жива. – без особой надежды в голосе ответила женщина. – А с Анусом этим, то есть Манусом… Спросить бы с него, как следует. Но на Поземельный рынок нас едва ли пустят.

– Меня пустили! – заспорил Совенок.

– Ты за посыльного сошел. А нас с порога погонят. – она задумчиво осмотрела модный наряд Аргилая. – Разве, что Лаи. Там статус нужен особый.

– Статус?! – успевший слегка загрустить юноша встрепенулся. – Знаю я одного Статуса.

– О чем ты? – нахмурилась рыжая арт-три.

– О том, что у меня есть хорошие друзья в Тильбоне! Не будем терять времени – пошли к ним.

И только выйдя на улицу из таверны, воодушевленный своей идеей Аргилай, внезапно сообразил, что хорошие друзья у него, конечно, имеются, а вот где живут эти друзья – юноша понятия не имеет. Не прочесывать же теперь весь Тильбон в поисках приметной кареты. Но мысль о Красной коробочке сразу навела Лаи на воспоминание о том, что Вини являлся подмастерьем у отца в каретной мастерской. А много ли каретных мастерских в городе, учитывая, что кареты доступны лишь узкому кругу состоятельных граждан?

И к середине дня, хоть и со второй попытки, они отыскали нужную каретную мастерскую.

– Лаи? – удивленно пробасил Вини, выходя из-под высокого навеса, где несколько работников различными инструментами обрабатывали деревянные детали. От здоровяка приятно пахло свежими опилками.